Чтение онлайн

И она говорила истинную правду — именно так все и было.

Ксанта перевела дух и огляделась, довольная. Она знала, что теперь эту историю будут повторять из уст в уста: любая новая байка в подобном городе путешествует из дома в дом и рано или поздно обязательно доберется до тех, кому она предназначена.

Она была так рада, что, выйдя из дома, наплевала на ступеньки и попросту скатилась со снежного склона на пятой точке. Крита предостерегающе вскрикнула, а потом, поразмыслив, последовала примеру жрицы. Потом обе побрели домой, распевая на двух языках игривые и не слишком приличные песенки.

Возвратившись к себе на рассвете, Ксанта и Крита застали в доме проголодавшихся и изрядно обескураженных мужчин — те никак не ожидали, что их будет ждать почти пустой дом. Ксанта, сославшись на усталость, ушла к себе и оставила Криту объясняться с их общим мужем. Она не сомневалась, что та сумеет придумать правдоподобную историю и не скажет ничего лишнего.

Снежный буран оказался прощальным приветом зимы. Еще с половину декады простояла ясная морозная погода, Ксанта навестила Алианну и они все вместе — жрица, аристократка и ее служанки, превесело поиграли в снежки, а потом солнышко стало уверенно и бесцеремонно стучаться по утрам в окна, снег начал таять, потом снова, в последний раз ударил мороз, и весь склон ниже Дороги Бездны превратился в огромную катальную гору, а потом все стало таять уже по-настоящему, и во всех садах, в том числе и в садике за домом Керви, обнажилась земля.

У Ксанты чесались руки, ей хотелось заняться огородом, но Крита оставалась непреклонна — она была уверена, что все мужчины из окрестных мест только того и ждут, чтобы занять свои места у щелей в заборе. К счастью, оказалось, что не только руки Ксанты скучают по работе. Нишану уже поднадоели его арриджи, и он тоже не прочь был поковыряться в земле. На том и порешили — Дреки смастерил для увечного художника небольшую тележку на четырех колесах, с которой тот довольно быстро научился управляться, и Нишан обещал присмотреть за грядками, как только земля достаточно прогреется. Ксанту же Керви в утешение пообещал свозить в гавань посмотреть на готовящийся к отплытию «Ревун».

Побывав в гавани, Ксанта не смогла не признать, что ее муж и сын немало потрудились этой зимой. Корабль был хоть сейчас готов поднять якорь. На складах ожидали погрузки горох, сухари, вяленые мясо и рыба, соль, вино, приправы, запасная одежда, оружие, палатки, подарки и все прочее, что могло пригодиться в дальнем пути. В корабельном сарае Дреки с гордостью показал Ксанте две лодки длиной по пятнадцать шагов каждая — плоскодонные с невысокими бортами, по пять досок с каждой стороны от киля, приспособленные для передвижения по болотным рекам. Любопытная Ксанта померила толщину доски, и она оказалась не шире ее указательного пальца. Керви однако утверждал, что каждая такая доска для большей прочности изготавливалась целиком из половины дерева, то есть на каждую лодку ушло по пять полновесных деревьев.

— Это же, наверное, очень дорого, — удивилась Ксанта.

— Да уж, недешево, — гордо кивнул головой Керви. — Но это и хорошо. И дивы, и Люди Братства должны видеть, что мы не боимся никаких расходов, если речь идет о спасении наших соплеменников.

Изнутри доски прижимали небольшие распорки, закрепленные на киле, следом шло что-то вроде очень низкой палубы, под которой, как объяснил Керви можно хранить продукты и не боящиеся сырости вещи. Ксанте эти кораблики напомнили большие лодки, на которых ей довелось некогда кататься в Дивном Озерце, и потому она решила, что Дреки, Керви и неведомый ей мастер, пожалуй, сделали правильный выбор. Одно ее смущало: к каждой лодке полагалось шесть весел и она без труда произвела в уме подсчет.

— Это сколько ж нас всего будет? Керви понял ее по-своему.

— Да, мне тоже не хотелось бы брать с собой слишком много людей. Ведь, надеюсь, назад мы пойдем с пассажирами. А лишняя команда — лишняя еда, и значит, лишний груз. Я даже отказался от рулевых весел, поставил простые подъемные рули, как на больших кораблях. Кроме того, я рассчитываю, что мы сможем охотится на болотах, чтобы пополнять запасы. Но меньше шести человек на лодку никак не выходит — мы и без того рискуем. Если кто-то не сможет грести по той или иной причине придется снимать весла, а это замедлит наш ход. Но все же я думаю, здесь нужно пойти на риск. Если нас будет мало, Болотные Люди, скорее всего, не будут нас бояться, и мы сумеем договориться. Если же они будут настроены враждебно, нам не поможет и целая армия — в лесу они полновластные хозяева, а мы на реке при любой численности будем очень уязвимы и сможем рассчитывать лишь на добрую волю Болотных Людей. Поэтому я беру с собой Дреки и еще десятерых человек — шесть матросов из команды «Ревуна» и четверых наемных гребцов. Вы согласны со мной?

— Во всем. Меня смущает другое: двенадцать человек на веслах, да еще я на носу, всего получается тринадцать. Команду это не напугает?

— А про Гесихию ты что забыла, мама? — вмешался Дреки. Ксанта развела руками:

— И правда. Похоже я совсем поглупела. Наверное, вам лучше оставить меня здесь, а то придется всю дорогу мне напоминать, кто я и куда и зачем собралась.

Керви снова отнесся к ее словам слишком серьезно и поспешно сказал:

— Госпожа, если вы чувствуете себя нездоровой, вам конечно лучше остаться в городе. Я уверен, что для Криты и Алианны ваше присутствие было бы большой радостью и подспорьем. Но… говоря по чести, я буду гораздо увереннее, видя вас подле себя. Вы одна умеете хоть немно1 го говорить на языке Болотных Людей, а подле того, как вы нашли ту надпись на острове, я уверился…

— Брось, пожалуйста, — Дреки похлопал названного отца по плечу. — Мама просто кокетничает и трунит над тобой, на самом деле ей самой до смерти хочется увидеть Уста Шелама. Что, не так, что ли?

Итак, все дела в Хамарне были улажены, оставалось дождаться только, когда сойдет паводок. Ксанта решила посвятить последние дни урокам языка и, освободив Нишана от всех прочих работ по дому, буквально не давала ему продохнуть. Она ясно понимала, что ее знания далеки от совершенства, а переговоры могли оказаться серьезным испытанием: ведь Ксанта и ее товарищи не были уверены ни в том, что колонисты с Оленьего острова добрались до Уст, ни в том, что их встретили там радушно. Если не обошлось без стычек, и колонисты погибли, местные жители постараются скрыть этот факт всеми возможными средствами, и тогда вполне вероятно, что плохое знание языка и излишняя беспечность будут стоить путешественникам жизни. Но даже если Болотные Люди будут настроены мирно, их милая манера назвать всех и всякого «киллах» — «человек» и не делать большой разницы между пришельцем из соседней деревни и иноземцем могла сама по себе здорово затруднить поиски. Поэтому Ксанта старалась узнать как можно больше, и предусмотреть любое развитие событий, хотя ясно понимала, что ставит перед собой абсолютно невыполнимую задачу.

Как на зло, Нишан в последние дни был почему-то очень рассеян и частенько, ссылаясь на усталость или боли в ногах, покидал свою упорную и въедливую ученицу задолго до того, как у нее иссякли вопросы.

Вечером, накануне отплытия, Ксанта услышала у дверей своей комнаты скрип тележки Нишана. Несколько мгновений спустя раздался стук в дверь. Ксанта отворила двери, и художник въехал в комнату, держа в одной руке небольшой, туго затянутый мешок.

— Госпожа Ксанта, я не хочу отвлекать вас утром от сборов и решил попрощаться сейчас, — сказал он, и Ксанта с радостью убедилась, что без труда его понимает.

— Я… я долго придумывал слова, чтобы поблагодарить вас за то, что вы спасли меня, но понял, что руки у меня куда ловчее, чем язык. Поэтому вот вам подарок от меня. Это ингрих,я не думал, что когда-нибудь сделаю еще одну, но для вас, как видите, сделал. Может быть, она вам поможет там, на болотах.

Ксанта потянулась к завязкам мешка, но Нишан, рванувшись вперед, поймал ее руку:

— Погодите! Обещайте, что откроете мешок не раньше, чем окажетесь на корабле. Я… я давно не делал ничего подобного, и я уже не тот, что раньше, руки не всегда меня слушаются, часто дрожат, да и инструменты здесь не те, к каким я привык, поэтому, боюсь, вам может не понравиться. Однако знайте, что я старался сделать все как можно лучше. Мне хотелось бы стать прежним хоть на полдня просто для того, чтобы сделать эту ингрихне хуже прежних, но так не бывает. Поэтому не открывайте пока мешок, и счастливого вам пути.