Чтение онлайн

— Давай поговорим о том лишайнике, который ты привез с собой.

— Я получил его нелегально; проксы об этом не знали. Они используют его во время религиозных оргий, так же как наши индейцы использовали мескалин и пейотль. Ты из–за этого хотел меня видеть?

— Именно. Ты встал у меня на пути. Я знаю, что ты уже организовал конкурирующую фирму, не так ли? Что за чушь, будто проксы собираются напасть на Солнечную систему; это ты угрожаешь мне своими действиями. Ты не можешь найти себе какое–нибудь другое поле деятельности, кроме наборов?

Комната закружилась у него перед глазами. Его захлестнул поток ослепительно белого света, и Лео зажмурился. «Господи, — подумал он. — Я и так не верю в этих проксов; он просто пытается отвлечь мое внимание от своих подлинных намерений. По–моему, это его стратегия».

Он открыл глаза и обнаружил, что сидит на траве. Рядом какая–то девочка забавлялась йо–йо.

— Эта игрушка, — сказал Лео Булеро, — пользуется, популярностью в системе Проксимы.

Он обнаружил, что его руки и ноги свободны, неуверенно встал и пошевелил ими.

— Как тебя зовут? — спросил он.

— Моника, — ответила девочка.

— Проксы, — сказал Лео, — по крайней мере гуманоиды, носят парики и вставляют искусственные челюсти.

Лео схватил прядь пушистых светлых волос девочки и потянул.

— Ай! — вскрикнула девочка. — Ты нехороший. Он отпустил ее. Она отступила на шаг, не переставая играть с йо–йо и недоверчиво поглядывая на него.

— Извини, — пробормотал он. Эти светлые волосы были настоящими. Возможно, он не в системе Проксимы. Во всяком случае, где бы он ни находился, Палмер Элдрич пытался ему что–то сказать. — Вы собираетесь напасть на Землю? — спросил Лео у девочки. — Я хочу сказать, что на это не похоже.

«Мог ли Элдрич ошибаться? — думал он. — Не правильно понять проксов?» В конце концов, насколько он знал, Палмер Элдрич не эволюционировал и не обладал мощным, высокоразвитым мозгом — результатом Э–Терапии.

— Мое йо–йо, — сказала девочка, — волшебное. Я могу сделать все, что захочешь. Чего бы ты хотел? Скажи, ты мне нравишься.

— Отведи меня к своему вождю, — сказал он. — Это из старого анекдота, ты не поймешь. Ему лет сто.

Он огляделся вокруг и не заметил никаких следов человеческого присутствия, только травянистую равнину. «Слишком холодно для Земли, — подумал он. — Голубое небо над головой. Хороший воздух. Плотный».

— Тебе меня не жаль? — спросил он. — Сейчас Палмер Элдрич врывается на мой рынок, а когда ему это удастся, я буду разорен. Мне придется заключить с ним какой–то договор. — «Похоже, однако, — угрюмо подумал он, — что убить его мне не Удастся». — Вот только я не могу придумать никаких условий, на которые он бы согласился. Кажется, в его руках все карты. Смотри, например, как он меня сюда закинул. Я даже не знаю, где я.

Впрочем, это и так не имело значения. Где бы он ни находился, это место наверняка контролировалось Элдричем.

— Карты, — сказала девочка. — У меня есть колода карт в чемоданчике.

Никакого чемоданчика он не видел.

— Где?

Присев, девочка в нескольких местах коснулась травы. Трава бесшумно раздвинулась; Моника сунула в образовавшееся отверстие руку и вытащила чемоданчик.

— Я его здесь прячу, — объяснила она, — от спонсоров.

— Что это значит: «спонсоры»?

— Ну, чтобы здесь быть, надо иметь спонсора. У каждого из нас он есть. Я думаю, они платят за все, пока мы не поправимся. Тогда мы сможем вернуться домой — если он у нас есть.

Она села возле чемоданчика и открыла его — вернее, попыталась открыть. Замок не поддавался.

— Черт, — сказала она. — Это не тот. Это доктор Смайл.

— Психиатр? — с внезапным интересом спросил Лео. — Одного из тех больших домов? Он работает? Включи его. Девочка послушно включила психиатра.

— Привет, Моника, — металлическим голосом произнес чемоданчик. — Приветствую вас, мистер Булеро. — Он не правильно произнес его фамилию — с ударением на последнем слоге. — Что вы тут делаете, сэр? Вы уже слишком старый, чтобы тут быть. Ха–ха! Или вы деградировали в результате неудачной так называемой Э–Терапии…, фр–грр!… — Механизм некоторое время шумел…в Мюнхене? — закончил чемоданчик.

— Я чувствую себя прекрасно, — заверил его Лео. — Слушай, Смайл, ты знаешь кого–нибудь, кто мог бы меня отсюда вытащить? Назови какое–нибудь имя. Я не могу здесь больше оставаться, понимаешь?

— Мистер Байерсон, — сказал доктор Смайл. — Честно говоря, я нахожусь как раз у него, в его кабинете, естественно, в виде переносного терминала.

— Я не знаю никого по фамилии Байерсон, — сказал Лео. — Что это за место? Похоже, это какой–то лагерь для больных детей или сирот или что–то в этом роде. Я подозревал, что нахожусь в системе Проксимы, но, поскольку ты здесь, я где–то в другом месте. Байерсон! — вдруг сообразил он. — Черт возьми, ты имеешь в виду Майерсона. Из «Наборов П. П.».

— Да, верно, — сказал доктор Смайл.

— Свяжись с ним, — сказал Лео. — Скажи ему, чтобы он немедленно поговорил с Феликсом Блау из Трехпланетного Полицейского Агентства, или как оно там называется. Пусть Блау этим займется и выяснит, где я, собственно, нахожусь, после чего пришлет сюда корабль. Запомнил?

— Ладно, — сказал доктор Смайл. — Сейчас обращусь к мистеру Майерсону. Он как раз беседует с мисс Фьюгейт, своей ассистенткой, которая также является его любовницей, и сегодня на ней…, гм. Сейчас они как раз говорят о вас. Естественно, я не могу сказать вам, что именно. Меня связывает профессиональная тайна, как вы понимаете. На ней надето…

— Давай ближе к делу? — раздраженно оборвал его Лео.

— Прошу меня извинить, — сказал чемоданчик. — Я должен на минуту отключиться.

Казалось, он был обижен. Наступила тишина.

— У меня для тебя плохие новости, — сказала девочка.

— Какие?

— Я пошутила. Это на самом деле не доктор Смайл. Он только притворяется, чтобы мы не чувствовали себя одинокими. Он работает, но не связан ни с кем и ни с чем. Это называется «внутренний контур».

Он знал, что это означало: устройство было автономным. Но откуда оно могло знать о Барни и о мисс Фьюгейт, о подробностях их личной жизни? Даже знать, что на ней надето? Девочка, видимо, говорила не правду.