Чтение онлайн

Тем не менее он открыл ампулу.

Из открытой ампулы послышался тихий, слабый голос:

— Ты под наблюдением, Майерсон. И если ты планируешь какую–то хитрость, нам придется вмешаться. Ты будешь сурово наказан. Нам очень жаль.

Дрожащими руками он снова закрыл ампулу. Она была пуста!

— Что это? — спросила Энн, стоя в дверях кухни; на ней был передник, который она где–то нашла. — Что это? — повторила она, глядя на ампулу в его руке.

— Бегство, — сказал он. — От этого.

— А от чего именно? — Она уже выглядела нормально, все у нее было на месте. — Ты, похоже, тяжело болен, Барни. Это что, последствия Чуинг–Зет?

— Похмелье.

«Неужели Палмер Элдрич там, внутри?» — думал он, разглядывая закрытую ампулу и вертя ее в руке.

— Можно как–нибудь связаться со спутником Фейна?

— Думаю, да. Наверное, достаточно заказать видеоразговор или…

— Иди и попроси Норма Шайна, чтобы он заказал разговор для меня, — сказал Барни.

Энн послушно вышла; дверь тихо захлопнулась.

Барни быстро достал шифровальную книжку из тайника под плитой. Сообщение должно быть зашифровано.

Все страницы книжки были пусты.

«Значит, не буду шифровать, и все, — подумал он. — Сделаю, что смогу, хотя этого может оказаться недостаточно».

Дверь распахнулась. Вошла Энн и сказала:

— Мистер Шайн заказывает для тебя разговор. Он говорит, что у него все время кто–то что–то заказывает.

Он пошел следом за ней по коридору в маленькую комнатку, где за передатчиком сидел Норм; когда вошел Барни, он обернулся и сказал:

— Я поймал Шарлотту — подойдет?

— Аллена, — отрезал Барни.

— Ладно.

Наконец Норм сказал:

— Я поймал этого старого баклажана. Говори. Он протянул микрофон Барни. На маленьком экране появилось веселое лицо Аллена Фейна.

— Наш новенький хочет с вами поговорить, — пояснил Норм, на секунду забирая микрофон у Барни. — Барни, вот половина команды, которая поддерживает нашу жизнь и здравый рассудок здесь, на Марсе. — А про себя пробормотал:

— Господи, как у меня болит голова. Извините.

Он поднялся с кресла и скрылся в глубине коридора.

— Мистер Фейн, — осторожно сказал Барни. — Я только что разговаривал с мистером Палмером Элдричем. Он упоминал о нашей с вами беседе. Он знал о ней, так что я не вижу смысла…

— О какой беседе? — холодно сказал Аллен Фейн. Какое–то время Барни не в силах был вымолвить ни слова.

— Видимо, они следили за нами с инфракрасной камерой, — наконец сказал он. — Наверное, с какого–нибудь спутника. Однако мне кажется, что содержание нашего разговора не…

— Вы что, чокнутый? — сказал Фейн. — Я вас не знаю; я никогда с вами не разговаривал. Ну что, заказываете что–нибудь или нет?

Лицо его казалось безразличным и отсутствующим; было не похоже, что он притворяется.

— И вы не знаете, кто я? — недоверчиво спросил Барни.

Фейн прервал связь, и маленький экран погас, показывая лишь пустоту, бездну… Барни выключил передатчик. Он ничего не чувствовал. Апатия. Он прошел мимо Энн в коридор; остановился и достал пачку — последнюю? — земных сигарет и закурил. «Элдрич делает со мной то же самое, что делал с Лео Булеро на Луне, или «Сигме 14В», или где бы то ни было, — подумал он. — И в конце концов все мы окажемся у него в руках. Просто так. Он изолирует нас. Общий мир исчезнет. По крайней мере для меня; с меня он начал.

А я, — подумал он, — должен бороться с помощью пустой ампулы, которая могла когда–то содержать — или не содержать — редкий, ценный токсин, нарушающий деятельность мозга, и которая теперь содержит только Палмера Элдрича, и то не всего. Только его голос».

Спичка обжигала ему пальцы. Но он не обращал на это внимания.

Заглянув в свои заметки, Феликс Блау сказал:

— Пятнадцать часов назад, с санкции ООН, корабль, принадлежащий фирме по производству Чуинг–Зет, совершил посадку на Марсе и распространил первую партию среди колонистов в районе Файнберг–Кресчент.

Лео Булеро наклонился к экрану и спросил:

— Колонистов из Чикен–Покс тоже? Феликс кивнул.

— К этому времени, — сказал Лео, — он должен уже проглотить эту действующую на мозг дрянь и сообщить нам через спутник.

— Я это прекрасно понимаю.

— Уильям Кларк все еще наготове? Кларк был главным юристом, представляющем интересы «Наборов П. П.» на Марсе.

— Да, — ответил Блау, — но Майерсон с ним тоже не контактировал; он вообще не контактировал ни с кем. Он отодвинул в сторону свои записи.

— Это все, что я могу в данный момент сказать.

— Может, он умер, — предположил Лео. Он был мрачен и подавлен. — Может, у него настолько сильные судороги, что…

— Мы бы об этом услышали, поскольку на всем Марсе всего три госпиталя и одному из них наверняка бы об этом сообщили.

— Где Палмер Элдрич?

— Моей организации не удалось этого выяснить, — сказал Феликс. — Он покинул Луну и исчез. Мы его потеряли.

— Я дал бы руку на отсечение, — сказал Лео, — чтобы узнать, что сейчас происходит в том бараке — Чикен–Покс, — где находится Барни.

— Можешь полететь на Марс.

— О нет, — немедленно ответил Лео. — Я не покину «Наборов П. П.» после того, что пережил на Луне. Ты не мог бы направить туда кого–нибудь из своей организации, кто мог бы предоставить информацию из первых рук?

— У нас есть там девушка, Энн Хоуторн, но от нее тоже нет никаких вестей. Хочешь, я сам полечу на Марс, если ты не хочешь проветриться?

— Не хочу, — повторил Лео.

— Это тебе дорого обойдется, — сказал Феликс.