Стихи, 1916, Набоков Владимир Владимирович

Стихи, 1916

на обложку

Набоков Владимир Владимирович

Шрифт:

«Красота! Красота! В ней таинственно слиты…»

Красота! Красота! В ней таинственно слиты Беспредельность надежд и воздушность лучей, Но черты молодые печалью сокрыты… О, знакомая грусть злато-черных очей! Я люблю красоту, как манящую тайну; Я найду красоту без друзей и без слов, Но она, обернувшись, с улыбкой случайно От меня отойдет, как мираж — от шагов. Я пройду, где мгновенье бессмертья коснется… От лазури ночной отделится звезда. Доплывет до лазури и с нею сольется Неоконченный сон и грехов красота.

«Я что-то не понял и где-то утрата…»

Я что-то не понял и где-то утрата; Но помнит разгадку не я, а другой. Приснился мне ландыш поблекший и смятый, И смятый, казалось, моею рукой. Стараюсь припомнить, стараюсь напрасно. Сегодня я вновь этот сон увидал: Ты тихо рыдала от боли неясной — Утешить хотел и с тобой зарыдал. Ты знаешь? Поищем на старом балконе; Поищем средь пыли знакомых дорог, Поищем в звездах на родном небосклоне Все то, что я вспомнить сегодня не мог. Найдем ли? Ведь, если мы встретимся снова, Где каждый цветок голубая мечта, Невольно проснется готовое слово: «Былого, увы, не вернуть никогда». Ты чувственной тенью ко мне приходила, Ты тайной чудесной казалась мне. Теперь… Наша страсть нам сердца осушила, И горько подумать о свежей весне. Теперь… Ты близка мне, теперь ты родная. О Боже, как странно тогда я любил! Любимую душу не видя, не зная! . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Я что-то не понял, я что-то забыл.

«Когда моя рука во тьме твою встречает»

Когда моя рука во тьме твою встречает, Когда мои мечты звучат в твоих словах, Когда душа болит и все-таки прощает, Когда я узнаю себя в твоих слезах, Когда от пустяка страдаю и ревную, Когда хочу наш день божественно продлить, Когда хочу с тобой и солнце поцелуя, И думы разгадать, и горе разделить — Я громко говорю, чтоб все меня слыхали, Отважно, радостно и гордо говорю: «Я знаю, я постиг все тайны и печали, Я знаю жизнь теперь, я знаю, я люблю».

«Хочется так много, хочется так мало…»

Хочется так много, хочется так мало… Хочется улыбки сбыточного сна; Хочется, чтоб взором ты мне отвечала На вопрос безмолвный: любишь ты меня? Хочется так много, хочется так мало… Хочется, чтоб сердце мысли унесло; Хочется, чтоб тихо ты мне целовала Жаркими губами бледное чело. Хочется так мало, хочется так много… Хочется экстаза огненных ночей; Хочется увидеть жизнь свою и Бога В черных бриллиантах любящих очей. Хочется так жарко, хочется так страстно Хоть услышать эхо плача своего… Хочется бесцельно, хочется напрасно… Бешеный порыв и… больше ничего.

«Бывало, в лазури бегут облака…»

Бывало, в лазури бегут облака, Находят на солнце, и радостный день Темнеет мгновенно и гаснет слегка, И тени сливаются в общую тень. Так в нашей любви замелькает, бывало, Пустячного спора мгновенная тень. Она мимолетно, случайно упала; За нею прекрасней покажется день…

«Шепни мне слово, то слово дивное…»

Шепни мне слово, то слово дивное, Но тихо его шепни; Оно святое, оно наивное, Как первый цветок весны. Я вижу снова дорогу пыльную… Мы молча с тобой идем… Я помню, песню искал я сильную И в слове нашел одном… То слово — первое слово нежное, Из белых слогов — оно; Оно младое, оно безбрежное; Как небо, всегда одно.

Контрасты

Я плакал без горя; ты вдаль загляделась… Мы были одни с тишиной; Зеленой рекою мы медленно плыли; Мы счастливы были… Мы молоды были с тобой… Я горько смеялся; ты рвала ромашку — Летали кругом лепестки. Над сердцем разбитые клятвы кружились… Мы молча простились Неясным движеньем руки… Усмешки сквозь горе и слезы сквозь счастье Проходят своим чередом. Так дождь благодатный бывает весною, Так солнце порою Смеется осенним лучом.

Два мгновенья

Хохочет гул людской, и смех его так груб, Что мы ушли на брег к безмолвию мороза. Дрожа касаюсь и твоих очей и губ, А губы у тебя как огненная роза. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Скользит вечерний час, в июльском сне грустя. Облокотилась ты на белые перила; И даже пальчик твой не смею тронуть я, Так нежен дальний луч над розовой могилой…

«Солнечно-нежные губки…»

Солнечно-нежные губки Слушали песню в крови — Звук вдохновенный, но хрупкий, Как одуванчик любви… Ныне, когда налетает Времени ветреный дух, Вдруг одуванчик теряет Весь свой серебряный пух… Бледные нежные губки!.. Мало я чувствовал их!.. Мало я знал этих хрупких Песней в крови молодых…

«Сядь поближе ко мне. Мы припомним с тобой…»

Сядь поближе ко мне. Мы припомним с тобой, Как друг друга любили мы мало… Дай мне ручки свои, а ресницы прикрой, Чтоб мечту наша жизнь не пугала. Мы припомним с тобой тот запущенный сад, Где гвоздики цвели запоздало. Ты грустишь… Твои ручки и губы дрожат, Иль в былом ты печаль увидала? Да, мы мало любили увядшие дни, Дни осенние, дни золотые… Но мы были вдвоем, и мы были одни… Так к чему же упреки немые? Вечереет в душе… Не грусти, не грусти… Ты не помнишь, как ты говорила, Что ты счастье нашла, что я счастлив, как ты… Ты не помнишь… Но это ведь было.

«Я буду слезы лить в тот грозный час страданья…»

Я буду слезы лить в тот грозный час страданья, И плакать всей душой, и плакать как дитя, И, может быть, тогда чуть слышно сквозь рыданья Шепну, что умерла любимая мечта. Но нет; я пред тобой не буду унижаться, Не упрекну тебя, в чем упрекать могу; И не скажу тебе, что больно расставаться, Как не скажу о том, что я тебя люблю.

«Аккорды, как волны и призрак разлуки…»

Аккорды, как волны и призрак разлуки — Увядший давно голубой василек… Как сердцу несносны знакомые звуки! Как душу тревожит любимый цветок! Под траурной тенью гнетущей утраты Мечты разбудил лепесток василька, Мечты разбудили аккордов раскаты, Мечты о былом и мечты без конца… Услышу ль я песню, блуждая по нивам? Быть может, тогда аромат васильков Мне в сердце внесет с безнадежным мотивом Всю радость, все слезы минувших годов. Быть может, забуду могучие звуки?.. Забуду когда-то любимый цветок?.. Аккорды, как волны и призрак разлуки — Увядший давно голубой василек…

1 2 3 4 5 6