Стихи
Шрифт:
"Я
на татарском вам прочитаю
"Левый марш". Входит второй.
Косой в скуле. И говорит,
в карманах порыскав: "Я мариец. Твой
"Левый" дай тебе
прочту по-марийски". Эти вышли.
Шедших этих в низкой
двери
встретил третий. "Марш
ваш наш марш. Я
чуваш, послушай,
уважь. Марш
вашинский так по-чувашски..."
Как будто
годы
взял за чуб я - Станьте
и не пылите-ка!рукою
своею собственной
щупаю бестелое слово
"политика". Народы,
жившие,
въямясь в нужду, притершись
Уралу ко льду, ворвались в дверь,
идя
на штурм, на камень,
на крепость культур. Крива,
коса стоит Казань. Шумит
бурун: "Шурум...
бурум..." 1928 Владимир Маяковский. Навек любовью ранен. Москва: Эксмо-Пресс, 1998.
ПИСЬМО ТАТЬЯНЕ ЯКОВЛЕВОЙ В поцелуе рук ли,
губ ли, в дрожи тела
близких мне красный
цвет
моих республик тоже
должен
пламенеть. Я не люблю
парижскую любовь: любую самочку
шелками разукрасьте, потягиваясь, задремлю,
сказав
тубо собакам
озверевшей страсти. Ты одна мне
ростом вровень, стань же рядом
с бровью брови, дай про этот
важный вечер рассказать
по-человечьи. Пять часов,
и с этих пор стих
людей
дремучий бор, вымер
город заселенный, слышу лишь
свисточный спор поездов до Барселоны. В черном небе
молний поступь, гром
ругней
в небесной драме,не гроза,
а это
просто ревность двигает горами. Глупых слов
не верь сырью, не путайся
этой тряски,я взнуздаю,
я смирю чувства
отпрысков дворянских. Страсти корь
сойдет коростой, но радость
неиссыхаемая, буду долго,
буду просто разговаривать стихами я. Ревность,
жены,
слезы...
ну их! вспухнут веки,
впору Вию. Я не сам,
а я
ревную за Советскую Россию. Видел
на плечах заплаты, их чахотка
лижет вздохом. Что же,
мы не виноваты ста мильонам
было плохо. Мы теперь
к таким нежны спортом
выпрямишь не многих,вы и нам
в Москве нужны не хватает
длинноногих. Не тебе,
в снега
и в тиф шедшей
этими ногами, здесь
на ласки
выдать их в ужины
с нефтяниками. Ты не думай,
щурясь просто из-под выпрямленных дуг. Иди сюда,
иди на перекресток моих больших
и неуклюжих рук. Не хочешь?
Оставайся и зимуй, и это
оскорбление
на общий счет нанижем. Я все равно
тебя
когда-нибудь возьму одну
или вдвоем с Парижем. 1928 Владимир Маяковский. Навек любовью ранен. Москва: Эксмо-Пресс, 1998.