Чтение онлайн

И ноги были до крови натерты.

Она пришла и постучалась в дом.

Открыла мать. Был стол накрыт к обеду.

«Твой сын служил со мной в полку одном,

И я пришла. Меня зовут Победа».

Был черный хлеб белее белых дней,

И слезы были соли солоней.

Все сто столиц кричали вдалеке,

В ладоши хлопали и танцевали.

И только в тихом русском городке

Две женщины как мертвые молчали.

Илья Эренбург. Стихотворения и поэмы.

Новая библиотека поэта.

Санкт-Петербург: Академический проект, 2000.

Мир велик, а перед самой смертью

Остается только эта горстка,

Теплая и темная, как сердце,

Хоть ее и называли черствой,

Горсть земли, похожей на другую,Сколько в ней любви и суеверья!

О такой и на небе тоскуют,

И в такую до могилы верят,

За такую, что дороже рая,

За лужайку, дерево, болотце,

Ничего не видя, умирают

В час, когда и птица не проснется.

Илья Эренбург. Стихотворения и поэмы.

Новая библиотека поэта.

Санкт-Петербург: Академический проект, 2000.

Ракета салютов. Чем небо черней,

Тем больше в них страсти растерзанных дней.

Летят и сгорают. А небо черно.

И если себя пережить не дано,

То ты на минуту чужие пути,

Как эта ракета, собой освети.

Илья Эренбург. Стихотворения и поэмы.

Новая библиотека поэта.

Санкт-Петербург: Академический проект, 2000.

Умру – вы вспомните газеты шорох,

Ужасный год, который всем нам дорог.

А я хочу, чтоб голос мой замолкший

Напомнил вам не только гром у Волги,

Но и деревьев еле слышный шелест,

Зеленую таинственную прелесть.

Я с ним жил, я слышал их рассказы,

Каштаны милые, оливы, вязы -

То не ландшафт, не фон и не убранство;

Есть в дереве судьба и постоянство,

Уйду – они останутся на страже,

Я начал говорить – они доскажут.

Илья Эренбург. Стихотворения и поэмы.

Новая библиотека поэта.

Санкт-Петербург: Академический проект, 2000.

[ТЕНЬ] МАКСИМИЛИАНА ВОЛОШИНА

Елей как бы придуманного имени

И вежливость глаз очень ласковых.

Но за свитками волос густыми

Порой мелькнет порыв опасный

Осеннего и умирающего фавна.

Не выжата гроздь, тронутая холодом…

Но под тканью чуется темное право

Плоти его тяжелой.

Пишет он книгу.

Вдруг обернется – книги не станет…

Он особенно любит прыгать,

Но ему немного неловко, что он пугает прыжками.

Голова его огромная,

Столько имен и цитат в ней зачем-то хранится, А косматое сердце ребенка, И вместо ног – копытца.

Февраль 1915

Примечания

См. раздел М. Волошина на этом сайте.

Илья Эренбург. Стихотворения и поэмы.

Новая библиотека поэта.

Санкт-Петербург: Академический проект, 2000.