Тишина. Ни собак, ни людейздесь не видно со дня сотворенья.Только свадебный стон лебедей,только царственный блеск оперенья.Только ягель да зубчатый лес,да в безмолвные белые ночитусклый пламень полярных небесотражают озера, как очи…Если есть в человеке душа —да придет она после разлукипод струящийся шум камышана озерные эти излуки.Пусть останется с миром вдвоембез меня на закате багряноми лепечет о чем-то своембезымянная над Безымянным.Пусть витает в пустынном краю,о прошедшей судьбе забывая,и да примет ее, как свою,лебединая белая стая.
1976
" Свистнет ветер, листвяк заскрипит, "
Свистнет ветер, листвяк заскрипит,вековечную тишь беспокоя.Вперемешку со снегом летитлиственничная желтая хвоя’.Тяжело оступаясь, как лось,я с хребта озираю долины,ртом хватаю хрустящую гроздьподмороженной сладкой рябины.Все короче становится день,все желанней ночная дремота,и наплечный ружейный ременьпотемнел от горячего пота.
1976
" Есть золото славы и медь похвалы, "
Есть золото славы и медь похвалы,есть жизни обыденный лепет,но с углем под серым налетом золыцелуется северный ветер.Есть время, которое просит у насотдать ему силу и волю…Но вот засверкала звезда, как алмаз,над линией береговою.Из древних лесов вытекает река,там сосны как медные трубы…От солнца, от спирта и от табакарастрескались нежные губы.Пусть белые ночи меня разлучатсо всеми, кто близок и дорог…Что делать,коль гуси так звонко кричатна дальних Мегорских озерах!
1976
" Где было некогда жилье — "
Где было некогда жилье —теперь растет одно былье.Чертополох да лебеда,как будто про’клятые травы,над прахом быта и трудашумят, как орды величавы.Такие соки в них текут,такие зверские замашки,что рядом с ними не цветутни ирисы и ни ромашки.Кирпич.Бревно.Истлевший хлам.Следы уклада и оплота.Мстит человеческим деламнеравнодушная природа.За то, что причинил изъян,за то, что был слепым орудьемсвоих страстей.Шуми, бурьян,за то, что ни земле, ни людям!Земля не знает пустырей,есть смысл у моря и пустыни,и тем прекрасней — чем скорейвсе пересилит дух полыни.
1976
" По северным звездам угадывать путь, "
По северным звездам угадывать путь,брести от зари до ночлега,свалиться без сил и ладонью черпнутьводы из лосиного следа.Проснуться в ночи и глядеть у костра,как уголь становится пеплом,подумать о жизни: еще не прошла! —коль пламя целуется с ветром.По тропам звериным сквозь бурую гатьстремиться к прозрачным истокам,выслеживать птицу и спирт разбавлятьхолодным березовым соком.А белые ночи стоят в сосняке,ползут на болота и взгорья,и красная рыба по черной рекекрадется из Белого моря.
1976
" Я был в толпе. Ее закон "
Я был в толпе. Ее законя изучил боками,когда полуживотный стонструится под ногами.Когда тяжелый пар и смраднад головой струится —тогда никто тебе не рад,не вглядывайся в лица.Когда удушье или страхберут тебя за горло —ты локоть сам поставишь так —что хрустнут чьи-то ребра.А кто&то на твое плечоползет, спасая тело,и в ухо дышит горячо —Когда такое дело —тогда ты вспоминать не радо совести и чести…В толпе никто не виновати все виновны вместе.
1976
" От своих переулков кривых "
От своих переулков кривыхя ушел, как положено сыну,и к великой столице привык —думал, что никогда не привыкну.Что засохну без милой реки,задохнусь без весеннего бора…Но сомненьям своим вопрекиперестроился прочно и скоро.Вечный город! Я знаю теперьвсе соблазны твои, все угрозы.Ты не веришь слезам? — И не верь,что тебе бесполезные слезы!Если ты уже тысячу летвсе теснишь перелески да пашнитяжкой мощью державных приметот Кремля до Останкинской башни.
1976
" Вновь смута. Буйствует народ, "
Вновь смута. Буйствует народ,шумит, как море в непогоду,но на престол восходит Пётри не даёт ему свободу,чтоб выстроить Санкт-Петербурги предъявить Россию миру,чтоб Пушкин из дрожащих рукДержавина воспринял лиру.
1975
" Любит сына, и мать, и жену, "
Любит сына, и мать, и жену,любит трепетно, скрытно и строго,все отдал очагу своему,сам с собой обошелся жестоко.Но когда я о Родине с нимначинаю заветные речи —неприязнью давнишней томим,убирает он голову в плечи.Как же так! Признавая законкровных узи домашних устоев,заявляет уверенно он,что родные могилы — пустое! —как река,как огонь на лугу…О святынях — не хочет и слышать!Я раздвоенность эту могупонимать как желание выжить,потому что сей муж и отецпрожил век в не заоблачных высях..Может быть, он расчетливый лжецили просто запутался в мыслях?Разве все, что на этой землеот отца протянулось до сына,родилось не в едином зерне,разрослось не из корня едина?
1971
" Я люблю тебя, море, но знаю — "
Я люблю тебя, море, но знаю —шутки плохи с тобою, когдаволны слепо сбиваются в стаюи на берег бегут, как орда.Я люблю тебя, время, но всё жене настолько ты правишь судьбой,чтобы сделаться чести дороже,чтоб заискивать перед тобой.Шум прибоя огромен и влажен —отзвук вечности в гуле времён…Этот мир и прекрасен и страшен,нелюдим и перенаселён.