Чтение онлайн

Контрабандист заплатил протаможье и был отпущен два дня назад. Рукопись оказалась подделкой, пара страниц доступной информации по древним языкам, а все остальное было заполнено бессмысленной тарабарщиной. Лидия наверняка это подстроила, чтобы отвлечь мое внимание. Самое обидное, что могла особо и не стараться, зачем было устраивать этот цирк с приступом, плюхаться в грязь, закатывать глаза! А я, как дурак, опять купился. Не стоило вообще заговаривать с ней или дотрагиваться, Лидия словно зараза, которая липнет порочным наваждением и ядовитым соблазном!.. Я встряхнул головой, отгоняя ее образ, и заторопился к темнеющему в утреннем тумане экипажу. Сонный извозчик недовольно пробурчал что-то, но тут же встрепенулся, соскочил с козлов и угодливо распахнул передо мной дверцу. Я велел ехать в порт.

А если Лидия не притворялась и действительно что-то увидела в своих безумных видениях? Кровь из носа едва ли вызовешь нарочно... Я прикрыл глаза, вспоминая сцену в порту. Мне было настолько страшно даже просто прикоснуться к ней, что я стоял столбом, хорошо, что профессор вмешался. При мысли, что опять придется терпеть ее присутствие, я выругался и стукнулся затылком о подголовник сиденья. Потом еще раз и еще... Ведь если этот пожар - дело рук колдуна, то она... Лидия опять бесцеремонно влезет в дознание, будет совать нос в церковные дела, интриговать, лгать, выискивать выгоду, торговаться, пошлить и заставлять краснеть за нее. Но весь ужас ситуации в том, что она опять будет приставать и грязно домогаться меня под любым предлогом, а я... Нет, не бывать этому. Даже близко ее не подпущу к дознанию! В конце концов, еще ведь неизвестно, может, это обычный пожар, и колдун - всего лишь ее выдумка...

Несмотря на раннее утро, жизнь в порту уже кипела, рабочие разгружали торговую каракку, рыбацкие шхуны торопились сбыть улов в рыбные ряды, шумели первые перекупщики, потянувшиеся за товаром. Но восхитительная мешанина из запахов водорослей, смолы, мокрых канатов, рыбного духа, такая привычная для порта, смешивалась с тревожным смрадом горелого. Пожар уже потушили, здание склада зияло черными проплешинами, вокруг него суетились городские стражники, рабочий люд и просто любопытные. Я заторопился туда.

– Капитан Лунтико, доброе утро, - кивнул я хмурому мужчине.
– Что здесь произошло?

Капитан удостоил меня вниманием, собираясь ответить обычной грубостью, но ему не дали. Высокий желчный господин в замызганном сюртуке бесцеремонно влез и налетел на капитана:

– Где были ваши стражники?!? Я за что плачу налоги? Почему меня никто не предупредил об опасности? Почему у моего соседа всего лишь обгорела стена, а у меня! Весь товар сгорел!

– О чем вы толкуете, господин Мослик? О какой опасности?

Купец задохнулся от возмущения, потом, брызгая слюной от злости и потрясая кулаками, выдал:

– Об опасности пожара! Почему мои соседи знали об этом, а меня никто не предупредил? У Этьена вон сразу все потушили, как будто заранее готовились!

Спокойная солидность второго купца, очевидно того самого Этьена, резко контрастировала с неряшливой суетливостью погорельца. Господин Этьен покачал головой и веско пожурил жалобщика:

– Ох и сквалыга же вы, господин Мослик! Если бы не пожадничали в свое время, когда мы всей гильдией сбрасывались на поимку шайки, что обозы грабила, то глядишь, госпожа Хризштайн, светлая душа, дай бог ей здоровья, и вас бы предупредила...

– Я не обязан платить какой-то пройдохе!
– взвизгнул купец.
– А шайку ловить должна была громадская управа! Я за что налоги в казну плачу!

– О чем это вас она предупредила?
– насторожился капитан Лунтико, опередив меня с вопросом.

Купец Этьен плечами пожал и ответил незатейливо:

– Да просто сказала, чтоб охрану складов усилили, что возможно в городе колдун, который хочет все сжечь. А еще посоветовала...

– Да кто она такая, демон ее раздери!
– сплюнул капитан на землю, его лицо налилось кровью.

– А куда вы смотрели, капитан! Почему ваши лентяи баклуши бьют! А вы, святой отец? Колдун? Серьезно? А чем занимается Святой Престол?!? Кто мне убытки возмещать будет?

– Это Единый вас покарал, господин Мослик, за жадность неуемную и глупость!
– вмешался купец Этьен.

– Да я вас засужу!

– Замолчите, господин Мослик! Иначе в тюрьму посажу, за оскорбление власти!

Безобразная свара грозила перерасти в оглушительный скандал, я уже было открыл рот, чтобы вмешаться, но тут заметил, что толпившиеся любопытные расступились, и двое работяг вынесли из здания склада носилки, прикрытые грубым полотнищем. Сердце тревожно забилось от нехорошего предчувствия, и я поспешил убедиться. Так и было. Под тканью угадывались очертания человеческого тела, а в нос ударил смрад сгоревшей плоти, смешанный со сладко-травяным запахом. Я запнулся на полпути, непрошенные сомнения вновь накатили на меня, но все равно упрямо сделал шаг вперед, потом еще один. Я должен осмотреть тело, узнать детали и выяснить причину пожара, но желудок уже предупреждающе заворочался, стягиваясь в тугой узел. Я замер возле тела, остро пожалев о том, что не имею привычки носить с собой надушенный платок, как некоторые. Набрал в легкие побольше воздуха и...

– Держите, господин инквизитор, - голос Лидии был насмешливым и хриплым. Она протягивала мне свой платок, от которого исходил сильный цветочный аромат.
– И посторонитесь, я тоже хочу взглянуть.

Довольно бесцеремонно она отодвинула меня в сторону и, пока я растерянно комкал в руках платок, присела на корточки рядом с телом, придерживая полы длинного серебристого манто.

– Что вы здесь делаете, госпожа Хризштайн?
– резко спросил я, но она не обратила на меня никакого внимания.

Лидия решительно отдернула ткань и с любопытством уставилась на обгорелые человеческие останки. Мне пришлось уткнуться носом в ее платок, чтобы отвлечься от собственного взбрыкнувшего желудка. Зрелище было страшным и завораживающим одновременно. На закопченном лице несчастного застыла посмертная улыбка, обезображенная лопнувшей кожей на уголках губ и щеках.

– Почему он улыбается?
– едва смог выдавить я.

Лидия склонилась над трупом, принюхалась, вызвав у меня очередной спазм, потом распрямилась и взглянула на меня презрительно.

– Потому что на складе явно было конопляное масло, господин инквизитор. Можно сказать, он умер счастливым. Вы разве не чувствуете запаха? Принюхайтесь!
– она попыталась забрать у меня платок, но я вцепился в него мертвой хваткой.
– Ну как хотите!

Лидия досадливо заправила выбившийся локон под шляпку и поежилась. Ее светлые глаза покраснели, под ними залегли темные круги, сама она казалась невыспавшейся и злой.

– Сейчас вы заявите, что это дело рук колдуна? Только умоляю, давайте без излишней театральности с кровотечениями из носа и обмороками, ладно?