Стихия страсти
Шрифт:
В устах Джейн его имя прозвучало нежно и как-то очень интимно.
– А сейчас позволь мне уйти. Боюсь, сегодня я уже ничем не смогу позабавить… тебя.
Отодвинув кресло, она медленно поднялась. Это удалось ей с большим трудом: колени затекли и одеревенели. Но все-таки она не застонала и была очень горда собой. Доминик, кажется, ничего не заметил.
– Может быть, ты останешься? – с досадой спросил он. – Ведь еще совсем рано. Я даю тебе шанс отыграться.
– Не сегодня, – твердо сказала Джейн.
Она уже повернулась, чтобы выйти, но в этот момент Джейк схватил ее за запястье, желая удержать… и резко повернул лицом к себе. Острая боль, словно током, пронзила ногу Джейн, и она невольно вскрикнула.
Джейк с изумлением посмотрел на нее.
– Что за чертовщина?! – воскликнул он, вглядываясь в побледневшее лицо девушки. – Что с тобой? Такое впечатление, что ты вот-вот упадешь в обморок!
Но Джейн уже справилась с собой.
– Ничего страшного. Просто ударилась ногой, – все еще дрожащим голосом произнесла она. – Через минуту все будет в порядке.
Джейн попыталась преодолеть охватившую ее слабость, но не смогла и без сил опустилась в кресло. Бормоча проклятия, Доминик присел перед ней на корточки и осторожно через ткань брюк стал ощупывать ногу.
– Нет-нет, не надо! – испуганно воскликнула Джейн, но было поздно.
– И не пытайся остановить меня – не получится. Я должен во всем разобраться. Тут что-то не так.
Доминик посмотрел ей прямо в глаза, и Джейн отвела взгляд. Слабость и боль окончательно сковали ее волю, у нее уже не было сил сопротивляться.
Джейк быстро закатал брючину и, тихонько присвистнув, принялся проворно разматывать повязку. Когда исчез последний слой бинта, его взгляду открылось безобразно распухшее багрово-синее колено.
– Ничего себе! Ведь это же страшно болезненно! Что с тобой случилось?!
Кончиком языка Джейн облизала пересохшие губы.
– Через несколько дней все пройдет, – пробормотала она, пытаясь прикрыть брючиной больное колено, но Джейк оттолкнул ее руку.
– Зачем ты скрывала?! – взорвался он. – У тебя и другое колено такое же? Неужели ты не понимаешь, что их надо лечить? Все! С этого дня ты остаешься в постели и не поднимешься, пока я не разрешу.
– А я говорю, что все обойдется, – заупрямилась девушка. – Подержу ноги в холодное воде, когда вернусь в свою комнату, и опухоль спадет. Ведь завтра мне нужно быть на работе!
– Рвение к работе, конечно, весьма ценно качество. Но здесь распоряжаюсь я, и ты вы полнишь мой приказ. Марк проследит, чтобы ты оставалась в постели всю следующую неделю.
– Нет! – закричала Джейн. – Капитан подумает, что я не справилась со своим делом прибежала к тебе жаловаться!
– Почему это, интересно, он так подумает? С чем ты не справилась? – быстро и вкрадчиво спросил Доминик.
– Неважно! – Золотистые глаза Джейн сверкали. – Говорю тебе, никто на свете не сможет удержать меня от выхода на палубу!
– Ну, это мы еще посмотрим. Сначала расскажи, чем ты там занимаешься?
– А чем, по-твоему, можно заниматься на палубе? Я ее мою. Из-за чего еще у меня могли бы так распухнуть колени?! – с негодованием произнесла Джейн.
Доминик потрясенно взглянул на нее.
– Так Бенджамин все эти четыре дня заставлял тебя, ползая на четвереньках, скрести палубу?!
– Ну и что же в том плохого? – вызывающе спросила Джейн. – Свежий воздух. Солнце. Здоровая физическая нагрузка. Ты же сам говорил, что мне это пойдет на пользу.
Джейк вспыхнул от гнева.
– Откуда я мог знать, чем ты занимаешься?! – процедил он сквозь зубы. Затем подошел к телефону, быстро набрал номер и резко приказал:
– Марк, немедленно спустись ко мне.
Не дожидаясь ответа, он бросил трубку на рычаг и обернулся к Джейн. Девушка полулежала, откинувшись на подушки. Бледная, с темными кругами под глазами, в одежде с чужого плеча, она выглядела удивительно хрупкой и беззащитной. И только в глазах у нее горел неукротимый огонь.
– Но почему ты ни о чем мне не сказала?
– Мы с капитаном как-нибудь разберемся сами. Тебя это не касается, – вызывающе вздернув подбородок, ответила Джейн.
– Как это не касается?! – взорвался Доминик. – Я – владелец яхты! Ты слышишь? Я нанимаю каждого члена экипажа и плачу ему. Мне далеко не безразлично, что капитан измывается над тобой!
– Надо мной никто не измывается, – огрызнулась Джейн. – И не надо ни во что вмешиваться.
Вцепившись в подлокотники кресла, она попыталась встать, но Доминик не дал ей этого сделать.
– Опять?! – закричал он и, подойдя к девушке, неожиданно поднял ее на руки.
Не обращая внимания на протестующие крики, Доминик донес Джейн до кушетки, обтянутой светло-коричневой кожей.
– Лежи, как я тебе сказал!
Возмущенная его бесцеремонностью, Джейн приподнялась на локтях, собираясь сказать, что она плевать хотела на его приказы. Неизвестно, чем бы дело кончилось, но в этот момент дверь открылась, и в комнату вошел Бенджамин Маркус.
В своем аккуратном темно-синем кителе он выглядел, как обычно, невозмутимо. Его внимательный взгляд тут же остановился на фигурке Джейн.