Чтение онлайн

Приехали с сыном из дальних степей -

И город ворвался, и мчался в сознанье,

Зеленой листвою с любовью своей.

А солнце сверкало и бегало в окнах,

Балкон наш летел над зеленой землей,

Гоняли мячи, в загороженных кортах,

А мы поселились впервые семьей.

Давно это было, но август – планета

Приходит к нам в каждый взрослеющий год,

Приносит нам радость холодного света,

Приносит плоды в человеческий род.

На грусть

тихо падает снег.

И пусть. Я спокойнее всех.

Иду. Сквозь снежиночек бег.

Иду.

Скрипит

под ногами мечта,

Грустит, что снегами полна,

Что так велика, как земля она.

Привет.

Мне от сосен, берез.

От тех,

Что спасает от слез,

От тех,

Что прекраснее грез,

Утром солнце подарило

Блестки солнечной росы,

Все травинки возродило

Для придания красы.

И туман поднялся к елям,

Их макушки захватил,

И прислушивался к трелям,

Что кузнечик возвестил.

И тепло к траве склонилось,

К каждой капельке воды,

Чтоб ты больше засветилась

И исчезла, как и ты.

Осень взвилась вихрем злата,

Поднялась златой звездой.

Монастырская палата

Белой стала и простой.

Ну, а я в листве осенней

Потускнела от невзгод,

В грусть и лиственные сени

Солнце что-то не идет.

Вон оно над миром светит,

Песню осени поет.

Светит, светит, но не греет,

Но мне силу Бог дает.

Ты похож на Рублева,

Ты художник в крови,

Ждешь у женщины клева,

Ты – художник любви.

Ты из женщины тихой

И забытой судьбой

Неназойливо, лихо

Высек пламя собой.

И она засветилась

От любви и пера.

И немедленно скрылась -

Знать, другая пора.

Посмотри на себя:

Ты увидишь морщинки досады,

Смотришь ты не любя,

Да любви мне твоей и не надо.

Белый пух тополей

Отлетел и растаял бесследно,

Ты не станешь смелей,

И любить тебе, кажется, вредно.

Ты идешь сквозь листву,

Мимо осени в легком дурмане

И не чтишь синеву,

Что идет мимо в волжском тумане.

Осень достигла своей середины

Или конца венценосной поры,

Стали невзрачными наши миры,

И потемнели речные глубины.

Небо пустынно, и чье повеленье

Бросило оземь красот чудеса?

Я так спокойно смотрю в небеса,

Но не встречаю красивых явлений.

Солнце и то, лишь слегка беловато,

Светит, не светит, и тени мертвы,

Травы засохли, как сестры листвы,

Радости красок, увы, маловато.

Так и в душе: ни тепло, ни морозно.

Вовсе засохла травинок ботва.

То ли я женщина, то ли трава,

Даже заботы стучатся не грозно.

Тонкие ветви прогнулись в движенье,

Золотом листья сверкали летя,

И золотилось цветное круженье

Всех пешеходов красою ведя.

В шелковом вихре металась березка,

Тканью нетканой касаясь небес,

С ветром умчались небесные слезки,

Так быстротечны слезинки невест.

Что тебя крутит, моя златокудрая,

Что ты в круженье роняешь листву,

И прикрываешь земелюшку рудную,

Иль ты боишься, чужую молву?

Что ты, не бойся, их веточки голы,

Кто в чем остался, в том молча стоит,

Видны их шрамы, от молнии сколы,

Только в тебе взбунтовался пиит.

Нет, не услышала, в гибком движенье,

Радуя взор и лаская мой ум,

Все продолжала цветное круженье,

С ветром, танцуя, не ведая дум.

Ко мне сквозь листья осени багряной

Явился ты незримою строкой,

И жизнь моя вдруг показалась странной,

И ты был мне, как прежде, дорогой.

Мне так хотелось видеть твои очи,

Их полумрак сердечной красоты,

И закружить с тобой во мраке ночи,

И любоваться миром, где есть ты.

Но вот беда: незрим ты и невидим,

Летит листва, желтея без тебя,

А ты исчез в своем небесном виде,

Мечта моя исчезла не скорбя.

И все ж приятны малые мгновенья

Былой любви, мечты, забытых слов,

Не хочется мечтать одной в забвенье,