Стингер
Шрифт:
— Ага, не могу сказать, что помню многое о том полете.
Мы сидели молча, пока бармен не поставил бутылки с пивом перед нами. Я кивнул в знак благодарности.
— Итак, Карсон, — начал Лиланд, — ты уже решил, будешь ли увольняться со службы по состоянию здоровья? — он посмотрел на меня с опаской, делая глоток пива.
Я закрыл глаза на секунду.
— Думаю, я останусь, — ответил я, размышляя, насколько благодарен флоту за предоставленный выбор.
Как оказалось, пуля, что попала в меня, прошла рядом с сердцем, буквально сантиметр вправо, и я умер бы на месте. Ожоги на руках вылечили, остались только небольшие шрамы на пальцах и ладонях, но для полного эмоционального выздоровления понадобится больше времени. Мне смогут доверить стрельбу из оружия, по меньшей мере, через год. Будет отстойно сидеть на базе и чистить стволы, пока парни уходят и приходят, но таков порядок вещей. У меня нет выбора.
Лиланду повезло гораздо меньше. Внутренние повреждения от пулевых ранений залатали, но состояние ноги было совсем хреновым, и поэтому его уволили со службы, без вариантов. Ладно, хоть он ее совсем не потерял. Да, он теперь всегда хромает, но зато передвигается на собственных костях.
Лиланд лишь кивнул, со стороны казалось, что он полностью ушел в себя. И, наконец, он взглянул на меня.
— Ты бы изменил свое решение, если бы у тебя была работа или что-то важное, из-за чего стоило бы остаться? — поинтересовался он.
Я нахмурился.
— Я не беспокоюсь о поиске работы после возвращения. Думаю такой пункт в резюме, как «морской котик», откроет мне многие двери. Нужно только определиться, какие именно. Друг, у тебя ведь точно такие же возможности.
Он кивнул.
— Дело в том, что с моей работой уже всё решено. Мой отец хочет, чтобы я управлял отелем после возвращения. Я много думал на протяжении этих трех месяцев, друг, знаю, ты тоже, — он провел рукой по коротким волосам. — Дерьмо, я думал о многих вещах, например, о том, как ты сказал, что мы должны что-то делать, Карсон. Ты первый об этом заговорил.
Он замолчал на какое-то время, а я лишь кивнул, признавая, что, когда я говорил, я именно это и имел в виду.
— Если ты выслушаешь меня, то, возможно, у меня есть для тебя предложение, от которого ты не сможешь отказаться, — сказал он тихо.
Я усмехнулся.
— У меня уже есть работа мечты, Лиланд. И ты это знаешь.
Он несколько секунд изучал меня, а потом продолжил:
— А ради Ары?
Я замер. Да, он добился моего внимания. Ара. Милая Ара. Он знал, я сделаю всё, что угодно, ради неё. Все парни знали это.
— Я слушаю тебя, — ответил я тихо, и он начал говорить.
21 глава
Часть 3. Голубь
Спустя два месяца, декабрь
Грейс
Я зашла в кабинет своего босса и, улыбаясь, села в кресло напротив его рабочего стола.
— Грейс, — приветствовал он меня с улыбкой.
Лоуренс Стюарт был прокурором в округе Кларк, большой человек с добрыми глазами и легкой улыбкой. Он справедлив, на него легко работать, хотя временами может быть немного несговорчивым. Пока я не обнаружила ни одной причины, чтобы идти против него, но согласно наблюдениям, мне необходимо очень мудро вести свою битву.
— Как ты, Ларри? — спросила я.
Именно так он попросил называть его, когда мы впервые говорили во время моего интервью по телефону.
— Хорошо, хорошо. А ты? Как идет подготовка к свадьбе?
Я улыбнулась.
— Мы еще не выбрали дату свадьбы. Ты знаешь, мы оба работаем на безжалостного начальника.
Он разразился безудержным смехом.
— Я мог бы выкроить для вас обоих выходной.
Я ухмыльнулась.
— Хорошо, тогда мы смогли бы всё распланировать.
Изначально я немного нервничала, что коллеги узнают о наших с Алексом отношениях, особенно учитывая, что я новенькая. Но как-то на одном совместном сборище, спустя два месяца после моего прихода, Ларри подошел ко мне, тепло так улыбнулся и сказал:
— Алекс — хороший парень, рад, что ты обрела друга в его лице.
После этого мы всё равно не стали устраивать грандиозное шоу из наших отношений, но я знала, что теперь они будут восприняты с гораздо меньшим неодобрением. А когда мы объявили о помолвке, весь офис был рад за нас.
С Алексом было легко работать, даже несмотря на то, что мы помолвлены. Мы всё еще жили отдельно, и это, очевидно, было нам на руку, но я была уверена, видя друг друга в офисе и на работе, тоже ничего не изменит. Алекс был спокойным, с легким характером и таким «плывущим по течению». В зале суда он производил впечатление надежного соседского парня, и его деловая репутация победителя полностью этому соответствовала.
Ларри откинулся в кресле.
— Произошло убийство два дня назад, Грейс. Полиция обнаружила тело молодой девушки с пулевым отверстием в голове на обочине дороги недалеко от Ред Рок Каньон.
Я побледнела. Перед глазами сразу же возник образ этого места. Давным-давно я была там…
— На месте преступления нашли какие-нибудь улики? — спросила я.
— Множество. Полиция получила отпечаток с браслета, который носила жертва. У нее в руке также обнаружили камень с пятнами крови. Они прогнали отпечаток по базе, и он привел к, — он взял лист бумаги со стола и прочитал имя, — Джошуа Гарнеру, двадцати восьми лет. Недавно он был с почетом уволен из ВМФ — на протяжении практически десяти лет был «морским котиком», только начал жизнь как гражданское лицо. Пару месяцев назад переехал сюда. Семья живет не здесь. Когда полиция приехала к нему домой, то обнаружила, что рана на его голове совпадает с камнем в руках жертвы. А после экспертизы выяснили, что образцы крови также совпадают. Не говорю уже о том, что пуля в девушке была выпущена из его оружия. Вчера его арестовали за убийство.
Я нахмурилась и постучала ручкой, что использовала для записи в блокнот предоставленной мне информации. На вид дело было с «неопровержимыми доказательствами», и как прокурор ты только можешь мечтать заполучить такое.
— Он говорит?
— Нет. Он сразу же потребовал адвоката.
Значит, мне не удастся с ним поговорить.
— Где он работал?
Он снова заглянул в документы на столе.
— Он работал в службе безопасности в новом отеле «Трилогия».
Я слышала о нем — элитный отель с тремя башнями, а также невероятно роскошный. Я записала название и снова подняла глаза на него.
— Мы знаем, кто эта девушка?
Он покачал головой.
— При себе у нее не было никаких документов, также ее имя пока не всплыло ни в одном заявлении о пропаже. По виду можно сказать, что она испанка, восемнадцати — двадцати лет. Возможно, нелегально здесь. Все снимки с места преступления здесь, — сказал он, похлопывая по папке с делом перед собой.
— Может, она была проституткой, и что-то пошло не так? — предположила я вслух.
— Может и так. Такова была и моя первая мысль. Но нет никаких улик, указывающих на это, прямо сейчас. Еще нет информации о вскрытии. То, что я тебе рассказал, пока всё, что у нас есть. Сейчас твое дело с Монтега идет к завершению, и я хочу, чтобы ты взяла вот это. Твое первое убийство — знаю, ты готова к нему. Суд присяжных в пятницу.