Чтение онлайн

Она не ожидала, что Тихомиров заговорит о свадьбе так быстро. По сути, они были знакомы меньше полугода. Но Женька на все ее опасения просто махнул рукой, сказав, что в старину женились вообще не зная друг друга, и жили долго.

— Нет, ну если ты сомневаешься, я дам тебе подумать минут пять — состроил он великодушную мину.

— Какой щедрый — иронически наморщила носик Вика. — Ладно, Тихомиров, я согласна.

— Только имей в виду: я уже старею и хочу успеть заделать по крайней мере, троих детишек. И чтобы были погодками — подмигнул он.

— Да куда уж я от тебя? — вздохнула Вика…

Свадьбу запланировали на июль, чтобы сразу после нее уехать в медовый месяц в Хорватию. А пока Тихомиров усиленно убеждал Вику переехать к нему. Однако та проупрямилась почти самого Нового Года. И только в конце декабря они съехались.

За то время, которое Вика была знакома с Женькой, она, наконец, почувствовала себя нормальной девушкой. Любящей и любимой. Она иногда спрашивала сама себя, не сон ли это, и даже пыталась себя ущипнуть. Но это происходило наяву. Каждую ночь ее обнимал живой и теплый Женька, каждый день она ходила на любимую работу, а по вечерам забегала навестить лучшую подругу, у которой в личной жизни тоже наметился прорыв. И теперь уже Вика выслушивала дифирамбы некоему Максиму в исполнении подруги. Абсолютное счастье омрачалось только периодическими командировками Женьки в города и веси необъятной Родины.

В последний раз перед отпуском Женька уехал в командировку 1 мая. Опять потянулись однообразные дни и звонки в «скайпе» по вечерам. На этот раз, Тихомирова отправили в Екатеринбург, так что приходилось подстраиваться под разницу во времени.

Срок командировки уже подходил к концу, когда Тихомиров неожиданно встретил Черкасова. Тот приехал сюда заключать какую-то архиважную сделку. За тот год, что Женька его не видел, Дима заметно возмужал. Раньше он был просто великовозрастным мальчиком, этаким слащавым принцем — мечтой юных девушек. А теперь он превратился в уверенного в себе мужчину, который знает чего хочет и добивается поставленной цели.

Димка обрадовался приятелю и затащил его в бар выпить пива. Черкасов рассказывал ему, что еще на год тогда застрял на Севере, а потом отец после короткого отпуска отправил его на полгода за границу, перенимать опыт зарубежных партнеров. А теперь в начале июня, наконец-то, возвращается в Питер.

— Оо! Тогда приходи в гости. Я тебя с будущей женой познакомлю. Вах, красывый дэвушка она у меня. — обрадовался Тихомиров

— Поздравляю, друг! И когда же свадьба? — просиял Димка — Мне уже не терпится познакомиться

— В июле, а потом махнем отдыхать в Хорватию.

— На свадьбу-то позовешь? — подмигнул Черкасов

— Всенепременно!

Накануне приезда Женьки Вике плохо спалось. Снилась всякая дребедень, и она постоянно просыпалась. Наконец, под утро, ей удалось крепко уснуть. Вике приснилось, будто стоит она в подвенечном платье рядом с ЗАГСом. На крыльце, прямо перед ней — Женька. Он улыбается и протягивает ей руки. Говорит что-то ласковое. Вика хочет сделать шаг навстречу ему, но тут слышит за спиной визг автомобильных шин. Она оборачивается и замирает: Сквозь толпу гостей к ней решительным шагом направляется Черкасов. Он молча, по-хозяйски берет ее за руку и тащит за собой прочь. Вика упирается, оборачивается на Женьку, но остановить Диму ей не под силу. Тихомиров срывается с места, и догоняет их. Он дергает Вику за руку, стараясь удержать. Однако Черкасов и не думает ее отпускать. Так они оба и перетягивают ее из стороны в сторону на глазах у изумленных гостей, пока Вика не начинает кричать от боли…. Проснулась она вся в слезах и с колотящимся сердцем. Встала, и, пытаясь унять волнение, прошла на кухню. Налила стакан воды. В окно уже вовсю светило утреннее солнце. Пора собираться на работу, а она так и стояла, глядя в одну точку невидящими глазами. К чему все это снилось? Черкасов ушел в прошлое, и до сих пор не напоминал о себе, с того самого момента, как в ее жизни появился Женька. Так и не найдя причины, Вика списала все на игры подсознания, передала мысленно привет дедушке Фрейду и стала собираться на работу. Однако день у нее явно не задался. Вика чуть не опоздала, а после ежедневной планерки была вызвана к начальнику отдела. Тот с траурным видом сообщил ей, что она должна принять на доработку проект, с которым не справился ее коллега. Точнее, все его предложения так и не устроили заказчика. Так что детали она может разузнать прямо у своего соседа по кабинету. Потом подумал и добавил все тем же траурным тоном, что на кону огромная прибыль, и если заказчик уйдет, то из их отдела в «Колизее» не останется ни одного специалиста, ибо Генеральный будет в бешенстве. Тут его прервал телефонный звонок и он сказал, что вызовет Вику позже.

Она вернулась к себе за стол в расстроенных чувствах. Фактически, ей навязали заведомо проигрышное дело. О нем месяц назад не говорил в их компании только ленивый. Инвестиционный фонд «Юнион Групп» вознамерился вложиться в гостиничный бизнес города и построить пятизвездочный отельный комплекс на берегу Финского залива. Сделка обещала миллиардные прибыли, и проект поручили одному из лучших и опытнейших архитекторов их отдела — Николаю Владимировичу Долгопрудову. Тот был известен оригинальным подходом к каждой своей работе. Так что, за двадцать лет трудовой деятельности имел одни только благодарности. Однако в этот раз попался норовистый заказчик. Из скупых комментариев Долгопрудова всем было ясно, что работать он вынужден с дураком, который ни на пол носа не смыслит в архитектуре. То ли руководство инвестиционного фонда никогда раньше не имело дела со строительством, то ли просто подобрало некомпетентного специалиста, ответственного за принятие проекта, но все то, что предлагал Николай Владимирович, отметалось.

Весь кабинет слушал жалобы Долгопрудова с сочувствием, и каждый тихо радовался про себя, что не ему выпала «честь» верстать чертежи для «Юнион групп». Время шло, а архитектор и заказчик никак не могли договориться между собой. Сроки горели, сделка висела на волоске. Наконец, Генеральный, рассудив, что клиент всегда прав, отстранил Долгопрудова и потребовал в кратчайшие сроки переработать проект, так, чтобы наконец, он всех устроил.

С полчаса Вика пыталась придумать, как бы поделикатнее поговорить с Николаем Владимировичем. Но мысли упорно вертелись вокруг собственных перспектив. Это слишком непосильная ноша для молодого специалиста — отвечать за карьеру восьмерых высококлассных архитекторов, в том числе, и за свою собственную… Наконец, ее размышления были прерваны самим Долгопрудовым. За этот месяц он сильно сдал. А после вчерашнего отстранения и вовсе походил на больного человека. Хотя, Вика могла поспорить, что так оно и было.

— Ну что, Викусь, примерь и ты на себя кресло камикадзе горько усмехнулся он

— Николай Владимирович, я…

— Да знаю я все — перебил Долгопрудов — знаю, и не сержусь на тебя. Более того, мне тебя очень жаль, девочка моя. Угодить этому Опарину, не к ночи будь помянут…

— Что конкретно ему не нравится? — решила взять Вика быка за рога

— Ему не нравится все — процедил он. — От строительного материала, до формы и размера окон. Финансист, блин… Говорит, что такие отели строить нерентабельно. Что бы он о рентабельности знал!

— Могу я посмотреть проект? — попросила Вика

— Да, конечно, изучай на здоровье — безнадежно махнул рукой Долгопрудов и положил ей на стол кипу бумаг.

Вика углубилась в проект, и, чем дальше она его штудировала, тем больше им восхищалась. Здесь было нечего добавить, или убрать. Это было гармонично, цельно, можно даже сказать, талантливо. Переработка проекта означала создание новой концепции и ее детальной проработки, что за оставшийся до конца срока месяц, сделать было невозможно. Вика отчаянно пыталась найти выход из положения, но ничего не шло в голову. Наконец она решила, что просто еще раз поговорит с этим Опариным и продавит замысел Долгопрудова. Это было архисложной задачей, но проще, чем начинать все с нуля.

Начальник вызвал ее к себе лишь за двадцать минут до конца рабочего дня. Вид у него был еще более несчастный, чем утром, и Вика простила ему это. Они долго спорили по поводу изменений в проекте, но он, в конце-концов, сдался и согласился, что сначала нужно попробовать уговорить заказчика, и лишь затем шевелиться в сторону изменений.

После безумного рабочего дня Вика, в довершение всех бед, еще и опоздала в аэропорт встречать Женьку. Так что позвонила ему еще с работы и расстроенным голосом попросила не ждать ее, а ехать прямо домой.