Чтение онлайн

Женщина привела его в старинный баронский дом, сложенный из камня лет двести, а то и триста назад. Стены обеденного зала украшали картины – в основном старинные пейзажи и жанровые сценки; Стократ разглядывал их, узнавая баронство без засилья лесов, с полями и площадями, с перекрестками и кустарниками, с простором, сохранившимся только там, на холсте. Отдельно, в торце зала, помещались портреты мужчины и женщины – как видно, супругов.

– Это наши отец и мать, – сказала Нора.

Стократ кивнул. Его собеседница была похожа на отца.

– Они умерли, – уточнила Нора то, что и так было понятно. – А это…

Быстрые шаги простучали по лестнице. В зал вошел мальчик лет одиннадцати, высокий и серьезный, лицом похожий на мать.

– Это мой сын, – сказала Нора. – Его зовут Альт.

Мальчик едва склонил голову, обозначая приветствие, и вопросительно посмотрел на женщину.

– Иди пока к себе, – она напряженно улыбнулась. – Время еще есть…

Мальчик ушел, не сказав ни слова. Нора пошла вдоль стола, сама зажигая свечи.

– Лесной Царь придет за ним, чтобы забрать на пять лет, – сказала буднично. – Он превратит его в дерево и научит управлять временем. И еще он научит его быть верным Лесному Царю и никогда не помышлять о бунте.

– Как с вами случилась эта беда?

Рука ее с горящей свечкой дрогнула. Женщина обернулась – оказывается, она ждала долгих расспросов. То, что Стократ не требовал разъяснений, застало ее врасплох.

– Наш отец хотел защитить страну от Железных Братьев.

– Защитил?

– Как видишь, – она смотрела на огонек свечи в руках. – Ты не спросил, кто отец Альта.

– Вероятно, наместник.

– Тебя не смущает, что я его сестра?

– Какая разница, смущен я или нет? – он улыбнулся. – Лес это устраивает, как я понимаю. Мальчик признан законным наследником.

– Ты очень быстро соображаешь, – прошептала она. – Ты… ведь не просто бродяга с мечом, правда?

– Если бы я был просто бродяга – разве ты предложила бы мне то, что предложила?

– Нет, – она села к столу и поставила свечу в подсвечник. Опустила руку в сумку на боку, вытащила бумажку с нацарапанными каракулями, сунула уголком в огонь. Бумажка занялась, осветив ее лицо.

– Я расскажу тебе, – сказала она шепотом. – А ты сам решишь.

Три года назад Лесной Царь устроил большой прием у себя во дворце. Все наместники получили приглашения, их ближайшие родственники – тоже. В огромном каменном зале, у длинных столов, молча сидели люди: некоторые были знакомы между собой, другие – нет. Некоторые призвали Царя на свои земли, другие – были захвачены силой. Все сидели, как равные, но никто не чувствовал себя свободно.

Лесной Царь вышел к своему столу и поднял кубок. Слуги, сновавшие по залу, наполнили кубки гостей.

– Сегодня мы пьем, – сказал Лесной Царь. – Кто не выпьет – тот мне враг. А вы не хотите быть моими врагами, я знаю.

И в полной тишине все, кто был в зале, выпили. И почти сразу начали падать.

Схватившись за край стола, Нора сквозь боль почувствовала облегчение. В конце концов, жить не легче, чем вдруг умереть – особенно на пиру, после глотка отравленного вина. Если, конечно, вино не продлит ее мучения ради царской забавы…

Она умерла быстро. Ее дух, поднявшись над телом, увидел сверху заваленный телами зал. Она искала глазами Филина – и нашла его; вокруг суетились слуги, собирая трупы так же проворно, как раньше разливали вино. Взяв мертвого брата за руки и за ноги, слуги волокли его к помосту. Нора увидела, как тащат и ее тело, и как беспомощно волочится по полу подол нарядного платья. У помоста тела выкладывали в ряд – на спину.

– Подойдите ко мне, – сказал Лесной Царь.

Нора огляделась и увидела, что весь зал наполнен духами только что умерших. Она снова нашла Филина, и потянулась за ним. Так, вместе, они приблизились к помосту, и остановились над своими останками.

– Вы все вернетесь к жизни через несколько минут, – сказал Лесной Царь устало. – Кроме предателя. Среди вас есть один, кто задумал бунт. Он мертв навсегда, и его душа не найдет покоя.

Прозрачные фигуры, колебавшиеся в воздухе, были безмолвны: они не умели ни говорить, ни кричать.

– Но если тот, кто близко знает предателя, сам назовет его – я пощажу обоих, – сказал Лесной Царь.

Бумажка в руке Норы догорела, обожгла ей пальцы, пеплом упала на скатерть.

– Твой брат хотел бунтовать?!

– К тому времени было ясно, что наш отец отдал страну в вечное рабство. Мой брат хотел отослать нашего сына далеко, где Лес его не достал бы. Тогда со смертью Филина закончился бы договор.

– И ты об этом знала.

– Он не говорил мне. Но мне не нужны были слова, чтобы знать.

– И ты выдала брата Лесному Царю.

– Что значит – «выдала»? Лесной Царь все знал заранее, ему нужно было посмеяться над нами и напугать остальных. Я помню, как трупы на помосте вдруг задышали и зашевелились, кого-то рвало… Я помню, как пришла в себя – на полу. Рядом лежал Филин – мертвый. И он не встал. Царь велел гостям вернуться за столы и продолжать веселье. Я кричала: ты же обещал! Он сказал: ты зря поверила. Измену, или одно только намерение изменить, я караю смертью, и пусть это будет уроком для всех.

Она подняла глаза, в которых отражался огонь:

– Ты сказал – назови причину. Я говорю: причина в том, что весь этот край, все наши земли платят временем по вине моей семьи. Причина в том, что мой сын станет деревом на пять лет и рабом Леса навсегда. Когда он вернется, я умру от дряхлости на другое утро, как умер наш с Филином отец. Альт будет наместником, отдаст своего сына Лесу, и умрет от дряхлости в день его возвращения, и так будет всегда!

– А если мальчика увезти, – медленно сказал Стократ, – договор потеряет силу?