Чтение онлайн

Она стоически вытерпела это испытание, затем отстранилась и оправила платье.

— Только не говори, что ты проделала весь этот путь верхом! — Толстяк, по всей видимости, кузен Брайс, окинул ее изумленным взглядом, выкатив серые и без того выпуклые глаза. — И ты, Кэдвелл, это допустил?!

— Только по моему настоянию, милорд, — вступилась Авалон за командира отряда. — Видите ли, я терпеть не могу сидеть взаперти.

— Вот как!

Брайс уставился на нее, и, хотя его широкая улыбка оставалась все такой же искренней, Авалон уловила за ней тень раздражения.

— Дорогая Авалон, — продолжал он все с тем же бодрым дружелюбием, — тебе совершенно незачем обращаться ко мне так. Мы же родня. Ты, конечно же, можешь звать меня просто Брайс.

— Как это мило с твоей стороны, — отозвалась она. — Ты, конечно же, можешь звать меня просто Авалон — впрочем, ты уже так и сделал.

Брайс на секунду запнулся, потом захохотал, приняв ее слова за шутку, что было, пожалуй, и к лучшему. Авалон вовсе не хотелось ссориться с этим человеком. По крайней мере, до тех пор, пока он не вынудит ее к этому.

— Что же, — продолжал Брайс, — добро пожаловать домой! Надеюсь, кузина, мы не причинили тебе неудобства своим приглашением?

— Вовсе нет, — искренне ответила Авалон.

— Твоя попечительница… как ее там?

— Леди Мэрибел, — подсказала Авалон.

Леди Мэрибел опекала ее последние пять лет. Как видно, для Брайса это был слишком короткий срок, чтобы заучить имя дамы, к которой он сам же и отправил Авалон.

— Да-да, конечно! Леди Мэрибел, надеюсь, не была слишком огорчена тем, что ты так скоро покидаешь Лондон?

— Думаю, что нет, милорд.

Леди Мэрибел чуть ли не своими руками уложила дорожные сундуки Авалон — лишь бы та поскорей уехала подальше от назревающего скандала. Она хорошо относилась к Авалон все эти годы, но свою незапятнанную репутацию ценила высоко.

— Это моя дорогая женушка предложила пригласить тебя в Трэли, а вот поспешил с приглашением именно я! — Брайс буйно расхохотался, хлопая себя по объемистому животу. — Терпеть не могу ждать!

— Ваше приглашение было как нельзя кстати, — пробормотала Авалон.

Посланец кузена, одетый в цвета дома де Фаруш, прибыл как раз в ночь того достопамятного бала. Авалон так долго не видела своих родовых цветов, что не сразу их распознала и минут пять мешкала, прежде чем взять у посланца письмо.

Ее желают видеть в Трэли. Лорд де Фаруш желает, чтобы она возвратилась домой, и так далее, и тому подобное… Авалон пришлось призвать на помощь всю свою выдержку, чтобы тут же, в переполненной зале, не пуститься в пляс от радости. И не важно, на самом ли деле лорд де Фаруш так жаждет ее видеть. Она уедет из Лондона, а это самое главное!

Какая ирония судьбы — ее спас от докучной придворной жизни именно этот человек, после гибели отца унаследовавший его титул и земли! Разряженные сплетницы были правы в одном: пять лет назад Брайс не хотел и слышать о ней. Он даже отказался встретиться со своей кузиной, которая так некстати выжила в том давнем набеге на родовой замок. Это было тяжелое унижение, причем прилюдное. Четырнадцатилетняя Авалон, смятенный и неуклюжий подросток, была отослана в Гаттинг, крохотное поместье леди Мэрибел, и с тех пор родня даже и думать забыла о ее существовании.

Однако же в конце концов Брайс послал за ней. И вот она наконец-то — после стольких лет! — вернулась домой.

И теперь, глядя на новообретенного родственника, который совершенно не знал ее, но полагал, что вправе решать ее судьбу, Авалон впервые ощутила укол беспокойства. Она не могла понять причины — то ли ей не понравилась внешность Брайса, то ли его чересчур шумное дружелюбие, — но что-то определенно было не так…

Но ведь это совершенно естественно, что Брайс пригласил ее приехать в Трэли. В конце концов, они — родня, ее отец был прежним лордом де Фаруш. Быть может, Брайс наконец решил, что пора признать и принять свою кузину, что она уже достаточно пожила в Гаттинге и Лондоне под опекой Мэрибел.

Брайс опять захохотал.

— Пойдем, познакомишься с моей женушкой! Она так ждала твоего приезда! Смею сказать, в последнюю неделю она только об этом и говорила!

В тени дверного проема, который вел в главный зал, стояла высокая рыжеволосая женщина в алом платье. За ее спиной полукругом стояли женщины, одетые попроще, — как видно, служанки. Ухватив Авалон за руку, Брайс повел ее к этой компании, вернее — потащил; стараясь поспеть за ним, Авалон едва не запуталась в юбках.

Брайс подтолкнул ее к своей жене — с таким видом, словно хвастался редкостной добычей.

— Погляди-ка, Абигейл, кого я привел! Нашу прекрасную кузину Авалон!

Женщина в алом платье не тронулась с места, только чуть откинула назад голову, словно пыталась разглядеть что-то прямо перед собой. Потом уставилась в пустоту за спиной Авалон и произнесла:

— Добро пожаловать в Трэли. — Голос у нее был хрипловатый, невнятный. — Или, вернее сказать, добро пожаловать домой.

— Благодарю вас, — почти растерянно отозвалась Авалон, стараясь побороть разочарование.

Судя по тону Абигейл, вряд ли она уж с таким нетерпением ожидала ее приезда. Брайс, словно желая загладить этот прохладный прием, стал еще громогласнее.

— Дорогая кузина, ты, должно быть, устала с дороги! Войди в дом, отдохни, освежись. Как ты, верно, счастлива, что вернулась в Трэли!

Он провел Авалон мимо женщин, окружавших Абигейл. Все как одна проводили девушку внимательным взглядом.

Главный зал за эти годы тоже изменился, стал теснее, что ли; незнакомые гобелены висели на стенах, Да столы были расставлены иначе. Даже свет, лившийся в окна, изменился, стал резче и ярче. Было во всем этом нечто странное, неуловимо неправильное. Тонкие иголочки беспокойства кололи все сильнее, и все трудней было от них отмахиваться.