Стоматолог
Шрифт:
– Женя! – воскликнул Михаил Аронович, - откуда вы свалились. Кто же нам с вами разрешит брать деньги за лечение. Обязательно кто-нибудь настучит кому нужно. После чего придут и упекут нас с вами в тюрьму, как злостных угнетателей трудового народа.
– Хорошо, эти вопросы я беру на себя. От вас требуются только рекомендации. Если случится что-нибудь экстренное, звоните мне вот по этому телефону.
Женя достал из портфеля небольшой кусочек белого картона, на котором было написано:
«Младший магистр магии, артефактор, Евгений Рысь, дом. тел. хх-хх-хх.»
Паренек ушел. Почти сразу после его ухода в дверь кто-то громко постучал. Затем дверь распахнулась, и вошли двое военных в фуражках с малиновыми околышами и почему-то в довоенной форме.
– Гражданин Шпилькин! – громко сказал один из них, – вставайте, вы арестованы - он схватил его за плечо и сильно встряхнул.
Михаил Аронович вскрикнул испуганно и … проснулся. Он сидел в кресле за рабочим столом в своем кабинете заведующего стоматологическим отделением районной поликлиники города Москвы. Над ним склонилась Алевтина Терентьевна, его заместитель, она трясла его за плечо и громко спрашивала:
– Что с вами, Михаил Аронович? Вы так громко кричали, перепугали всех дежурных. Почему вы не ушли домой? Что-то случилось? Ты что, Миша, с женой поругался, да? – в ее голосе прослушивалась нескрываемая надежда.
– Нет, нет, Аля. Все нормально. Неделя выдалась тяжелая, очень устал. А работу закончил и расслабился. Видишь, даже уснул.
Он еле-еле смог успокоить свою заместительницу и выпроводить ее из кабинета. На душе была какая-то необъяснимая тяжесть и чувство грусти. Миша вспомнил свой сон. Он был такой яркий, как будто действительно все происходило наяву. Ах, а какие лечебные артефакты принес с собой этот парнишка! Это же мечта стоматолога.
Михаил Аронович и не заметил, как за этими мыслями вышел из поликлиники и зашагал домой. До его дома было пять минут ходьбы. Михаил Аронович резко остановился. Он шел! Шел и не хромал! Он согнул колено. Его правая нога легко сгибалась и разгибалась, как будто не было этой тяжелейшей травмы в юности. Он присел и легко встал. Присел и встал. Присел и встал. От возбуждения у него закружилась голова. Он открыл свой портфель, в котором носил служебные бумаги, чтобы дома после ужина немного поработать над ними. Зарылся в него и вытащил небольшой цилиндр, похожий на школьный пенал для хранения ручек и карандашей.
– Вот, выращиватели зубов! – вспомнил он. Он схватил пенал и почему-то встряхнул, поднес к глазам, как подзорную трубу. В торце цилиндра было небольшое отверстие, заглянув в которое Михаил Аронович отчетливо увидел красивый узор, сложенный из цветных стеклышек. В его руках был обычный детский калейдоскоп.