Чтение онлайн

— Конечно.

Я наблюдаю, как за его спиной официантка наполняет рожок так, как будто у неё артрит обеих рук.

— Порой тяжело быть тем, кто принимает на работу и увольняет.

— Угу.

— Следующим летом моя Ферн будет в Бостоне. Так что, возможно, я возьму тебя на работу. — Он подмигивает и подвигает к нам поднос. — Сладости для конфеток.

Я поливаю картошку уксусом.

— До свидания.

Выходя, Мэгс говорит:

— Может это был он.

— Кто наблюдал за нашим купанием?

Она хохочет.

— Кто выдвинул тебя на конкурс.

— Ах. — Я оборачиваюсь, но его и след простыл. — Не знаю. Даже если это Годро, то он не мог не проговориться за такое время.

Вернувшись к столику, мы принимаемся за еду. Сегодня в закусочной много знакомых школьников, и один из них — Мейсон Хоу. Он ужинает бургерами со своей мамой. Мейсону приходится упираться коленями в нижнюю часть столика и горбиться, чтобы поместиться под зонтом, пока он уплетает еду. Кажется, я никогда не видела его без Шэя и Джесси вне школы. Его светлые волосы падают на глаза, а обгоревшая задняя часть шеи напоминает красное дерево.

Один из плакатов с надписью «Разыскивается» прикреплён к телефонному столбу рядом с нашим столиком. Мы постепенно прекращаем болтать, поглядывая на уголок плаката, колышущийся под легким вечерним ветром, и прислушиваясь к излюбленным кантри песням, раздающимся из колонок в закусочной.

— Шэй дрался с тем парнем из-за Рианоны?

Нелл поднимает на нас взгляд. Уголок её рта измазан молочной помадкой. Мэгс быстро вытирает её большим пальцем, приговаривая:

— Шэй — вспыльчивый задира. Упоминание Рианоны стало просто предлогом, чтобы завязать драку.

Нелл ненадолго замолкает.

— Она же мертва, да? — Она вглядывается в наши настороженные лица. — Ну, она бы уже вернулась домой, если бы была жива.

Мой желудок медленно скручивает. Картошка начинает казаться мне слишком жирной, и я отталкиваю от себя картонную упаковку.

— Никто ничего не знает наверняка.

Я вспоминаю, как прошлой осенью мы с мамой ехали на машине в Элсворт, и увидела мистера Вордвела, разъезжающего на тракторе по западному полю с дымящей керосиновой лампой, обжигающей кусты голубики. Каждый год необходимо либо сжигать кусты, либо выкорчёвывать их, чтобы собрать урожай в следующем году. Но почему-то мне это напоминало что-то другое. Казалось, что Сасаноа выжигает рану, уничтожает то самое место, где в последний раз видели Рианону Фосс. Таким образом, мы могли бы просто забыть о ней и жить дальше. Порой неделями получается не думать о ней, но стоит увидеть постер и всё всплывает в памяти — вся эта неизвестность и размышления. И снова приходиться искать утешения у кого-то и копаться в этой истории.

Хоть мы и не были больше подругами, но в любом случае, Рианона будучи моей ровесницей — ей было шестнадцать в прошлом году — однажды не вернулась домой. 

Либби подвозит нас к мэрии перед началом своей смены в аптеке Ride Aid. Можете поверить мне — она носит голубой рабочий халат с гордостью.

За последние годы её волосы приобрели мышиный цвет, в отличие от маминых, и она даже не ухаживает за ними.

Либби подбирает растрёпанную косу и даёт нам с Нелл наставления.

— Так, слушайте внимательно всё, что вам скажут. И не забудьте папку. Она нам понадобится.

— Мам, я знаю.

Раньше мне казалось милым, как Нелл злится на ворчание Либби, но теперь я понимаю, насколько тяжело ей будет расстаться с мамой после окончания школы. Либби никогда не отпускала Нелл от себя, всегда считала её ребенком и принимала за неё решения. И я уверена, что следующей осенью, поступив в колледж, Нелл всё равно будет жить дома.

Однако Либби не понимает одного — Нелл повезёт, если она уедет из Сасаноа. И нет ничего страшного в том, что она окончит школу, только будучи девятнадцатилетней, впрочем, как и я, так как ей пришлось остаться на второй год в первом классе. Но Нелл уже коснулись передряги, которые, по мнению Либби, существуют только где-то там за пределами её входной двери. У нас с Нелл есть секреты, о которых даже Мэгс не знает. Но чем скорее Нелл научится стоять за себя, тем лучше, ведь я не буду вечно в Сасаноа в роли ангела-хранителя. И не спрашивайте, чем я буду заниматься. В любом случае, я буду не в этом городе.

Либби высаживает нас у мэрии.

— Нелли, я буду ждать вас на этом же месте.

Мы с Либби не прощаемся, и я даже не помню, когда мы вообще перестали общаться. Может быть тогда, когда я узнала, что она перемывает мне кости за моей спиной и рассказывает маме городские слухи, выставляя меня паршивой овцой. Или когда я начала реагировать на её незначительные оскорбления и выпады, которые мама, видимо, даже не замечает. С Мэгс такое не работает. Только со мной.

К двери приклеена листовка, поясняющая, что приветственная встреча участниц фестиваля состоится в главном зале, куда мы и направляемся. Вокруг всё мрачное, пропитано запахом лака для натирания полов, старыми коврами и пыльными батареями. Это напоминает мне о праздничных концертах, на которых мы выступали в начальной школе, потея в платьях с рюшечками и утеплённых колготках.

Зал полон людей. Я насчитываю пятнадцать девушек, большинство из них из Сасаноа, которые сидят со своими мамами. Хоть я и приложила некоторые усилия, чтобы опрятно одеться: на мне дырявые джинсы, топ с открытыми плечами и сланцы — всё равно чувствую себя неловко, замечая взгляды в свою сторону. У Алексис Джонсон отпадает челюсть, и она начинает что-то шептать Белле Перонт, которая, на удивление, тоже была номинирована. Белла — настоящее доказательство того, что красота не исходит изнутри. Она стала королевой на бале выпускников прошлой осенью, хотя это было просто невозможно. Всегда побеждает кто-то из выпускников, ведь это их последний год в школе. Когда мы с Беллой встречаемся глазами, весь мой гнев, оставшийся с прошлого января, возвращается обратно, прибавляя мне внутренних сил. Я таращусь на неё до тех пор, пока она не морщится и не отворачивается, взмахивая идеально выпрямленными волосами.

В прошлом году в читальном зале я услышала, как Белла насмехалась над Нелл из-за того, что она ходила на дополнительные курсы к миссис Хенском и мистеру Эллису в методический кабинет. Так что я бросила в неё тетрадью по трём предметам. Нелл трудится как все, но ей требуется больше времени и помощь для понимания материала. Та тетрадь первой попалась мне под руку — на щеке Беллы осталась царапина от переплёта на спирали, что стало причиной моего трёхдневного отдыха от старшей школы Сасаноа. Мама даже не захотела выслушать меня. Она заставила меня провести генеральную уборку в доме (от чердака до прачечной) и перекопать тропинки к сараю, чтобы этим не занимался Хант. Потом снова выпал снег, и Хант приехал в воскресенье, чтобы всё равно раскопать их, что довольно разумно.