Чтение онлайн

Никогда еще Данилову не приходилось так близко сталкиваться с тем, что называют в просторечии душевной болезнью. Палата за палатой, этаж за этажом раскрывали перед ним страшную тайну человеческого бытия. Он видел внешне вполне здоровых людей, которых мучили страшные малоизвестные недуги.

На втором этаже у окна сидел человек лет сорока в потертом больничном халате. Он смотрел в окно, и глаза его были отрешены от происходящего, светлы и счастливы. Он жил в другом, прекрасном и, видимо, добром мире.

– Что с ним? – спросил Данилов дежурного врача.

– Долго объяснять, – усмехнулся старичок-врач, – скажу одно: этот человек, в отличие от нас, счастлив.

На последнем этаже палаты были похожи на тюремные камеры. В них содержали буйных.

Один при проверке чуть не откусил Никитину ухо, еле оперативники оттащили.

Три часа длился обыск, Грека нигде не было.

Данилов сам начал обходить помещение.

– Подвал осматривали? – спросил он у Муравьева.

– Конечно, Иван Александрович.

– А это что за дверь?

– Там морг, – ответила за его спиной Нефедова.

– Осматривали?

– Никак нет, – удивленно ответил Муравьев.

– Откройте, – повернулся Данилов к Нефедовой.

– У меня нет ключа.

– А у кого он?

– У прозектора.

– Позовите его.

– Он придет после обеда.

– Никитин, – скомандовал Данилов.

Откуда-то из клубящегося в углах подвального мрака материализовался Колька Никитин с ломом, неведомо откуда взявшимся.

– Ломай, – приказал Данилов.

– Я не позволю! – крикнула Нефедова.

Данилов посмотрел на нее и понял, что они нашли Грека.

– Ломай.

Нефедова бросилась к дверям, словно хотела закрыть их, но двое оперативников скрутили ее.

Данилов сунул руку в карман ее халата и вынул ключ.

Морг был небольшой. Первая комната – прозекторская. На мраморном столе лежало то, что некоторое время назад было человеком.

Пахло формалином и еще чем-то сладковато-тошнотворным.

Данилов толкнул дверь в другую комнату. Постоял, давая глазам привыкнуть к темноте.

– Свет.

Оперативники зажгли фонари. На стеллаже лежало три трупа. Два мужских, один женский. В углу, на катафалке, лежал еще один, накрытый с головой простыней.

Наружу торчали только голые пятки.

– Все, Грек, – Данилов поднял маузер, – вставай.

Простыня откинулась, и Грек сел на катафалке, в руке у него был наган.

– Убью, падло, – прохрипел он.

– Если не бросишь наган, – спокойно сказал Данилов, – останешься здесь трупом навсегда.

Грек посмотрел на автоматы оперативников и бросил револьвер на пол.

– Берите, суки.

Данилов поднялся на первый этаж.

– Где телефон? – спросил он молодую девушку в несвежем халате.

– Вот в этой комнате.

Данилов вошел, плотно закрыл дверь, закурил. Потом достал из кармана кителя листок с телефоном и набрал номер.

– Аппарат комиссара госбезопасности Власика, полковник Далинин, – ответила трубка.

– Говорит подполковник милиции Данилов, комиссар приказал мне доложить ему в любое время.

– Ждите.

В трубке послышалось легкое гудение, потом раздался щелчок.

– Власик.

– Товарищ комиссар…

– Взял? – перебил его Власик.

– Так точно.

– Молодец.

Ти-ти-ти – запела трубка короткими гудками.

Июнь начался дождями. Стремительные и светлые, они врывались в город и так же быстро уходили.

Дожди вымыли Москву, и листва парков, бульваров, дворов была девственно свежа.

Данилова радовала такая погода, она напоминала ему о неизбежной осени, любимом времени года.

Войдя в кабинет, он распахнул окно, и влажный, пахнущий свежей листвой воздух постепенно выгонял из комнаты никотиновую горечь.

Зазвонил «черный ворон».

– Данилов.

– Слушай, Иван, – голос начальника был радостно насмешлив, – я тебе одну любопытную газету послал. Посмотри.

Начальник повесил трубку, и сразу же в дверь просунулась голова Никитина.

– Можно?

– Заходи.

– Начальник просил передать. – Никитин положил на стол газету «Сталинский сокол».

На первой странице была передовица и сводка Совинформбюро.

На второй – указ о награждении летчиков. В графе «Орденом Красного Знамени» последним стояло: «…подполковника милиции Данилова И. А.».

А через три дня в зале для заседаний управления вручали награды.

Незнакомый полковник из НКГБ зачитал указ, вручил Данилову орден.

– Товарищи, – сказал полковник, – подполковник Данилов награжден по личному указанию генерала Василия Иосифовича Сталина. Это большая честь – выполнить указания сына вождя.

Данилов взял орден, сказал положенное:

– Служу трудовому народу.

За ликвидацию банды Грека Никитин и Белов получили медали «За боевые заслуги», а Игорь Муравьев почему-то орден «Знак Почета».

После торжественной части к Данилову подошел Сажин и долго, почтительно тряс его руку.

Для него Данилов с сегодняшнего дня попадал в некий список людей, приближенных к вершинам власти.

А вечером совместили приятное с полезным. Обмыли награды и отгуляли новоселье Никитина.