Страх
Шрифт:
— Хорошо. Я все понял, — мягко проговорил Бобби. Боль в голове начала утихать. К нему вернулись острота зрения, ясность мысли. Взгляд его, скользнув по комнате, остановился на пылающих в камине джинсах.
— А теперь развяжи меня, — попросил он, глядя в ее прищуренные, холодные словно лед глаза. — Отпусти меня, Дженнилин. Я же тебе ничего не сделал!
Губы ее искривились в язвительной усмешке. Она подошла к камину.
— Ах, мои хорошие сестрички — как они тебя лю-ю-ю-бят, — протянула она, закатывая глаза, и пошевелила дымящиеся лохмотья джинсов железной кочергой. — Почему они должны быть счастливы?
— Послушай… — начал было Бобби.
— Почему? — воскликнула она. — Я не хочу, чтобы они были счастливы.
Так что… — Она подняла тяжелую кочергу и ткнула ею в его сторону. — Так что пусть они с тобой попрощаются.
На лице ее расплылась злорадная улыбка.
— Прощай, — сказала она. — Прощай, Бобби.
— Дженнилин, подожди! — взмолился он, — Что ты хочешь сделать?
Ни слова не говоря, она положила кочергу и зашла ему за спину.
Он попытался повернуться в ее сторону — посмотреть, что она делает.
Но он был привязан к стулу слишком крепко.
И тут он почувствовал на волосах что-то мокрое. Мокрое и вязкое. Что-то текло по его голове, струилось по щекам. Капало на плечи.
— Дженнилин, что ты делаешь? Что это? — вскричал Бобби.
Она встала напротив него, и он увидел у нее в руках большую железную банку.
— Это мед, всего лишь мед, — прошептала она с беспечной улыбкой.
Она наклонила банку, и тягучая желтая струйка меда потекла ему на колени.
В ноздри Бобби ударил сладкий, приторный запах. Липкие капли катились по его лбу — он моргнул, чтобы мед не попал в глаза.
— Не надо, пожалуйста!
Он извивался на стуле, отчаянно пытаясь высвободить руки. Но тугие узлы не поддавались. Он был привязан намертво.
Что-то мурлыча себе под нос, девушка лила мед ему на ноги.
— Ну вот. Теперь ты весь в меде, — вкрадчиво проговорила она, выпрямилась и одарила его умильной улыбкой. — Ну что, сладкий мой?
Бобби объял панический ужас.
— Что… что ты хочешь сделать? — крикнул он сдавленным голосом.
И тут на полу у двери он заметил стеклянную банку с красными муравьями.
Глава 28 «Кричи, кричи»
— Ой, увидел, — с притворным разочарованием проговорила Дженнилин. — Как нехорошо получилось. А я-то хотела сделать тебе сюрприз.
— Как… как ты… — от страха язык его будто онемел. — То есть… ты же не…
Девушка поставила банку с медом на пол и, выпрямившись, встала напротив него, скрестив руки на груди и любуясь своей работой.
— Сестренка моя, наверно, и представить не могла, какую пользу принесет ее научный проект!
— Дженнилин, не надо! — вскричал Бобби с дрожью в голосе.
Но она лишь рассмеялась в ответ и пошла к двери за банкой с муравьями.
— Бобби, малыши ведь сегодня весь день в дороге. Наверное, они очень проголодались, как ты думаешь?
Бобби корчился на стуле, пытаясь ослабить веревки. По всему телу его текли вязкие струйки меду. Каждое его движение отзывалось тупой резью. Но он не чувствовал боли: глаза его были прикованы к стеклянной банке. Девушка подносила ее все ближе, ближе — теперь он уже мог разглядеть копошащихся внутри насекомых.
— Кажется, муравьи любят мед, — радостно заявила Дженнилин.
— Нет, пожалуйста! Не надо!
Она перевернула банку и поставила ее на пол, а потом опустилась на колени напротив Бобби.
— Пожалуйста, Дженнилин! Пожалуйста, не надо!
Обеими руками она приподняла банку.
Опустив взгляд, Бобби в ужасе смотрел на красных муравьев, ползущих по его ногам.
Дженнилин снова приподняла банку и выпустила еще горстку муравьев.
— Хватит! Пожалуйста!
Девушка подняла банку и высыпала остаток муравьев на его голову и плечи.
— Ой, Бобби, смотри, что это на тебе? — с деланным удивлением воскликнула она. — Боже мой! Смотри-ка, как им нравится мед!
Тысячи крошечных челюстей, словно иглы, впивались в его тело.
— Они кусают меня! Помоги мне, Дженнилин! — молил Бобби, извиваясь на стуле. — Пожалуйста! Они кусают меня!
Муравьи копошились в вязкой медовой жиже.
— Пожалуйста, помоги! Мне больно! — кричал Бобби.
— Кричи, кричи, — спокойно проговорила девушка, ставя банку на пол. — Может, тебе станет лучше.
Она направилась к двери, распахнула ее и на пороге обернулась.
— Давай-давай. Кричи. И не бойся потревожить соседей. Здесь их нет!
Со злорадным смешком она исчезла за дверью.
Бобби, извиваясь всем телом, страдая от мучительной боли, причиняемой ему укусами плотоядных насекомых, последовал ее совету.
Открыл рот и что было мочи завопил.
Глава 29 Дженнилин вернулась
— Шея! Они кусают мне шею!
Красные муравьи расползлись по всему телу. По спине. По рукам.