Чтение онлайн

— Уолш чист?

Капитан рассматривал потолок.

— Кто вообще бывает чист? Он был дома со своей семьей, в Порт Уошингтон, вечером в пятницу. В субботу рано он вышел один на лодке. Не возвращался сутки. Говорит, что ходил по проливу на восток. Никого знакомых на лодке не встретил. Ночь провел в лодке вблизи Порт Джефферсон, домой вернулся около полудня в воскресенье.

— Он мог свернуть на запад и войти в реку, — задумчиво проговорил я. — Есть лодочная гавань на уровне примерно Семьдесят девятой улицы.

— Есть такая. Но он там не останавливался, во всяком случае, официально.

— Но ему ничто не могло помешать бросить якорь вблизи берега.

— Ничто не могло.

— А почему так долго не находили тело?

— Мисс Дрисколл была странной девушкой. Много мужчин, но ни одного настоящего друга. Есть одна подруга, некая Пегги Брандт, живет в нескольких кварталах. Эта Пегги говорит, что Нэнси любила уединяться с мужчинами, поэтому никто не удивлялся, если ее телефон не отвечал в течение уик-энда. Более того, Пегги звонила ей в субботу во второй половине дня, и ей показалось, что там уже есть мужчина, так что больше она звонить не стала.

— Суббота, вторая половина дня? — Джо-Джо исчез в пятницу. Или нет? Он покинул Челси, но уехал ли из города?

— Олсен сюда как-нибудь подходит? — поинтересовался Газзо.

Я рассказал ему о различных нитях к Нэнси Дрисколл.

— Пит как будто считает, что она могла что-нибудь знать. Возможно, кто-то прошел по тому же следу, что и я, капитан. Возможно, кто-то слишком энергично задавал вопросы.

— Похоже на это, — согласился Газзо. — Однако в субботу с ней был кто-то, кого она знала. Бывало и раньше, что парень строит из себя недотрогу, а потом у него меняется настроение, и он убивает девушку, чуть только она посмотрела в другую сторону.

Я подумал об этом через минуту после того, как наткнулся на сержанта Дусетта.

— Почему вы не вышли на Джо-Джо, пока я не сказал?

Газзо привычным жестом потер щетину на подбородке.

— Не было ни одного имени. В квартире мы не нашли ни адресной книжки, ни каких-либо записок. Пегги Брандт говорит, что она никогда не слышала фамилий мужчин, с которыми встречалась Нэнси — за исключением Уолша.

— Неужели книжку с адресами не нашли? — удивился я. — Может быть, она ее и не вела, — проворчал Газзо.

Но он и сам в это не верил. Кто мог украсть ее адресную книжку? Мужчина, который не хотел, чтобы наткнулись на его имя. Или же двое бандитов, которые искали какую-нибудь нить к местопребыванию мальчишки?

— Мне нравится Уолш в роли убийцы, — заявил я.

— Мне тоже, но закон требует доказательств.

— А как насчет тех двоих, которые избили Витанцу? Здесь тоже избиение, а она знала Олсена.

— Я не исключаю такой возможности.

— Но Джо-Джо вам нравится больше?

Капитан вздохнул.

— Он должен мне нравиться. Мотив, возможность, и он скрывается. Ты же знаешь, что обычно так и бывает. Они начинают бить, случайно убивают, пугаются и бегут.

— И это просто потому, что он скрывается?

— Для начала уже неплохо, но у меня есть еще вот что. Капитан поднял со стола миниатюрную гоночную машину красного цвета. Даже с того места, где я сидел, было видно, что она очень точна в деталях. На заднем конце висела петелька. Петелька была оборвана. Машина выглядела сильно помятой и исцарапанной, как если бы ее долго носили в кармане. Мне показалось, что это «Феррари».

— Ты говорил, что Олсен помешан на автогонках, — напомнил Газзо.

— Особенно на «Феррари», — кивнул я.

Я смотрел на эту миниатюрную гоночную машину. Совершенно очевидно, она служила кому-то талисманом, который носили ради удачи. Ничего себе удача.

— Эта штука лежала под ее телом, — сказал Газзо, — был еще носовой платок с пятнами крови и машинного масла. Получается, что он вытер ей лицо, еще не зная, что она мертва. Платок слишком обычный, чтобы его можно было проследить. Много сигаретных окурков. Пустая бутылка из-под виски, начисто вытертая. Пивные банки, тоже вытертые.

Джо-Джо сбежал. Джо-Джо — фанатик гоночных машин. Джо-Джо работал с машинным маслом. Бутылка и пивные банки — это никак не походило на двух бандитов, задающих вопросы. Адресная книжка — если она была — исчезла. Да, несомненно, кто-то из знакомых Нэнси Дрисколл…

Газзо вздохнул.

— Все совпадает, Дэн. У меня не было выхода на Олсена, это произошло далеко от его района.

— А я помог на него выйти.

— О да, он должен быть тебе очень благодарен, — насмешливо проговорил Газзо. Помолчав, он добавил: — Теперь Олсен в розыске уже не как пропавший, а как подозреваемый в убийстве.

В этом мире приходится жить, прикидывая вероятность того или иного варианта. Капитан Газзо именно это и делал. С точки зрения капитана, убийцей в полном соответствии с логикой мог быть Джо-Джо. Но я-то успел прочувствовать, что за парень этот Джо-Джо Олсен, и в моей картине он к числу вероятных убийц не относился.

Может сложиться неверное впечатление, если говорить о человеке только с его друзьями или врагами, но, как ни режь этот пирог, каждый раз получалось, что Джо-Джо Олсен не склонен к насилию. Не вырисовывалась вероятность того, что Джо-Джо Олсен потеряет рассудок из-за женщины. Возможно, конечно, — все возможно, — но не очень вероятно. Вот из-за гоночной машины Джо-Джо мог потерять рассудок, это верно, но вряд ли из-за чего-нибудь еще. Да и в этом случае его реакция была бы ненасильственной.

А здесь ключом было насилие.

Я стоял под жарким послеполуденным солнцем рядом со зданием полиции и мысленным взором обозревал весь ландшафт этого дела — кругом было насилие. Быстрое и профессиональное насилие по отношению к патрульному Стеттину. Незапланированное насилие вора, убившего Тани Джоунс. Рассчитанное насилие, уложившее Пита Витанцу в больницу. Угроза Шведа Олсена. Угроза насилия, которую предвещали две мои тени. Бесконечный потенциал насилия — Энди Паппас. Животное насилие Джейка Рота и Милта Баньо по приказу Паппаса. Обнаженное насилие с начала до конца. В этом ландшафте Джо-Джо Олсену просто не было места.