Чтение онлайн

Уоллес серьезно положил ладонь на трясущееся плечо писателя.
– Так, спокойно. Глубоко вздохните и ответьте, что вы там увидели?

Тилобиа натянул штаны, вышел в коридор. Пожимая плечами, он скоро вернулся.

– Никого.

– Там призрак, я его видел!
– Офицер с доктором переглянулись.
– А может и не призрак...
– Писатель отрешенно уставился на закрытую дверь.

– Да что с вами приключилось, голубчик, вы в состоянии нормально изъясняться?
– Доктор начинал терять терпение.
– Что значит: может призрак, может не призрак? Вы уж будьте любезны конкретнее.

Впоследствии рассказ Кортнера несколько раз прерывался для принятия успокоительного порошка, которым Тилобиа щедро потчевал возмутителя спокойствия. Свидетели загадочного повествования просто недоумевали, ну откуда мог взяться посторонний на судне, ночью, в открытом океане???

Писатель запнулся как раз на том месте, когда почувствовал запах гнили.
– Я... я кожей лица ощутил, как близко оно прошло мимо меня. А может сквозь меня... Не знаю. Но поверьте - это было жутко.

А воспоминание о громком всплеске и вовсе загнало слушателей в тупик. Что мог означать тот таинственный всплеск?

Облизав сухие губы, Кортнер потянулся к графину, положив кинжал на постель рядом с ногой.

– Вот это да!
– Уоллес жадно схватил в руки холодное оружие, с явными признаками работы старинного мастера. Он повертел его перед глазами.
– Послушайте Смит, где вы взяли этот клинок?

Писатель тупо уставился на серебристую рукоять.
– Не знаю...

– То есть как?

– Сэр, я ничего не помню с того момента, как ЭТО поравнялось со мной в коридоре. Я вообще думал, дух испущу от страха. Откуда мне теперь знать, где он подвернулся под руку.
– Американец залпом осушил стакан воды.
– Вообще господа причем тут этот ножичек? По кораблю слоняется, возможно, чудовище! Кстати, о котором мы ничегошеньки не ведаем! А вы задаете несущественные вопросы.

– Несущественные!?
– Прыснул ему в лицо доктор и, тут же отпрянув, задумался, уткнув кулак в подбородок.
– А... как же всплеск?

Кортнер вжал голову в плечи.
– Но, как-то же оно сюда проникло?

– Прошу прощения сударь, - не мог успокоиться офицер, - но этот, как вы изволили выразиться "ножичек" исчез из моей коллекции именно в тот день, когда начался штиль: Я его натурально обыскался. И вдруг нате... Вы врываетесь в каюту с целым состоянием в руках и не можете вспомнить, где его взяли.

– С состоянием?
– Округлил глаза писатель.

– Да-с, именно. Этот клинок в одна тысяча семьсот двадцатом году принадлежал персидскому князю Ухраму. Так что в данный момент он оценивается в сумму шестьдесят тысяч фунтов стерлингов. Вот, если желаете, можете лично убедиться, кинжал висел тут.

Уоллес протянул руку за спину писателя, к стене. Кортнер обернулся. На красно-голубом ковре поблескивали детали оружия.

– Док сделайте милость, посветите.

Едва лампа приблизилась к месту экспозиции коллекции, а полумрак сменился на вполне сносное освещение, Уоллес громко ахнул, и отпрянул от стены точно черт от ладана. В первую секунду никто ничего не понял: Тилобиа с американцем лишь удивленно переглянулись. Но когда они стали изучать коллекцию более детально, то увидели среди шпаг, сабель, самурайских мечей, кортиков и стилетов висел точно такой, просто двойник того полуаршинного кинжала, который держал в руках хозяин оружия.

– Что за бред?!
– Уоллес очень бережно снял со стены клинок.
– Но позвольте, они же абсолютно идентичны...

– Послушайте лейтенант Уоллес, это все безумно интересно, однако мне кажется, сейчас необходимо прочесать всю территорию. Ведь где-то рядом - если верить нашему американскому другу - находится кто-то, о ком мы ничего не знаем. А тот, якобы всплеск, еще не означает, что таинственный инкогнито нас покинул.

– Или покинула.
– Поддакнул писатель.
– Меня все же не покидает ощущение, что это была Мадлен Стрейд.

– Не городите чушь.
– Отмахнулся Тилобиа.
– Леди мертва и покоится на дне океана.
– Он подошел к двери, обернулся.
– Схожу, осмотрю каюты - все ли гости на местах... А главное, все ли у них в порядке. Затем отправимся инспектировать судно...
– Воткнув пронизывающий взгляд в отрешенного Уоллеса, Тилобиа сердито хмыкнул: - Сэр, придите, наконец, в себя и оденьтесь. Я уверен - мы сможем вычислить логические объяснения этому фокусу.
– Теперь он таращился на Кортнера.
– А вы, любезный... оставьте же в покое ваш кенкет и потрудитесь к моему возвращению припомнить еще какие-нибудь детали.

Доктор вышел в коридор, осмотрелся, направился к ближайшей двери спального помещения.
– Ну и ночка! Один чуть не спятил, второй тоже, теперь со своими кинжалами станет всем голову морочить.
– Тилобиа знал, как ревностно офицер относился к своему увлечению.

К счастью все гости шхуны пребывали в своих каютах и в полном здравии. Дабы не тревожить сонных господ понапрасну, Тилобиа решил не распространяться - покамест - о ночном приключении американца: Он ссылался на дежурную проверку личного состава.

Тщательный досмотр шхуны, который осуществляли Уоллес, Кортнер и ворчливый Тилобиа не привел ни к какому результату. Вернее так: отсутствие результата дало возможность убедиться - на корабле нет посторонних. Или, как подчеркнул американец, живых посторонних.

Во время осмотра помещений Уоллес витал в призрачных облаках своих мысленных мытарств. Его регулярные вопросы, задаваемые самому себе - все на предмет мистики, кинжалов и бессмыслицы - сначала раздражали Тилобиа, а вскоре стали попросту его веселить. И только когда небосвод соизволил смягчить свои тона, а звездочки одна за другой гаснуть, только тогда утомленная троица оказалась за одним из столиков, оставшихся на палубе с вечера. Джентльмены охотно делились впечатлениями от ночных происшествий. Невзирая на усталость, им теперь ни в какую, не хотелось спать. Мистер Кортнер даже отважился опрокинуть рюмочку коньяку, после чего изрядно потешил своих соседей по застолью признанием, что даже сейчас ему не хочется того, зачем он отправился в гальюн еще три часа назад.

Раннее солнце еще не так докучало путешественникам своим горячим радушием, по причине чего утреннее чаепитие было постановлено провести там же, где бушевало празднество накануне. К тому времени, как Уоллес заваривал черный продукт индийских плантаторов, с примесью целебных китайских трав - те источали дивные благоухания, - а писатель с доктором принесли из кладовки все необходимое для легкого завтрака, именно к этому моменту полный состав имеющихся в наличии пленников шхуны уже собрался на палубе. Некоторые наблюдали чудный восход - он сочетал в себе золото востока и серебро океана. Другие, тихо гомоня, сновали возле столиков, созерцая аппетитные приготовления живописных кушаний: их творила изощренная фантазия суетливого Тилобиа. В процессе стряпни он так сочно изукрашивал свои кулинарные таланты, что окружающим приходилось часто сглатывать слюнки.