Страна грёз
Шрифт:
Первое, что его смутило, – внешний вид. Тёплое пальто, шерстяной шарф и сапоги-ботфорты, надетые на ней, не соответствовали погоде Лос-Анджелеса. Здесь даже зимой в подобном одеянии ей было бы не по себе.
На этот счёт у Артура возникли разные предположения.
Во-первых, она могла быть актрисой и сниматься в суровых зимних сценах. На студии, где проводились съёмки, у девушки мог случиться конфликт, из-за которого она в расстроенных чувствах убежала, куда глаза глядят.
Но он почти сразу опроверг это предположение.
Артур очень внимательно отслеживал информацию о появлении новых студий и гастролирующих кинотворцах. Поэтому знал, что на сегодняшний день мероприятий, связанных со съёмками какого-либо фильма, ни в этом районе, ни в близлежащих, нет. Бежать же из самого Голливуда достаточно далеко. За это время девушка успела бы успокоиться, всё осознать и вернуться назад.
И тогда Артуру на ум пришло другое предположение:
«Что если она душевнобольная?» – подумал он.
Это больше походило на правду, так как ему нередко приходилось встречать подобных личностей в американской Венеции. Девушка, вполне возможно, могла быть одной из них.
Правда, данное предположение он также решил выкинуть из головы, не желая поспешно вешать ярлык на человека, которого совсем не знал. Ведь объяснений её внешнему виду, при желании, можно было найти очень много.
Однако был и второй нюанс, смутивший Артура не меньше первого. Незнакомка промокла насквозь. С одной стороны, в этом не было ничего сверхъестественного, так как океан находился в шаговой доступности. И она по разным причинам могла в нём побывать. Но с другой стороны, вода, стекавшая с её волос и одежды, была ледяной, а это уже никак не вязалось с действительностью.
На улице стояла середина апреля. Дни и ночи были относительно тёплыми, поэтому температура воды в океане не опускалась ниже отметки +57°F. Не парное молоко, конечно, но и не лёд.
Артур впал в ступор, пытаясь найти логичное объяснение данному феномену. И ничего разумного в голову ему не приходило, как бы он не старался. Каждая новая мысль на этот счёт казалась бредовее предыдущей и внутренний голос начал подсказывать ему, что пора остановиться гадать впустую. Самостоятельный анализ увиденного не привёл бы его к правильному выводу, поэтому стоило дождаться, когда девушка сама расскажет, что с ней произошло.
Постепенно избавляясь от пустых размышлений, Артур почувствовал, как незнакомка начала потихоньку успокаиваться. Она закончила рыдать, а всхлипывания стали редкими и тихими.
Молодой человек оставался неподвижным, терпеливо дожидаясь, когда она сама отстранится от него, чтобы заговорить. Данное решение было верным. Успокоившись окончательно, девушка вышла из его объятий, и некоторое время они, молча, смотрели друг другу в глаза.
Она стояла спиной к скудному свету, исходящему со стороны Санта-Моники, поэтому Артур с трудом мог различить черты её лица: лишь отблеск опухших от слёз глаз и очертания огромных чёрных разводов вокруг них. В свою очередь, незнакомка, как он мог догадаться, видела его лицо хорошо, а потому ни на секунду не сводила с него изучающего взгляда, что ощущалось почти физически.
Это продолжалось относительно долго, что в какой-то момент показалось молодому человеку бессмысленно затянувшейся паузой. Тогда он решил первым прервать молчание, задав единственный интересующий его в то время вопрос:
– Что с вами случилось?
На мгновение снова воцарилась тишина, а затем он услышал от девушки набор слов на непонятном ему языке:
– О, Господи! Где же это я?! – почти на выдохе произнесла она и тут же потеряла сознание, рухнув на песок.
На сей раз Артур не успел её подхватить.
С минуту простояв в растерянности, он подскочил к ней, чтобы вернуть в сознание. Но сколько бы он не пытался, ничего не выходило. Шлепки по щекам и тряска за плечи так и не возымели успеха.
Тем временем шёл второй час ночи. Надо было возвращаться домой, но оставить девушку на пляже в таком состоянии одну ему не позволяли ни совесть, ни воспитание. Поэтому, недолго думая, он принял решение забрать её с собой.
Глава II
Артур жил в тридцати минутах от пляжа. Быстрым шагом, удобными дворами, значительно сокращающими путь, не так далеко. Однако он прикинул, что с девушкой на руках ему придётся добираться куда дольше. Да и мог ли он предугадать, что путь окажется чистым, без каких-либо маргинальных личностей, которые могли бы заинтересоваться столь нестандартной парой.
Он твёрдо решил избежать подобного развития событий.
Кое-как поймав такси, Артур с радостью отметил безучастность водителя, который весь маршрут мочал, апатично следя за дорогой. Поначалу он хотел объясниться перед ним, сказав, что его девушка в беспамятстве из-за неумения пить, чтобы исключить лишние вопросы в дальнейшем. Но заметив, что тот не проявил к его словам никакого интереса, замолчал, оставив прочие наскоро выдуманные подробности при себе.
Оказавшись у дома, Артуру предстояло справиться с другой не менее сложной операцией. Дойти до квартиры как можно быстрее и тише, чтобы любопытные соседи, коих здесь было немало, потом не судачили о нём направо и налево. В целом это никак не отражалось на его жизни, но он всё равно старался избегать подобных ситуаций.
Молодой человек сам никогда не распространял ни о ком сплетни, а потому и чужие слушать не хотел. И тем более быть их главным действующим лицом.
Это было сложно, но он справился.
Отперев входную дверь, Артур ступил в непроглядную тьму и, по памяти проскочив с девушкой к вечно разобранному дивану, положил её на него. И как только его руки стали свободными, включил свет, тут же посмотрев на незнакомку.
«О, Боже!» – первое, что подумал он, увидев её облик.
Распухшие от слёз глаза с чёрными разводами от туши и подводки, словно шарики выпирали на её лице; багровый, как у пьяницы со стажем, нос; алая помада, растёкшаяся по пухлым губам, частично попавшая на щёки и подбородок, – картина, мягко говоря, малопривлекательная.
Девушка была похожа на клоунов из фильмов ужасов, которые ему довелось пару раз видеть в кинотеатре.
Молодой человек усмехнулся, поймав шутливую мысль в своей голове:
«Пока мои сверстники цепляют красавиц в клубах, я привожу домой чудовище…»