Странник
Шрифт:
— Кто ты? — спросил он. И на этот раз это был просто тихий, усталый голос. И Мири замерла от восторга, надеясь, что слабые нотки удивления и заинтересованности не почудились ей.
— Меня зовут Мири, — ответила она. — А тебя?
Тогда он не ответил ей, но она знала, что он еще обязательно вспомнит и расскажет ей все… А сейчас она взяла его за руку и повела назад к дому, туда где стояли ее отец и мать. И еще она знала, что они обязательно полюбят его. Пусть и не так сильно, как любит его она… Как знала, что все просто не могло быть по-другому. И замешены здесь были силы гораздо более древние чем то, что до сих пор вело его.
И никто из них не догадывался, что…
Сини провел этот день просто великолепно. Он вовремя успел приехать в город, закончил все дела, которые поручил ему отец. Потом он встретился с друзьями, и все они замечательно повеселились в городской таверне. Правда, ее хозяин был потом страшно недоволен разгромом, который они учинили, но кого это волновало… и оплачивать разбитую посуду и поломанную мебель, конечно же, никто не собирался. Пусть все эти городские слабаки знают, что такое ребята с окраин. Парни рассказывали последние новости и смешные истории. Сини тоже рассказал про глупого нищего, который едва не угодил под колеса его телеги сегодня утром. В общем, все было так замечательно, что ему даже не хотелось возвращаться назад. Но делать нечего, если он не вернется до заката, отец его по головке не погладит.
Так что пришлось Сини распрощаться с компанией и гнать свою телегу побыстрее…
Неожиданно, что-то мелькнувшее у окраины дороги привлекло его внимание. Он остановил лошадь и присмотрелся повнимательнее.
И никто не увидел, как высокий широкоплечий юноша медленно слез с телеги нисколько не заботясь о поводьях, поднял с земли поношенный серый плащ и накинул себе на плечи, привычным движением застегнув вычурную застежку. Плащ был ему явно узок в плечах и несколько сковывал движения, но это не имело для него никакого значения… Как не имело значения и то, что утром на тракте отыщут брошенную телегу, а отец так и не дождется своего младшего непутевого сына…
Потому что перед ним была дорога, по которой он не мог не идти.