Чтение онлайн

Перевод в столицу, да еще в головное подразделение дело определенно непростое. В Москве трудно с жильем, другие, повышенные требования к работе, новый коллектив, с которым придется срабатываться. Эти мысли заставили Сергея колебаться, не торопиться с принятием решения. С другой стороны, он занимал должность начальника отделения уже пять лет. Хотелось чего-то нового, интересного. А в том, что работа в Департаменте будет интересной, он не сомневался.

В последнее время резко возросла угроза терроризма, которая пришла с Кавказа. Фактически в течение всего периода существования ЧРИ, с территории республики совершались вылазки, грабежи, похищения людей. Поэтому борьба с терроризмом для органов безопасности становилась приоритетным направлением.

Обдумав хорошенько предложение Шумилова, Забелин дал свое согласие на перевод в Москву. В правоте принятого решения он лишний раз убедился, когда в августе прошлого 1999 года произошло вторжение боевиков в Дагестан. Первые крупные теракты в Буйнакске, Москве, Волгодонске привели к большим человеческим жертвам, показали слабость правоохранительных структур, в определенной степени, их неподготовленность к изменившимся условиям. Но вместе с тем, они заставили всех встряхнуться, активизировать оперативно-агентурную работу.

Напряжение нарастало. В сентябре-октябре сотрудники Департамента и входящего в него Управления по борьбе с терроризмом, как правило, задерживаться допоздна. Работали и ночью. Окна старого здания ФСБ на Лубянке светились в темноте, бросая отсвет на опустевшую без железного Феликса площадь.

Сергей участвовал в этой работе наравне со всеми. Хорошо, что он был не женат, и домой не надо было торопиться. После бурного романа с Ритой Виккерс он так и не женился.

Еще в Уральске он несколько раз сталкивался с Маргаритой. Она в скором времени, после громкого суда над Плотниковым и Красовской, вышла замуж за Геннадия Бондаренко. Но фамилию менять не захотела, так и осталась под своей. Сразу нашлись деньги для запуска торгового Центра, и ближе к концу 1994 года он был открыт в максимально торжественной обстановке. А потом у Риты родился ребенок и они не виделись совсем, до отъезда Забелина в Москву.

Со своим другом Сашей Цыганковым Забелин продолжал поддерживать отношения. Они периодически перезванивались, встречались, когда Сергей приезжал в отпуск в Уральск. Однажды, летом прошлого года, Александра по служебным делам занесло в Москву.

Они долго сидели в ресторане, вспоминали товарищей, минувшие дела. Тогда Цыганков рассказал Забелину, что все-таки развелся с женой. По этому поводу он сильно переживал — жалко было мальчишек, но и тянуть больше не мог. Совместная жизнь совсем разладилась. Сергей с пониманием отнесся к этому известию. Со стороны было видно, что все давно уже шло к такому финалу…

На улицы постепенно опускалась темнота, но здесь, в Москве она не сильно ощущалась. Фонари, которые зажглись вдоль улицы Адмирала Макарова, только добавили света к горящим фарам машин и отсвету, падающему из окон высоких домов. Этот свет отражался от белого снега, тонким, почти прозрачным слоем лежащего на обочинах, и оттого было светло, как днем. Это не в Уральске, где некоторые улицы на окраинах полностью тонули во мраке или освещались одним фонарным столбом.

Выходя из здания УВД по улице Выборгской, Сергей решил, что быстро доберется до метро, но он не учел силу холодного ветра и ошибся, думая, что здесь такие же расстояния, как и в Уральске. Он шел с трудом, преодолевая яростное сопротивление колючих вихрей, своими резкими порывами, будто наносящих внезапные удары по телу. Как боксер-профессионал на ринге.

Сергея спасало отсутствие гололеда на асфальте, иначе он давно бы уже скатился к обочине.

Наконец, впереди, между высокими домами, показался вход на станцию «Водный стадион». Как и возле любого входа в метро, жизнь здесь била ключом. Распахнутые настежь двери подземки непрерывно выпускали из глубинных недр потоки народа, перемещавшегося домой после окончания рабочего дня. В центр же ехало меньше людей, и толпа здесь не была такой густой, как на выходе.

У дверей метро велась активная торговля — и не только в павильонах, но и с лотков неподалеку, словно уличных продавцов холод совсем не брал.

Засунув руки в карманы пуховика, Забелин вместе с другими пошел внутрь станции, к турникетам. Он ехал в душном вагоне на Лубянку и думал о том, кому понадобилось устанавливать СВУ в пиццерии. Что это, предупреждение хозяину? Или проверка бдительности населения, оценка грамотности действий спецслужб? Криминал или террор?

В сентябре-октябре, когда прогремели страшные взрывы, почти все сотрудники их Управления были задействованы в тренировках: проносили муляжи на разные объекты, обозначали подрывы. Были и курьезные случаи.

В одно из отделений милиции сотрудники ФСБ вошли под видом посетителей с коробкой, на которой черным фломастером было крупно написано слово «бомба». В каком-то из кабинетов эту коробку «случайно» оставили, и незадачливые хозяева смогли обнаружить её только через два дня.

Начальника ГУВД Санкт-Петербурга освободили от должности, после того как под окнами ГУВД почти двое суток простоял грузовик, с веществом в кузове, имитирующим взрывчатку. На машину никто не обратил внимания.

«Пока гром не грянет — мужик не перекрестится! Хорошая пословица — подумал Сергей, — по крайней мере, точно выражает суть нашей психологии. Нам нужен хороший пинок под зад, чтобы начали чесаться. Все мы жили еще с советских времен в обстановке удивительной беспечности. Нас разбаловали, потому что террористов в СССР не было. Они были далеко, на Западе. Или на Ближнем Востоке. Но не у нас. Те единичные случаи, прогремевшие на всю страну, когда литовцы убили бортпроводницу Надю Курченко, или когда армяне взорвали вагон метро в Москве, списали на радикальный национализм. Понятием терроризма старались не оперировать, вообще не упоминать применительно к событиям в стране. Сейчас не то — обстановка кардинально изменилась. Не изменились пока мы сами».

Когда Забелин приехал в Управление, Шумилов находился у себя в кабинете. За эти годы он почти не изменился, разве что прибавилось совсем немного седины. Он выслушал доклад Забелина с интересом.

— Кто-то нас прощупывает? — спросил он, — так было перед сентябрьскими терактами. Сначала произошло несколько мелких инцидентов в общественном транспорте, в парке, а потом нанесли основной удар.

— Когда увидели, что власти не реагируют?

— Да. Когда не обратили внимания на происходящее, посчитали криминальными разборками.

— А может, это наши резвятся? — предположил Сергей, — никого не предупредили, тихушники. Завтра придут и вывалят весь мусор на стол.

— Думаю, вряд ли — с сомнением покачал головой Шумилов. — Мы уже договорились о том, чтобы такие вещи согласовывать. Сейчас не до самодеятельности.

На столе у Шумилова зазвонил телефон — прямая связь с начальником Управления генералом Васильевым. Шумилов поднял трубку. Начальник приказал ему и Забелину зайти в кабинет.