Чтение онлайн

За спиной ее мистер Эмхерст отчаянно махал руками и мотал головой. Господи Боже, подумала Присцилла, словно лакей в приемной у графа! Но, какой бы важной шишкой ни был незнакомец, Присцилла не собиралась краснеть за свою просьбу. В конце концов, он всего лишь агент по недвижимости, а у Присциллы сложилось весьма нелестное мнение обо всех агентах вообще.

Незнакомец на мгновение застыл на лестнице, затем медленно начал спускаться. Наконец, когда их разделяло несколько ступенек, ответил:

— Разумеется. Я и сам собираюсь остаться. Можете ехать, Джек, только оставьте мне рекламную брошюру.

Осознав, что сам мистер Пинкни обратился к нему по имени, мистер Эмхерст едва не лишился чувств от восторга. До сих пор Присцилла не задумывалась о том, что за человек ее поверенный, но сейчас, услышав его бессвязно-благодарный лепет, она ощутила тошноту. Что за низкопоклонство!

Присцилла поспешила скрыться в соседней гостиной, чтобы не видеть и не слышать добровольного унижения агента. Уж она-то никогда и ни перед кем не станет так пресмыкаться!

Услышав, как осторожно закрылась входная дверь, Присцилла обернулась — и обнаружила в дверях комнаты незнакомца. Он не сводил с нее колючего взгляда.

— Вы знаменитость или просто богач? — поинтересовалась она, и лицо ее озарилось насмешливой улыбкой.

— Ни то ни другое, — рассеянно ответил он.

Казалось, мысли его были заняты чем-то другим. И Присцилла даже догадывалась, чем.

Незнакомец скользил взглядом по стенам, потолку, мебели, и в глазах его горел хищный, алчный огонек, внушавший Присцилле самые дурные предчувствия. Именно таким взглядом она сама где-нибудь в Англии или во Франции рассматривала старинную мебель, перед которой, как понимала, не сможет устоять. Может быть, и сейчас ее намерения можно прочесть по лицу…

— Я долго не задержусь, — бросила Присцилла через плечо и вышла из гостиной в кабинет, чтобы незнакомец не заметил азартного блеска в ее глазах.

— Не торопитесь. Я еще не собираюсь уходить. Скажите мне, когда будете готовы.

Из кабинета можно сделать великолепную бильярдную, решила Присцилла. Она достаточно велика — а это главное; к тому же из окна открывается чудный вид в сад. Разумеется, ковер придется убрать. Перемены не пугали Присциллу: она сама хотела все здесь переделать. Деревенский дом, обставленный старинной мебелью и оформленный в ее собственном оригинальном стиле, превратится в чудесную гостиницу. Присцилла верила, что любой бизнес — даже антикварный — держится на личном обаянии. А обаяния ей было не занимать! И что из того, что она никогда раньше не управляла гостиницей? Присциллу не пугали перемены.

Когда она вернулась в гостиную, мистера Пинкни там уже не было. К некоторому своему неудовольствию, она обнаружила его в столовой: он приподнял ковер в углу и изучал состояние дубового пола. Грозный признак, сказала себе Присцилла. Едва ли агент станет возиться с ковром из праздного любопытства.

— Думаете приобрести? — поинтересовалась она так небрежно, как только могла.

Он поднял глаза — дымчато-серые, под тяжелыми каштановыми бровями. Волосы у него были такие же каштановые, с легкой проседью. «Должно быть, лет тридцати пяти, — подумала Присцилла, — рановато он начал седеть».

Мистер Пинкни смотрел на нее, не поднимаясь с колен, и только слепой мог бы не разглядеть, что на лице у него написано крупными буквами: «А шли бы вы, леди…» Но вслух он этого не сказал.

— Возможно, — коротко ответил он. — А вы?

— Я тоже.

— Этот дом требует работы.

— Работой меня не испугаешь, мистер Пинкни, — рассмеялась Присцилла.

Он поднялся — Присцилла заметила, что он возвышается над ней на несколько дюймов. А ведь она не жаловалась на малый рост.

— Такую работу невозможно выполнить в одиночку. Вам придется нанять целую армию рабочих — плотников, электриков, водопроводчиков, кровельщиков и так далее.

— Знаю, и это меня нисколько не смущает.

— Может быть, ваш муж — подрядчик?

— Слава Создателю, у меня уже нет мужа! А от того, что был, не было никакого толку. А что, ваша жена — подрядчик?

Он с удивлением взглянул на нее, затем медленно, словно против воли, улыбнулся.

— Бывшая жена, — поправил он. — М-да, хотел бы я посмотреть на Монику с молотком в руках.

Он сунул руки в карманы. В доме не работало отопление, и Присцилла тоже почувствовала, что замерзла.

— Возможно, она бы справилась с молотком лучше моего Перси.

Присцилла окинула взглядом просторную комнату, прикидывая, не поселить ли здесь управляющего. Возможно, управляющей станет она сама… впрочем, тогда придется нанимать продавца в магазин.

— Зачем вам этот дом? — спросила она.

Мистер Пинкни на секунду задумался, затем пожал плечами.

— Отремонтирую и перепродам. Из такой операции, если действовать с умом, можно извлечь большую выгоду. Разумеется, покупать нужно действительно стоящую недвижимость, вроде этой.

Присцилла покачала головой.

— Этот дом слишком велик для одной семьи. Ваши затраты не окупятся.

— Вовсе нет, если покупать по разумной цене. Как только дом приобретет приличный вид, появятся и покупатели.

— Одна семья здесь заблудится! — настаивала Присцилла. — А отопление зимой будет съедать целое состояние. Я уверена, у вас есть на примете десяток других, гораздо более многообещающих зданий. Которые, кстати, не так далеко от Бостона.

— А вам-то этот дом зачем? — ледяным голосом поинтересовался Пинкни.

Делиться с ним своими планами Присцилле было вовсе не по душе. В конце концов, он не ее агент! Помоги ей Боже, ее агент — жирный и раболепный мистер Эмхерст. Но Пинкни был с ней откровенен, и, значит, она ему обязана тем же. Тем более что ее радость рвалась из груди наружу и требовала немедленно поделиться мечтой — пусть даже с первым встречным! Стараясь не выказать волнения, Присцилла пожала плечами и небрежно ответила:

— Я сделаю из него небольшую уютную гостиницу.

— Слишком близко от Бостона. Слишком велики расходы — представьте, сколько будут стоить вам одни дополнительные душевые или переделка кухни! — Одним взмахом длинной руки он отмел ее план. — Ваша гостиница никогда себя не окупит.