Чтение онлайн

— Да, наверное, еще и не один язык, а несколько, как на Земле? — спросила озадаченная Бельфеба.

— Нет, если верить Берроузу, то на этой планете всего один разговорный язык, хотя здесь проживают национальности, имеющие различные системы письма. Как я полагаю, эти системы сходны с местными диалектами на Земле.

— А такое возможно? Ведь языки все время изменяются… что же мешает разговорному языку Барсума разделиться, подобно тому как, например, это произошло на Земле, где появились романские, славянские и другие языки?

Ши пожал плечами:

— Не знаю, дорогая. Может быть, какой-то завоеватель Барсума подчинил себе всю планету и именно тогда нынешний разговорный язык обрел статус официального, которым все должны были пользоваться под страхом смерти. А период времени, необходимый для того, чтобы процесс разделения языка завершился, видимо, еще не истек.

Турия скрылась за горизонтом на востоке, и сразу все вокруг погрузилось в непроглядную тьму, только звезды сияли на черном небосводе.

— Господи! — воскликнула Бельфеба. — Ты только посмотри на звезды! С Земли они кажутся не такими яркими — да и ни в одном из миров, где я побывала, звезды не похожи на эти!

— Это из-за малой толщины атмосферы, — объяснил Ши. — Нечто подобное можно наблюдать на вершинах Скалистых Гор. Кажется, скоро начнет светать.

На западе появились первые бледные лучи восходящего солнца.

— Надеюсь, мы скоро согреемся, — сказала Бельфеба, — а то я замерзла. А ведь ты говорил, что барсумиты не носят одежды!

— Возможно, они заворачиваются во что-то, когда им необходимо отправиться куда-либо ночью, — ответил Ши, притягивая ее к себе, чтобы согреть. — Нудизм не очень-то подходит нам, землянам, но если температура воздуха выше двадцати пяти градусов по Цельсию, то… Постой! — Он вдруг насторожился. — По-моему, мы приземлились недалеко от Малого Гелиума!

В предрассветном сумраке, примерно на расстоянии трехсот метров от них, Ши и Бельфеба увидели мощную городскую стену, настолько высокую, что она скрывала все здания, стоящие за ней. Единственным зданием, возвышавшимся над стеной, была изящная башня. По мере того как небо светлело, в их поле зрения появилась еще одна башня, более высокая и более удаленная от них, чем первая.

Супруги сидели на ровной земле, поросшей розовато-желтоватой травой, похожей на мох; эта трава покрывала всю видимую поверхность планеты вплоть до самой линии горизонта, а там, где начиналась городская стена, доходила до ее подножия.

— Ай да мы! — весело произнес Ши, вставая. — Я и хотел приземлиться вблизи Гелиумов, городов-побратимов, так оно и вышло. Тот, что перед нами, — Малый Гелиум, а тот, что в отдалении, — Большой Гелиум. — Он протянул Бельфебе руку.

— Ну и что теперь? — спросила она.

— Пойдем вдоль стены, пока не выйдем к главным воротам. Только помни, что здесь твой вес вполовину меньше, чем на Земле. Поэтому ходить здесь легче, впрочем, как и падать, если ты по неосторожности оступишься.

Супруги не мешкая тронулись в путь. Привыкнув в облегченному весу своих тел, они прибавили шагу, для того чтобы согреться и размять мускулы. Минут через двадцать или двадцать пять они подошли к дороге, по которой двигались люди, ведя с собой домашних животных. Дорога вела к массивным укрепленным воротам, а идущих по ней можно было принять за местных жителей, сопровождающих обозы с сельскохозяйственной продукцией. Люди скапливались перед закрытыми воротами, и к ним постоянно присоединялись вновь прибывающие.

Когда супруга подошли ближе, Ши определил для себя отличительные черты барсумитов. Они были ярко-краснокожими брюнетами — более краснокожими, чем любые из аборигенов Америки, вместе с тем чертами лица барсумиты более походили на земных европейцев. Они дрожали от утреннего холода, несмотря на то что вокруг их тел были обернуты одеяла. Во вьючных животных, впряженных в фургоны, Ши распознал тоатов — крупных животных на восьми тонких ногах, с развитыми челюстями, массивными хвостами с широкими лепехами на концах, используемыми как средство защиты и нападения.

Когда супруга были почти у самых ворот, зазвучала серебряная сигнальная труба. Со скрипом и треском раскрылась одна створка ворот. Спустя некоторое время с таким же скрипом раскрылась и вторая. Несколько человек, совершенно обнаженных, если не считать портупей из тесемок с прикрепленными к ним саблями и другими личными вещами, торопливо вышли из ворот. Их портупеи были одинакового фасона и являлись униформой приворотной стражи.

Стражники посовещались о чем-то между собой, а также обратились с какими-то вопросами к толпе стоящих перед воротами. Два стражника отделились от отряда и направились прямиком к супругам Ши. Во время их движения крупные, усыпанные драгоценными камнями бляхи и значки, закрепленные на пересечении тесемок портупей, ослепительно сверкали под лучами яркого солнца.

— Кто вы такие? — отрывисто спросил один из стражников.

— По одежде, — сказал второй, — вы похожи на ясумитов.

— Мы как раз ими и являемся, — ответил Ши. — Мы и в самом деле…

— Вам придется пройти с нами! — прервал его объяснения первый стражник, крепко, как тисками, сжимая руку Ши, а в это время его напарник уже держал Бельфебу за руку.

— Отпустите меня, сэр! — вскрикнула Бельфеба.

— Приказ есть приказ, — ответил первый стражник. — Пошли, и побыстрее!

— Какой приказ? — поинтересовался Ши.

— Без промедления доставлять каждого ясумита к джеду!

— Гарольд! — взмолилась Бельфеба. — Неужели ты позволишь этому мошеннику дотрагиваться до меня?

— Нам лучше пойти с ними, дорогая, — ответил Ши, — поскольку они приведут нас именно туда, куда нам надо.

Морис Кайяк, джед Малого Гелиума, сидел за огромным письменным столом, заваленным бумажными свитками. Ши обратил внимание на то, что барсумиты еще не ввели в обиход использование отдельных страниц, скрепленных вместе по краю. Джед был крупным краснокожим барсумитом, который, по меркам Земли, пребывал в среднем возрасте. Он выглядел более дородным, чем основная масса барсумитов; в его черных как смоль волосах, подстриженных ежиком, проглядывали редкие седые нити.

Из прочитанных им ранее книг Ши знал, что барсумиты сохраняют внешние признаки молодости намного дольше, чем обитатели Земли, и только в последнее столетие их тысячелетней жизни они стремительно стареют. Как и у остальных барсумитов, одежда джеда состояла лишь из тесемочной портупеи, увешанной кошельками и карманами; кроме них на портупее болталась еще и пара сабель в ножнах. Наконец, он отбросил свиток, который внимательно изучал до появления в своем кабинете супругов Ши, и поднял на них глаза.