Чтение онлайн

— Мне кажется, что ваша стратегия самая верная, барон, — сказал Калар.

— Это хорошо, — Монкадас улыбнулся. — Я никогда в жизни не проигрывал сражений — не собираюсь проигрывать и сейчас.

* * *

Палатки в лагере были уже в основном убраны, чтобы подкрепления могли передвигаться по лагерю без помех, и было легче передавать сигналы флагами и знаменами. Было оставлено несколько палаток, соединенных холщовыми навесами, чтобы разместить там раненых, и под ними были расстелены сотни одеял. Воду набирали из источника, питавшего священную рощу у часовни, и небольшие группы крестьян были готовы переносить сюда раненых с поля боя.

Работы хватало для всех крестьян. Безоружные должны были помогать лекарям в лагере, или подносить воинам стрелы, воду и новые копья вместо сломанных. Из остальных организовали легковооруженные отряды, которые должны были поддерживать ратников и добивать раненых врагов ножами и дубинками.

Калар глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться. Солнце спускалось все ближе к горизонту. В любую минуту могла начаться атака. Даже известие, что святой паладин Реол будет сражаться вместе с ними, не слишком помогало заглушить давящее ощущение страха.

Рыцарь Грааля прибыл в лагерь несколько часов назад, появившись из неестественно разросшегося леса, к большой радости бретонцев.

Рыцари и крестьяне оставили свои дела, чтобы увидеть прибытие благословенного рыцаря Грааля и его свиты. Впереди отряда Реола бежали самозваные пилигримы-глашатаи, громко восхваляя его подвиги и трубя в рога.

Благословенный воитель ехал на своем огромном, черном как ночь, боевом коне во главе отряда из пятидесяти рыцарей, но они казались невзрачными по сравнению с ним. Глаза всех были устремлены на прославленного чемпиона Владычицы.

Он выглядел как настоящий герой легенд, сошедший со страниц летописей, повествовавших о подвигах Жиля Объединителя. Он мог бы быть одним из тех легендарных паладинов, сражавшихся под предводительством Жиля и освободивших земли бретонцев из тьмы.

В тусклом свете пасмурного дня рыцарь Грааля, казалось, сиял, словно маяк. Он ехал с высоко поднятой головой и опущенным забралом закрытого шлема. Горящие свечи, окружавшие серебряного геральдического единорога на его шлеме, создавали сияющий нимб вокруг головы рыцаря, их огонь, словно в зеркале, отражался в его сверкающих отполированных доспехах. Копье Арандиаль он держал вертикально в одной руке, а щит закинул за спину. Его темно-синий плащ развевался на ветру.

Рыцарь, ехавший справа от него, держал личное знамя Реола с серебряным единорогом на синем поле. Лицо знаменосца сияло от гордости, что ему доверена столь почетная обязанность.

— Внимайте же, рыцари Бастони! — заорал один из пилигримов-глашатаев. — Узрите пришествие святого Реола Мудрого, Избранного Владычицы! Святого Реола Храброго, паладина Кенелля! Святого Реола Доблестного, сразившего кровавое чудовище Оркала!

— Благословенны вы, ибо узрели святость его! Восхвалите Владычицу, ибо Избранный Ее явился сразиться с чудовищами! Победа неизбежна, ибо Владычица не допустит, чтобы чемпиону Ее был причинен вред, и никогда не падет знамя его, пока он жив!

За прославленным рыцарем Грааля шли две сотни пилигримов, громко восхваляя его подвиги и размахивая обломками доспехов, лохмотьями и объедками, которые когда-то выбросил их кумир.

Разношерстная толпа этих простолюдинов носила разнообразные доспехи, подобранные с полей сражений, натянув поверх них рясы, подобные монашеским. Многие носили высокие горжеты из твердой кожи, чтобы защитить шею, и большинство пилигримов выбривали себе макушку в знак своего ревностного служения. Они несли деревянные щиты, к которым были прибиты пергаментные свитки и страницы священных книг, а в своих грубых мозолистых руках сжимали ржавые мечи, дубины и кинжалы.

Когда свита рыцаря Грааля подошла ближе, Калар разглядел гербы рыцарей, сопровождавших Реола. В его отряде оказались рыцари со всей Бретонии и, очевидно, они недавно были в бою. Их щиты были побиты и выщерблены, табарды и плащи изорваны и окровавлены. На доспехах были видны вмятины от ударов, и многие рыцари были ранены. Некоторые из пилигримов-крестьян хромали, опираясь на деревянные костыли, у других руки были забинтованы окровавленными тряпками. Несмотря на это, они несли свои раны с гордостью, не желая проявить ни малейшей слабости перед рыцарем Грааля.

Калар почувствовал, как одно лишь появление рыцаря Грааля подняло боевой дух воинов Бастони. Рыцари перешептывались, что они воистину благословлены Владычицей. Калар и сам едва не смеялся вслух. Да, их окружает свирепый и коварный враг, но с ними прославленный рыцарь Грааля и святая служительница Владычицы, и, конечно, бретонцы не могут проиграть.

Черные птицы кружили над головой, вне досягаемости стрел, и, несмотря на прибытие Реола, зловещее предчувствие все же не покидало Калара.

* * *

В животе Клода громко заурчало. Когда он ел последний раз?

Клод не мог вспомнить. Он не осмеливался выйти на поиски еды, боясь, что его поймают. Его спутница-крыса взобралась по руке Клода и ткнулась носом в его ухо, щекоча усами.

— Сейчас будет еда, красавица моя, — прошептал Клод.

Он сидел среди пилигримов, глупо улыбаясь, и облизываясь, наблюдал, как им начали раздавать караваи черствого хлеба.

— Преломи хлеб с нами, брат! — сказал один из пилигримов. — Благословение снизошло на тебя!

— Воистину так, — кивнул Клод. Странствующие за рыцарем Грааля пилигримы, обманутые Клодом, приняли его в свою среду, и теперь накормят как своего. Он почувствовал настоящее восхищение собственной хитростью. Взяв протянутый хлеб, Клод с удовольствием набил себе рот, не забыв дать кусочек и крысе, которая с жадностью выхватила еду из его пальцев.

Он прятался три дня и две ночи. Он видел трупы неудачливых соучастников покушения, висевшие на деревьях с посиневшими лицами, их глаза были выклеваны стервятниками. Клод не знал, кто из них что мог сказать перед смертью. Конечно, они не знали его имени, но они знали его в лицо. Йомены-стражники уже ищут его? Они уже знают, что он — один из тех, кто пытался убить рыцаря?