Страшные гномы
Шрифт:
– Что тебе надо?! – крикнул он, сжимая кулаки.
Хрипение не затихало. Макс обшаривал взглядом заросли, пытаясь понять, где находится противник. Пора прекращать эту игру в прятки.
– Аы-ы-ые-е-е-ей! – выкрикнул незнакомец, и вожатый заметил, как за одной из сосен качнулись кусты.
Они не могли укрыть человека в полный рост. Значит, этот псих все еще на четвереньках. Что же, тем лучше…
– Ну, держись, урод! – прошептал Макс, бросаясь вперед.
– Аы-ы-ы-ые-е-ей-й!
Вопль потонул в верещании птицы. Кусты чуть раздвинулись, и в вожатого полетело серо-черное нечто. Тот увернулся, и вопящий снаряд шлепнулся рядом. Неизвестный зашелся в булькающем хохоте, но застывший Макс смотрел на взъерошенный комок перьев.
Ворона металась и верещала, хлопая единственным, вывернутым крылом. А ненормальный в кустах захлебывался восторгом. Он то хрипел, то булькал, то кашлял.
– Что ты делаешь?! – выкрикнул Макс, переводя взгляд с засады незнакомца на изуродованную птицу.
Неизвестный снова ухнул, заворочался и зашипел. Мгновением позже в глубь леса метнулось нечто около метра ростом. Максу оно показалось бугристым бледно-розовым комом. Вожатый не заметил ни головы, ни плеч, ни рук.
Противник скрылся, но Макс не решался отвести взгляд от кустов. Что если там еще кто-то есть?
Ноги что-то коснулось. Вожатый вскрикнул и отшатнулся. Ворона выплясывала возле него, не переставая верещать. Вопли становились невыносимы, и Макс понял, что придется сделать.
Стиснув зубы и отвернувшись, он наступил вороне на голову и надавил. Та пискнула и затихла. Несколько секунд Макс стоял, ощущая под кроссовкой мягкую тушку. Ему даже показалось, что ноге передается тепло остывающей птицы.
«Что за чушь?» – Макс тряхнул головой и отошел от трупика.
Оглядываясь, он направился к кустам, стал осторожно раздвигать ветки. Огляделся, прикидывая, где искать ребят. Кричать он не решался – в ушах все еще звучал неестественный, прерывистый голос, и Максу не хотелось вновь его услышать.
Топот и треск кустов заставили вздрогнуть. Серов отскочил к ближайшей березе, прислонился спиной к стволу и услышал высокий вскрик и чье-то удивленное «ой!»
– Все нормально! – донесся из-за деревьев девчоночий голос.
«Да это же ребята!» – Макс облегченно выдохнул и услышал кашель.
– Фу, блин! – сказал кто-то из братьев. Скорее всего, Лешка. – Думал, все – капец мне пришел!
«Надо спешить! Пока они опять куда-нибудь не девались!» – вожатый оттолкнулся от ствола и бросился к ребятам.
Он перемахнул через невысокий, поникший от дождя куст и увидел всех троих – насквозь промокших, трясущихся, перепуганных. Оля сидела в траве. Лешка, согнувшись пополам, держался за колени. Андрей, загораживая обоих, сжимал кулаки.
– Ой! Это вы… – пробормотал старший Новожилов, отступая. – А мы думали, что там эти…
– Кто?! – нахмурился Макс.
– Сатанисты! – встрял Лешка. – Которые птиц едят! Там их целая куча!
– Кого, сатанистов?!
– Да нет, птиц! Хотя и сатанистов, наверное, тоже!
– Об этом потом, – отрезал Серов и напряженно огляделся. – Объясните лучше, за каким чертом вы потащились так далеко?! Весь отряд на уши поставили!
Новожиловы и Оля опустили головы. Лешка шмыгнул носом.
– Мы нечаянно, – тихо сказал он.
– Ну, разумеется!.. – воскликнул Макс. – Ладно, объясняться будете с Ириной Олеговной. А сейчас – бегом к автобусу! Ехать давно пора, а вы по лесу носитесь! И запомните: больше я вам на уступки не пойду.
Оля встала, и все трое, понурив головы, двинулись вперед. Мгновением позже сквозь шум дождя прорвался автомобильный гудок.
– Это нам сигналят, – сказала Оля. – Пойдемте на звук.
Макс направился за ребятами. Те держались ближе друг к другу и время от времени озирались.
«Они напуганы», – понял Макс, обводя лес напряженным взглядом. Руки помимо воли сжимались в кулаки, мышцы не желали расслабляться.
Про кого они там болтали? Про сатанистов, которые едят птиц?
Перед мысленным взором появилась изуродованная ворона. А над головой послышалось карканье.
Вздрогнув, Макс замер и резко обернулся. Сердце заколотилось, во рту сделалось солоно. Он вглядывался в зеленое море листвы, готовясь вновь услышать птичий крик, треск веток и булькающий смех. Но ничего не происходило. Тишину нарушали только дождь и гул клаксона.
– Вы чего? – Лешка обернулся и с испугом посмотрел на вожатого.
– Все нормально. Идемте. Автобус уже близко.
Немного прошли молча. Потом Андрей резко остановился и отступил на пару шагов.
– Вот они, – пробормотал он, указывая на сосну, под которой что-то темнело.
– О чем ты? – Макс подошел к нему, чуть наклонился и прищурился.
– Там куча мертвых птиц! – сказал Лешка. – Мы когда гуляли, почувствовали вонь, прошли немного и наткнулись на нее. А потом…
Андрей легонько ткнул брата кулаком в бок, и тот замолчал.
– Смотрите, вон автобус! – воскликнула Оля.
Вид синего, маленького, как спичечный коробок, экипажа придал сил. Макс и ребята ускорились. Миновали огромный муравейник, поваленную сосну и вскоре вышли к автобусу.
Клаксон смолк, из салона выбежала Ирина Олеговна. Торопливо осмотрев каждого, она загнала троицу в салон, поставила в ряд, уселась и плачущим голосом принялась отчитывать. Всплескивая руками, воспитательница захлебывалась словами, а ребята стояли, опустив головы. Лешка, судя по выражению лица, был не прочь что-нибудь сказать. Но к счастью для самого же себя не решался.