Чтение онлайн

— Леди Сесили, я приехал не за тем, чтобы повлиять на ваше решение относительно Хэллоуширского аббатства, — твердо сказал Джон Грей, отходя от вороной кобылы и поворачиваясь лицом к Сесили. Он снова посмотрел ей в глаза, и ей снова показалось, что он хочет заглянуть в ее душу. — Впрочем, дружба с епископом может принести немалую пользу вашей сестре.

Сесили понимала, что он имеет в виду преследование сестер Фокс со стороны враждебно настроенного к ним короля.

— Насколько я понимаю, вы еще не приняли окончательное решение, — вкрадчиво предположил викарий. — Я прав?

— У меня много сомнений на сей счет, — честно ответила Сесили.

— Я вас очень хорошо понимаю. Гораздо лучше, чем вы думаете.

Он неожиданно шагнул к ней и протянул руку. Поколебавшись секунду, Сесили положила пальцы на его гладкую прохладную ладонь и взглянула в его лицо.

— Несколько ближайших недель я проведу в Хэллоушире, помогая матушке-настоятельнице и пытаясь, насколько это возможно, призвать сестер к порядку. Почту за честь, если вы позволите мне быть это время вашим… советчиком, — негромко сказал он.

— Советчиком? — недоуменно переспросила она. Джон Грей улыбнулся, сверкнув белоснежными зубами в полумраке конюшни.

— Возможно, вам захочется поговорить со мной относительно ваших сомнений насчет Хэллоушира. Обещаю, что не буду пытаться повлиять на ваше решение. Если к тому времени, когда я закончу все дела в аббатстве, вы поймете, что ваше место в Хэллоушире, я с радостью отвезу вас туда. Если же нет… — Он пожал плечами.

— Тогда вы просто оставите меня в покое? — подняла брови Сесили.

Он сжал ее пальцы, потом отпустил и, направляясь к дверям конюшни, ответил:

— Возможно, мне придется просить вашу сестру о небольшом пожертвовании.

Скрестив руки на груди, он из-за дверей посмотрел на небо. Дождь прекратился.

Сесили молча улыбнулась ему в спину. «Небольшое», по мнению епископа, пожертвование, как правило, означало довольно крупную сумму денег.

Подойдя к викарию, она остановилась и тоже посмотрела на небо. Края серых туч посветлели и стали прозрачнее. За ними то и дело просвечивала голубизна неба. В потемневшем от дождевой влаги дворе было непривычно безлюдно.

Повернувшись к Джону Грею, Сесили увидела его отточенный профиль на фоне двери. Его глаза пристально вглядывались в облака, словно стараясь найти что-то скрытое в них.

— Вы останетесь в Фолстоу на несколько дней? — спросила она.

— Нет, благодарю вас и вашу сестру за любезное приглашение, — ответил он, и Сесили с удивлением поняла, что он уже успел поговорить с Сибиллой. — Сегодня я переночую у отца Перри, а утром вернусь в Хэллоушир. Надеюсь, вы позволите мне наведываться в Фолстоу хотя бы раз в неделю на пару дней?

— Да, разумеется. — Она снова перевела взгляд на небо.

— Могу я надеяться на продолжение наших бесед во время моих приездов? Должен признаться, мне будет не так скучно в Хэллоушире, если я буду знать, что меня ждет встреча с вами.

Сесили быстро взглянула на него и увидела, что он смотрит на нее с таким же пытливым выражением, как только что глядел на облака.

— Вы собираетесь принять сан священника, когда вернетесь к епископу? — прямо спросила она.

— Не только вам нужно как следует все обдумать, — не сразу ответил Джон Грей.

Оба какое-то время молчали, потом Сесили наконец заговорила:

— Разумеется, мы будем видеться во время ваших приездов в Фолстоу. Вы будете рассказывать мне о том, почему мне следует посвятить свою жизнь аббатству, а я, в свою очередь, попробую убедить вас в необходимости принять священный сан.

— Или же отказаться от этой затеи, — усмехнулся Джон Грей.

— Или же отказаться, — эхом повторила Сесили и улыбнулась.

— Может быть…

Его слова были прерваны криками служанки, искавшей леди Сесили.

— Леди Сесили! Миледи! — кричала она, торопливо шагая по двору к конюшне и махая рукой.

Викарий и Сесили одновременно повернулись на ее зов.

— Что случилось, Марга? — спросила Сесили, делая шаг навстречу ей.

— Прошу прошения, леди Сесили, но вы должны пойти со мной, — задыхаясь, проговорила служанка. — Добрый день, сэр, — поздоровалась она с викарием, на ходу делая книксен. — Лорд Белкот вне себя, миледи. Похоже, действие вашего снадобья кончилось. Он зовет вас и не хочет подпускать к себе никого другого!

— Хорошо, я уже иду, Марга, — спокойно сказала Сесили. — Не пускай к нему никого, пока я не приду и приготовь на кухне стопку холодных влажных полотенец. Похоже, лорд Белкот ужасно страдает от сильной головной боли после этого лекарства.

— Слушаюсь, миледи, — покорно опустила глаза служанка, потом снова сделала книксен и, повернувшись, поспешила на кухню.

Сесили пошла вслед за ней. Отойдя на несколько шагов, она повернулась к викарию, чтобы попрощаться с этим загадочным человеком. Ей хотелось продолжить с ним разговор, чтобы понять, что скрывается за его внешней оболочкой, но ее звал Оливер. Он страдал и нуждался в ее помощи. Она не могла не пойти к нему.

— Вы зайдете утром в часовню, викарий? — спросила Сесили.

— Да. А вы будете там? — Он не сводил с нее глаз.

В ответ она только улыбнулась, помахала рукой и еще быстрее пошла к замку, продолжая улыбаться.

Голова у Оливера буквально раскалывалась от жесточайшей боли. Кровь стучала в висках, к горлу подкатывала тошнота, каждый вдох отзывался режущей болью в правом легком. Сломанная рука горела от жгучей пульсирующей боли, отдававшей в локоть, кисть, плечо… Онемевшие пальцы распухли и стали холодными, ногти потеряли розовый оттенок и потускнели.