Чтение онлайн

– А давайте предположим тогда, что мы имеем дело с некой болезнью, неизвестной у нас, но, например, пришедшей к нам из Свартальвсхейма. У них ведь есть свои животные, которых на Земле раньше не было. Отчего не быть болезни? Еще вариант – свартальвы взяли наше бешенство и изменили его своей магией. Или не свартальвы, а чернокнижники.

Симонов пожал плечами:

– Ну предполагать-то мы можем, конечно. Но толку нет. Вот если б я успел провести анализы крови и слюны – тогда у нас были бы хоть какие-то данные.

Я задумался, и тут Скарлетт постучала меня пальчиком по плечу и указала на свой телефон:

– Министр на линии.

Я взял аппарат и поднес его к уху.

– Терновский на связи. Слушаю вас.

– Я слышал ваше совещание. Как вы оцениваете перспективу провести зачистку своими силами?

– Не очень позитивно. По той же причине, по которой предпочитаю отнести передатчик Яна лично.

– Судя по всему, здесь нет угрозы по вашему профилю, а для более прозаичных ситуаций курсанты изначально уже были немного подготовлены. С другой стороны, развернуть пехотные полки и две танковые бригады и образовать оцепление города – это дорого, чертовски дорого. Так делать положено, но если бы у нас была точная информация по происходящему – мы могли бы избежать этих затрат. В идеале, если б С.И.О. провел зачистку и решил проблему – тут и рост популярности, и недоброжелателям рты заткнуты… В конце концов, первый боевой опыт в не самых экстремальных условиях.

Я вздохнул.

– В таком случае, я рассчитываю, что экономия средств будет принята во внимание при решении вопроса о «потрошителях».

– Безусловно.

– Тогда я займусь этой проблемой. – Я вернул телефон Скарлетт и обратился к начальнику полиции: – а есть поэтажный план-схема больницы?

Симонов начертил грубый план первого этажа, объяснил, что где находится, и сказал:

– Второй и последующие этажи по планировке идентичны первому, но вот этот блок не разделен на приемные кабинеты, там палаты для больных. Двери на тех же местах, только их стало меньше, и стен внутри – тоже меньше.

Я рассмотрел схему и заметил:

– То есть, вот тут три этажа – сплошь палаты?

– Да, и вот тут тоже. Три этажа, по два крыла – у нас шесть отделений.

– Хм… Много палат…

– Больница строилась с возможностью играть роль военного госпиталя и может вместить до тысячи больных и раненых. Многие палаты во всех отделениях либо не используются вообще, либо выполняют роль хранилища неприкосновенного запаса медицинских грузов. Смотрите на двери, там сургучные пломбы. Если пломба не сломана – дверь не открывалась и внутри никого нет. А вот здесь, на втором этаже, я запер дверь стулом, пострадавший санитар находится тут, если не вышел через черный ход на запасную лестницу.

– Двери капитальны? Он не мог их выломать?

– Двери вполне прочны, но в них есть стеклянные декоративные панели. Все-таки, это больница, а не банк, нам ни к чему непроницаемые барьеры.

– Двери на запасную лестницу на замке?

– Нет, разумеется. Зачем иметь второй выход на случай пожара, если держать его на замке? Но за те несколько секунд, которые я смотрел в лицо свихнувшегося бедняги, у меня возникло впечатление, что он… даже не то, что не в своем уме, а еще хуже. В его глазах, как мне показалось, читалось только желание добраться до меня – и ни единой мысли помимо этого… Он ведь мог разбить стеклянную панель и дотянуться до стула, но не сделал этого, пока я бежал вниз по лестнице. Не додумался. Так вы собрались провести зачистку?

– Именно.

– Там внутри могут быть живые люди, запершиеся или спрятавшиеся.

– Я кое-что смыслю по части проведения зачистки в людных местах.

– Надеюсь. И начет этих… больных. Было бы хорошо их тоже не убивать без необходимости. Даже если не удастся спасти – надо знать, с чем мы вообще столкнулись.

Ученый такой ученый… хотя мне ли осуждать фанатиков?

Я покачал головой:

– Не наш профиль. Ни СТО, ни С.И.О. в принципе не обучены брать кого-то или что-то живым. Но мы не станем убивать тех, кто будет в состоянии понять и выполнить приказ лечь на землю лицом вниз. Большего вам не пообещает ни один эстэошник, и кто-то вроде вас должен хорошо понимать, почему.

Симонов кивнул.

– Понимаю.

Я повернулся к начальнику полиции:

– Теперь вот что… Нам понадобится ваш оперативный центр. Скарлетт, займись этим. Доктора Симонова вон там в углу приковать наручниками…

– Хренасе! – возмутился он. – Я, между прочим, дворянин!

– В другой ситуации – да. Сейчас – подозреваемый в чернокнижии и принадлежности к запрещенным террористическим обществам. И это вы тоже должны понимать, а если не понимаете – вольны пожаловаться кому угодно, когда зачистка будет завершена.

Начальник полиции с ухмылкой кивнул своему оператору, тот снял с пояса наручники и приковал доктора к стальной скобе-держателю.

– Теперь начинаем менять диспозицию. Сейчас все ваши люди с главных ворот присоединятся к тем, которые удерживают задние, мой вспомогательный персонал займет позиции вдоль стен, а подразделение зачистки соберется у главного входа. Мы проведем брифинг и начнем зачистку. Проинструктируйте своих людей стрелять во все, что не будет выполнять приказ «лечь на землю, руки за голову» с первого раза.

– Понял.

– Всем вашим людям, включая снайперов, следить за территорией. Снайпера пусть поглядывают на движение в окнах этажей и сообщают, если что-то увидят, но ни в коем случае не стрелять. В данном случае враг – даже не одержимый, я сомневаюсь, что снайпер сможет надежно определять, где человек, а где – нет. Гражданских вообще убрать от периметра, у меня нет уверенности ни в их адекватности, ни в нервах. А лучше – разделите на две части и отдайте командирам вспомогательного персонала у стен. Там они будут под присмотром опытных людей, место самое безопасное, и дров наломать не смогут с перепугу.

– Понял.

– И дайте какой-то файл или пленку для схемы – придется инструктаж проводить прямо под дождем…

Я сунул лист бумаги в файл, бросил взгляд на Скарлетт, которая подсоединила к разъему приборной панели небольшой приборчик и корпела над переключением дисплеев на наши камеры, вышел из фургона и взялся за рацию.

– Говорит Терновский. Планы меняются, министр хочет, чтобы мы провели зачистку. Басиль и Рудольф вместе со своими людьми занимают позиции на востоке и западе от территории больницы, на случай, если кто-то полезет через стены. Вторые ворота держит полиция, через главные заходим мы. «Красные» и «Синие», сбор у главных ворот на брифинг. Скарлетт, следишь за территорией и за нашими камерами, в случае чего сообщаешь.