Страж ночи
Шрифт:
Гвидо тихонько выругался. Колонна солдат инквизиции заполнила мост по всей его ширине. Длинные пики врезались в толпу, заставляя прохожих прижиматься к парапету. Марширующие воины Христа ритмичными шагами сотрясали каменный мост. Лауру толкали со всех сторон, и она ощущала терпкий запах сыроватой шерсти плащей и несвежее дыхание.
Девушка вдруг обнаружила, что они с Гвидо оказались по разные стороны колонны. Она хотела пробиться сквозь толчею к своему телохранителю, но потеряла его из виду — шлемы солдат с высокими плюмажами образовали лес, из-за которого ничего не было видно.
Кто-то схватил ее за руку и потянул за собой.
Лаура вскрикнула, ожидая, что вот-вот почувствует укол стилета.
— Тихо! — в голосе слышался смех. — Не стоит кричать!
Изловчившись, девушка с трудом повернулась и оказалась лицом к лицу с Марком-Антонио. Она облегченно вздохнула. Юноша был весьма экстравагантно одет в короткий жакет с отделанными атласом рукавами, бархатный камзол и разноцветные шелковые рейтузы. Он напоминал собой миловидных ангелов Рафаэля.
— Как вы меня нашли?
— Я за вами следил, — пояснил Марк-Антонио и добавил, — я беспокоился о вас. Ладно, давайте выбираться отсюда! Здесь не место для встреч.
— Но…
Дородная матрона толкнула Лауру, и нахлынувшая толпа чуть не унесла девушку. Вцепившись в руку Марка-Антонио, она последовала за ним. У выхода с моста людей было меньше и им, наконец, удалось перевести дух.
— Спасибо, Марк-Антонио, но теперь мне нужно отыскать Гвидо.
— Ломбарде? — брови юноши взлетели, на лице появилась саркастическая усмешка. — Так за вами присматривает этот старый ишак? Он даже свой титул не смог удержать, связавшись с какой-то шлюхой с Арсенала, а взялся охранять вас!
В тот же миг Лаура поняла, почему отец нравился ей больше красавца-сына. Марк-Антонио притворялся добрым, будучи на самом деле мелочным и подлым человеком. Сандро же притворялся холодным и равнодушным, а в действительности был мягким и сердечным.
— Идемте же, — Марк-Антонио стащил ее по ступенькам под мост.
Лаура заупрямилась:
— Я должна разыскать Гвидо!
В глазах ее спутника мелькнуло раздражение:
— Мой отец, кажется, совершенно подчинил вас своей воле!
— Я просто не хочу доставлять неприятности Гвидо.
Марк-Антонио притянул девушку к себе ближе. Мягко взяв под руку, он помог ей ступить в поджидавшую их гондолу. А когда она опустилась на бархатные подушки, юноша обнял Лауру за плечи.
— На кой черт вам нужен Гвидо, если охранять вас буду я?
Гондольер, оттолкнувшись шестом, вывел лодку на середину канала. Лаура обернулась, глазами отыскивая Ломбарде, но из-за моста ничего не было видно.
Она сердито посмотрела на спутника.
— Нехорошо! Гвидо придется сказать вашему отцу, что он меня потерял!
Марк-Антонио наклонился. Пристальный взгляд его манящих карих глаз смутил девушку.
— Какое это имеет значение? Он потерял, но я ведь нашел вас!
Лаура бросила взгляд на гондольера. Тот бесстрастно работал шестом, спокойно взирая на гладь воды Большого канала.
— Я хочу, чтобы вы немедленно доставили меня домой! — потребовала она.
— Только после того, как вы дадите мне одно обещание!
— Какое обещание?
Взяв ее руку, Марк-Антонио прижал узкую девичью ладонь к своей груди. Его прекрасное лицо горело, дыхание участилось. У Лауры пробежал мороз по коже.
— Я хочу, чтобы вы стали моей!
Прежде, чем девушка успела опомниться, Марк-Антонио сжал ее в объятиях и принялся жадно целовать. Поцелуи были преисполнены страсти. Лаура опешила.
— С тех пор, как мы встретились, я ни о ком другом и не думаю, только о вас! Вы затмили для меня всех остальных женщин!
Лаура отстранилась и попыталась обратить все в шутку:
— Не смешите меня, Марк-Антонио!
Но хотя его предложение было нелепым, на какой-то миг девушка представила себя женой этого красавца, и то, как она станет ежедневно встречаться с Сандро…
Краткой полет фантазии не оставил никаких сомнений насчет неприемлемости сделанного предложения.
— Вы с ума сошли!
— Вы будете моей!
— Ни за что!
Пальцы Марка-Антонио сжали ей плечо.
— Проклятье! Лаура, я люблю вас!
Слова юноши, произнесенные в состоянии крайнего возбуждения, прозвучали подобно лепету малыша, лестью выманивающего конфетку.
— Вы не можете любить меня! Мы совсем не знаем друг друга!
— Узнаете, дайте мне только такую возможность!
— Но вряд ли вам понравится та девушка, которую вы столь настойчиво стремитесь узнать поближе!
— Почему нет? Мне нравится в вас все!
— Но ваши благородные друзья станут сплетничать и, возможно, даже сторониться вас!
— Мой отец позаботится о том, чтобы пресечь сплетни.
— Страж Ночи — важный и уважаемый в республике патриций, но не Бог.
На лице юноши появилось недовольное выражение.
— Я был бы рад, если бы иногда кто-нибудь напоминал ему об этом! Он на самом деле не Бог, но я, действительно, люблю вас!
— А не измените ли вы свое отношение, узнав, что меня в детском возрасте оставила в монастыре женщина, никогда не сочетавшаяся браком с моим отцом?
— Оттого, что у вас нет родных, я буду жалеть вас и любить еще больше.
Лаура безжалостно продолжила:
— А знаете ли вы, что я куртизанка?
Его пальцы разжались, рука безвольно сползла с плеча девушки.