Чтение онлайн

— Для начала подумать, — отозвался Кнуд Йерде. — Поднять источники. Вот что, гере Иверсен, давайте сделаем так: вы займетесь расследованием, а уж разработка плана по упокоению несчастного Кетиля останется на мне и Эдне.

— Я не против, — ответил Ларс. — Но легко сказать: займитесь расследованием. Прошел год с лишним, если и были какие-то нити, то теперь они надежно спрятаны. Впору допросить самого драугра: а, скажите, любезный, кто довел вас до смерти такой?

— Не вздумайте, — серьезно проговорил музыкант. — Он не ответит, просто свернет вам шею. Там уже вряд ли что-то осталось от личности. Это не Кетиль Амундсен. Это… нечто чуждое.

Несколько минут они молчали, попивая кофе. Солнце пригревало. Над зелеными зарослями смородины жужжали пчелы. Черный котяра, притаившись за поленницей, плотоядно щурился на воробья, что прыгал по козлам для пилки дров.

— Охотник, — заметил Ларс.

— Сигурд? Да, та еще зараза.

Кот приник к земле. Усы топорщились, кончик хвоста слегка подергивался. Желтые глазищи были устремлены на цель, словно магнетизировали ее. Так напряженно смотрят на стаканчик с костями или на крутящуюся рулетку…

Ларс откинулся на стуле. Мысль, мелькнувшая в мозгу, почти ускользнула в щели памяти ловкой змейкой, но ленсман успел сцапать ее за хвост и теперь терпеливо вытягивал на свет божий. Тянем-потянем…

— Кетиль Амундсен ведь был другом барона Дальвейга? — быстро спросил Ларс.

Кнуд Йерде несколько встревоженный его тоном, оторвался от которой за утро сигареты.

— Кажется, — с долей неуверенности произнес он.

— Снорри Прищур сказал мне, что они часто вместе играли в карты и пили.

— И что? Вы видите какую-то связь?

Кнуд Йерде осекся.

— Да нет, — усомнился он. — Право слово…

Ларс вскочил со стула, да так резко, что рука снова заныла. С оханьем он схватился за плечо. Воробей сорвался с козел. Сигурд злобно мявкнул и исчез в смородине.

— Ну-ну, не стоит так волноваться. Садитесь. Эдна, иди-ка сюда! — Кнуд Йерде с легкой улыбкой указал Ларсу на стул, но тот замотал головой и принялся мерить двор шагами.

Нарезав три круга по двору, Ларс резко остановился.

— Что мы имеем? — вопросил он. — Покушение, которое пытаются представить делом рук не того, кем оно было совершено, — раз! Убийство, которое обставили как несчастный случай, — два! Вы же сами говорили, что есть ощущение, будто тяжба выступает прикрытием, а дело в чем-то другом! Три!

— Говорил, но…

— И жертвы были друзьями! Неужели вы не чувствуете никакой связи?!

— Возможно, но ведь между этими двумя случаями прошел год! И ничего нельзя утверждать наверняка.

— Нельзя, — Ларс шлепнулся на стул. — Но я намерен проверить эту версию.

— Но что такое необычное могло объединять барона и советника? — задумчиво произнес Кнуд Йерде. — Амундсен ведь был много старше Свейна Дальвейга. И он, как говорили, был весьма неглуп и практичен — по крайней мере, пока был трезв.

— Общие интересы все же имелись, — заявил Ларс. — Карты, вино и пристрастие к здешним легендам.

— К здешним легендам?! — изумился Кнуд Йерде. — Смеетесь?! Молодой Дальвейг и провинциальные сказки?!

— Представьте себе. Они неоднократно расспрашивали Снорри Прищура про сокровища на пустоши. Он подтвердит.

— Сокровища на пустоши? — Кнуд Йерде наморщил лоб. — А, знаю, монета Рагнара Лейфссона.

На крыльцо вышла Эдна Геллерт, вытирая руки о полотенце. Браслеты привычно позвякивали: женщина отчего-то не сняла украшения даже во время работы по дому.

— Что у вас здесь такое?! Военный совет зашел в тупик?

Ларс немедленно изложил все свои размышления.

— Сокровища Брусничной пустоши — это очень старая история, — заметил Кнуд Йерде. — Но я бы не доверял ей до конца. По цепи курганов идет граница, и сумеречный народ не любит, когда туда ночами забредают незваные гости… Думаю, альвы сами и запустили эту страшилку, что поменьше лазили чужаки.

— Возможно, — ответила Эдна Геллерт. — Но некоторые люди видят в ней рациональное зерно.

— Это кто же например?

— Тот амбициозный молодой человек, с которым ты меня познакомил несколько недель назад. Почтенный бакалавр словесности. Он, знаешь ли, половину вечера развлекал меня логическими трактовками суеверий и легенд. Кое-что было и впрямь занимательно.

— Эсбен Мерк? — поднял брови Кнуд Йерде. — А ведь и правда. Пожалуй, он сможет прояснить этот вопрос…

На закате того же дня Ларс Иверсен стоял на площади перед ратушей.

Солнце уже опустилось за черепичные крыши, и отблески закатного золота на окнах домов и стеклах фонарей медленно гасли, зато перистые облака мало-помалу наливались багрянцем и пурпуром.

Народу на площади было немного: гуляющая публика предпочитала парковые аллеи неподалеку от реки. У здания тюрьмы мялся на крыльце дежурный надзиратель, прочие присутственные места и вовсе были заперты до следующего утра. Вечерний час, бездельный час, блаженный час…

Впрочем, для кого блаженный, а для кого и нет. Начальнику полиции предстояло сегодня вечером непростое дельце.

Ларс пригладил волосы, провел ладонью по чисто выбритым щекам и ощутил терпкий аромат парфюмерной воды. На ней настоял Аксель, придирчиво обозревший ленсмана с полчаса назад.

— Все отлично, — заявил констебль с видом знатока. — Мундир с иголочки, сапоги блестят, вид бравый! Да все здешние дамы дар речи потеряют! Вот только, может, волосы чуть-чуть намазать, чтоб лучше лежали, а?

Средство для укладки волос Ларс отверг категорически. Он бы и парадный мундир с аксельбантами не стал надевать, но, увы, от повседневного его наряда после купания в реке мало что осталось. Сапоги и вовсе пришлось покупать новые, готовые, и теперь они изрядно натирали ноги.