Чтение онлайн

– Прагматик ты, Ороллин, потому и не ладится у тебя со всеми остальными. Честно говоря, не могу понять, зачем ты вообще пошел с нами? Какая тебе выгода от освобождения Ралого?

Гном поморщился, затем досадливо сплюнул.

– Да никакой выгоды, Ал, гном я или человек, чтобы друзей в беде бросать, а?! Просто по дружбе решил помочь, к тому же мы с тобой с самой школы меча дружим, считай, что с пеленок, да и Ралого мне не чужая. Ладно, сейчас рано что-то решать, для начала нужно вырваться, а потом уже молодежи умы совращать. Этот Дан, не может быть старше сорока пяти лет, правда из-за ожогов точнее определить не получается, так что вряд ли будет трудно его склонить к мысли, что Индерон – это его дом и совершенно не важно, что именно он ищет на Северье.

Алетагро хмыкнул, посмотрел на оборотней спящих вповалку в углу камеры, положив руки под щеки.

– Ор, ты забываешь одну немаловажную деталь, Дан темный и он не из нашего мира, кроме того, маг, да еще не понятно к какой расе вообще принадлежит. То, что он не полукровка, я думаю, ты уже понял, не представитель ли, одной из исчезнувших рас?

– Все может быть, но какое это имеет вообще значение? Дан принадлежит одной из старших ветвей, остальное не важно.

***

– Как сказал Гагарин, поехали. – разбежавшись, Данте взбежал по куче тел и оттолкнувшись ногами, подпрыгнул вверх. – Такс, дальше тем же Макаром, ага, блин, випкамера по любому, даже шпингалет не закрыт. – откинув крышку и приподнявшись над люком, осмотрел полутемный коридор с часто встречающимися неосвещенными местами и низким для него потолком с толстыми балками.

Притворив за собой крышку, стелясь неслышной тенью, направился в западное крыло арены, временами запрыгивая на балки и пережидая пока пройдут кахулы охранения.

Провожая взглядом очередную пару охранников под собой, Данте затаился, прислушиваясь к тихо переговаривающимся между собой кахулам.

– Я вчера нес вахту у ворот, и слышал разговор нашего мага с придворным магом, он разговаривал с каким-то Ука-Мезоциной, так вот, Эрин сказал, что на арене последнее время что-то неладное происходит.

– Что именно?

– Вчера на арене шесть групп головы сложило, что-то около полутора сотен человек, да и старшие сегодня бойню устроили, а штатные накопители не только не пополнились, но наоборот почти разрядились, вот. Как бы они не вышли совсем из строя, иначе худо будет.

– Да-а, – протянул второй кахул, – ремонт дорого обойдется, с Индероном последнее время отношения осложнились, гномы непонятно почему цены на обслуживание установок сбора темной энергии задрали.

– Это не наше с тобой дело, пусть наш хан с ними разбирается, меня беспокоит, то, что может произойти с самой ареной, помнишь, что было, когда в последний раз накопители вышли из строя? Тогда все начали резко слабеть, участились болезни, я уж не говорю о множестве сломанных рук и ног. Несколько человек вообще шеи себе свернули, при падении с лестниц, причем все до единого были трезвы совершенно. Когда установки починили, накопители за сутки оказались полны чуть ли не на половину, хотя обычно их хватает на год, полтора.

– Да ладно тебе, они же не говорили о том, что кристаллы вышли из строя, или говорили?

– Да нет, Эрин сказал, что все проверил, с установками все в порядке, но не понимает, куда подевалась энергия, говорит, у него сложилось, как там он сказал, а, впе-чат-ле-ние, что ее будто кто-то выкачал.

– Пусть маги разбираются, ты мне лучше скажи, как твоя четвертая жена?

Голос второго стражника потеплел, в нем проскочили мечтательные нотки.

– Красавица, а самое главное выполняет все мои прихоти молча и безропотно, а как нежна?! Кожа гладкая-гладкая!

Данте фыркнул, проводив взглядом кахулов, скрывшихся в дальнем конце коридора. – "Угу, не жена, а серая мышка! Хотя о вкусах не спорят". – благодарно погладив стену, спрыгнул вниз. Мягко приземлившись на пол, Данте осторожно продолжил свое движение, постоянно прислушиваясь и размышляя на ходу. – "Откуда же вам знать, дорогие маги, куда подевалась энергия, и кто именно ее выкачал, если не задумываетесь о духе арены, которому совсем не нравится все то, что вы тут творите?… Хм, значит, эти самые установки есть на арене, иначе бы дух до них просто не дотянулся, а этот хитин дарта похоже ему не преодолеть, иначе бы уже с радостью перекачал все в меня. Как бы посмотреть на эти установки? Интересно, как они действуют, а то у меня сложилось странное впечатление, что здешняя энергия тьмы живая какая-то. Или мне просто кажется? И она просто вливается в того, кто ближе?"

Данте поморщился, и передернул плечами, кожа под чешуей немилосердно зудела, а сама чешуя не давала возможности нормально почесаться. – "Блин, рад, конечно, что тело восстанавливается, но как не вовремя-то! И кто же мне ответит на вопрос, какого ангела я вообще перешел в боевую трансформацию?! Больно же было до одури!… Хотя, лишняя защита не помешает, чешуя конечно не кольчуга и не бронежилет, но хоть что-то. Знал бы, что так удачно на кружку крови зарулю, использовал бы энергетический, а не физический переход, сэкономил, называется энергии блин!" – Данте раздраженно почесал культю крыла. – "Дурак, подох бы, если бы энергетический переход использовал, об ауре развороченной не забывай, маг недоделок!"

Коридор плавно сменялся коридором, Данте успешно избегал встречи с патрулями, заблаговременно запрыгивая на балки под потолком, и пережидая, пока воины не пройдут мимо. Охранные посты обходил тем же путем, только пару раз пришлось сломать хлипкие замки на решетках дверей, преграждающих путь.

По мере движения зуд все усиливался, от чего Данте тихо сатанел и уже прикидывал, не зайти ли в очередную камеру вместе с парой стражников, чтобы немного разрядиться. Левый глаз начал гореть и слезиться, застилая взор, левое крыло нервно подрагивало, обрубок правого начало ломить, передавая ноющую боль в мышцы спины. Наконец, не выдержав, Данте зубами отхватил заращенный кончик, боль начала понемногу стихать, а крыло восстанавливаться. Проследив за отрастающими костями, медленно покрывающимися сухожилиями и мышцами, пробормотал. – Слишком медленно, примерно пару миллиметров в минуту, не более.

Миновав очередной коридор, Данте вышел в западное крыло. Стальные тяжелые двери сменились решетками, в камерах за ними томились люди с ошейниками на шее. Тяжелая атмосфера усугублялась витающим в атмосфере почти осязаемым чувством безысходности. Из камер то и дело доносились стоны страдающих рабов, болезненный кашель резал слух, тяжелый удушливый запах немытых тел терзал обоняние, Данте чуть не стошнило, когда он пробирался вдоль них и почувствовал смрад, гниющего заживо человека. Из камеры донесся ослабленный болезнью голос, почти неслышный шепот.