Чтение онлайн

– Если мы скрываемся от журналистов, – тихо сказала Блэр, – Это будет выглядеть так, будто я боюсь их вопросов.

– Ты уже ответила на их вопросы, – заметила Кэм, не отводя глаз от экрана.

– Я хочу войти в переднюю дверь, как и планировалось. Я не позволю, чтобы это выглядело так,

будто мне стыдно.

Кэм переключилась на другой канал, – Мак, мы меняем маршрут на желтый. – Принято.

Повторив те же инструкции Старк, она снова переключилась на первую группу, – Расчетное время прибытия девять минут… П ереход на ARY. Мы воспользуемся аварийным выходом, с южной стороны.

– Принято.

– Кэм…

– я не могу двигаться вслепую, – Кэм без колебаний встретила раздраженный взгляд Блэр, – Извини.

– Мой отец был прав, не отстранив тебя от этой должности, – Резко прокомментировала Блэр, – Твои отношения со мной не влияют на то, как ты делаешь свою работу. Мне надо запомнить это.

Кэм не была уверена было ли это критикой или нет, но у нее не было времени думать об этом, -

Расчетное время прибытия пять минут.

Слабая вибрация на бедре не вызвала у него никакой физической реакции. Его сердечный ритм не ускорился, кровяное давление не поднялось, его палец не дернулся со спускового крючка даже на миллиметр. Снова, не сдвинувшись со своей позиции с винтовкой, он поднял пейджер на уровень глаз.

15:56, 16 августа 2001

Смена последовательности действий.

Он медленно поднял голову, равнодушно наблюдая, как бронированная машина скорой помощи медленно покатила вниз по переулку к главной улице, продвигаясь сквозь хаотично припаркованные новостные фургоны, пока не скрылась из виду, за углом.

Тогда он присел на корточки и беспристрастно разобрал свое оружие.

С феноменальной точностью он убрал в ящик для инструментов ствол и разложил различные мелкие детали по карманам, в точно таком же порядке, как они лежали до того как он вытащил их, почти четыре часа назад. Задача выполнена, он повернулся спиной к стене и сел на крышу, вытянув ноги

перед собой. Он должен выждать три часа, прежде чем спуститься и покинуть здание. Затем он вернется в свою двухкомнатную квартиру, возобновит свою скромную жизнь, и будет ждать дальнейших указаний. Приказ может поступить в эту же ночь, может на следующий день, а может на следующей неделе. Он мог лишь надеяться, что ему предоставят еще одну возможность сыграть важную роль в общем плане, чтобы отдать послание миру, о том, что даже самая могущественная из сверхдержав уязвима и что «праведники» в конечном счете сильнее. Пот с лица лился стуйками ему прямо в глаза, вызывая слезы, но он даже не моргнул.

«Боже, Храни Америку»

– У каждой восьмой женщины развивается рак груди, – Блэр стояла в передней части большого,

хорошо оборудованного зала. Он мог вмещать в себя несколько сотен человек, в мягких креслах,

обитых тканью и расположенных полукруглыми рядами, по принципу ярусов. Сегодня, он был полон. Ее аудитория состояла в основном из потенциальных спонсоров, и небольшого количества персонала больницы. После осмотра научных исследований в крыльях клиники, она провела последние 25 минут, говоря о болезни, которая убила ее мать, – Одна женщина умирает от рака груди каждые двадцать минут.

Кэм стояла в восьми футах сзади Блэр и немного правее. Старк занимала аналогичную позицию на противоположной стороне, выше сцены, около входа в задний коридор.

Maк и Фелиция находились в задней части аудитории с двух сторон от главного входа. Еще два агента стояли на страже в холле, а другие были размещены у входа в больницу со стороны улицы и у машины.

– Мы можем сделать эти цыфры меньше, – Блэр говорила уверенно, без бумажки, она наклонилась к аудитории, ее руки легли по обе стороны кафедры, а пальцы легонькооперлись на ее передний край, -

если у нас будет больше диагностического оборудования и больше спицифических процедур,

направленных на лечение опухоли, умрут гораздо меньше женщин, и гораздо больше смогут жить дольше и лучше. Она вышла из-за трибуны и уверенно направилась в центр сцены. Увидев это, Кэм быстро и незаметно сменила свою позицию, обеспокоенная действиями Б лэр в плотно переполненном зале, несмотря на то, что все находящиеся здесь были предварительно отобраны и идентифицированы. Для обеспечения безопасности на должном уровене требовались портативные и ручные металлоискатели, и, черт, намного больше людей, чем она имела в подчинении, но это было выполнимо только при осуществлении охраны президента и вице-президента. Находясь на публике,

Блэр была всё время уязвима, это была простая реальность и Кэм была вынуждена жить и иметь дело с этим. Единственная истинная защита для Первой дочери гарантировалась только тем, что те, кто охранял ее, могли физически оградить ее, в случае нападения. Поэтому требовалось, чтобы ее агенты были достаточно близки, и имели возможность встать между ней и угрозой.

– Исследователи в Институте Гюстава Русси, как и во многих аналогичных учреждениях, во всем мире, нуждаются в нашей поддержке, в частоности, в нашей финансовой поддержке, – Голос Блэр был сильным и твердым, как и ее взгляд, скользивший по аудитории и кратко останавливающийся на отдельных людях, создавая мимолетный, но мощный контакт, – Моей матери было 32 года, когда ей поставили диагноз рак груди. Ей было 33, когда она умерла. Душераздирающая трагедия – что один,

настолько молодой человек умерает, но смерть от этой болезни, в любом возрасте, смерть, которую

мы можем предотвратить – это трагедия слишком больших размеров. Пожалуйста, давайте объединимся для того, чтобы вместе вычеркнуть рак груди из списка убийц. Спасибо.

Под аплодисменты и одобряющий шепот аудитории, президент Института подошел к ней с протянутой рукой и признательно улыбаясь. Блэр повернулась к нему, одарив его своей грациозной улыбкой.

Она ощущала пульсацию в голове, а в горле у нее пересохло, но ей нужно было продержаться на высоком уровне перед публикой еще несколько минут.

– Спасибо, мисс Пауэлл, – сказал он и горячо пожал ее руку, – Мы чтим ваше присутствие здесь сегодня и ценим вашу поддержку.

Кэм в пол уха слушала трогательную заключительную речь. Большая часть ее мозга продумывала детали стратегии выхода. Блэр была крайне недовольна, что им пришлось воспользоваться запасным входом, чтобы попасть в больницу. Кэм знала свою возлюбленную слишком хорошо, и понимала,