Чтение онлайн

Мы долго думали, как поступить с часовым. Напрашивался самый простой вариант — убить и воскресить магией, как сделала в своё время Калифа, но мне такой способ крайне не нравится. Если мы начнём убивать всех направо и налево, то мало чем будем отличаться от Лексара. Да и к тому же имперские стражи также снабжены артефактами связи, и малейшие изменения могут привлечь ненужное внимание. Шайни, к моему удивлению, предложила другой, более гуманный вариант. За прожитые годы она научилась филигранному владению магией жизни, которая способна управлять практически всеми процессами в организме разумного. Артефакт дезориентации испускал импульсы, уменьшающие мозговую активность в разы. Это приводило к тому, что разумный практически засыпал на ходу. Он продолжал идти вперёд, но мозг его был фактически отключен, так же как и память. Можно настроить артефакт и таким образом, что он сотрёт из памяти небольшой временной интервал, но тогда придётся использовать больше магической энергии и сработает сигнализация. Если воздействие продолжается достаточно долго, то человек обязательно догадается, что подвергся атаке, но если оно кратковременное, то он посчитает, что просто задремал на ходу, и не обратит внимания.

Самым сложным было скрыть магическое воздействие от артефактов, вмурованных в стену, но после множества опытов выяснили, что они настроены улавливать магию в диапазоне от двух единиц затраченной маны. Возможность точно дозировать ману даёт нам существенное преимущество перед магами Лексара, вынужденными действовать исходя из собственных ощущений и опыта. Поэтому Шайни настроила артефакт на одну единицу, что и дало нам тридцать секунд, чтобы перебраться через стену.

Понаблюдав, как часовой мотнул головой, как бы просыпаясь, и, попытавшись почесать голову прямо через шлем, побрел дальше, мы облегчённо выдохнули. Проникновение на территорию дворца прошло успешно. Мы отказались от первоначального плана открыть портал неспроста. Когда я скопировал систему защиты дворца, то мы попытались открыть переход в охраняемую зону, и любое перемещение активировало сигнализацию. Разбираться, какое именно заклинание вызывает такой эффект, было дольше, чем взломать всю защиту.

Следующие несколько часов мы пробирались по дворцу, буквально напичканному всевозможными защитными и сигнальными чарами. Без магического зрения, позволяющего видеть все ловушки, мы бы не прошли и десяти метров. Не знаю, как тут перемещаются слуги и стражники, возможно, имперские маги могут ставить что-то вроде магических меток, разрешающих доступ в то или иное помещение, или они придумали ещё какой хитрый способ, но такая степень паранойи явно не нормальна. Жить в таких условиях нереально, да зверям в клетках спокойнее, чем императору в собственном доме.

В таких условиях не могло быть и речи, чтобы отправлять группу Тора добираться до покоев герцога одних. Поэтому пришлось потратить время, чтобы довести их до заранее выбранных позиций, благо план дворца у нас был. Лишь после того как друзья затаились в коридорах, мы вчетвером отправились в гости к Лексару. К моему неудовольствию, пришлось потратить гораздо больше времени, чем было запланировано изначально. Ориентировочное время начала операции уже почти наступило, а мы всё ещё не готовы. У кого-то из подчинённых могут сдать нервы, и атака начнётся без сигнала. Но торопиться было нельзя, малейшая ошибка — и все старания пойдут насмарку.

Сон императора был хорошо защищён. Вдоль стен длинного коридора стояли не менее десяти стражников. Осторожный осмотр магическим зрением издалека показал, что в кладке стены также присутствуют артефакты, улавливающие магию. Подойти к ней ближе, чем на пять метров в скрыте, не получится, тут же сработает сигнализация. Тщательно изучив артефакты, я выдохнул. Они отличались от своих аналогов в крепостной стене меньшей чуткостью. Если я всё правильно рассчитал, то выбросы до 5 единиц маны не способны их потревожить, и это даёт нам шанс провернуть всё тихо.

— Настроить артефакты дезориентации на три единицы маны, две единицы длительность дезориентации, одна единица в амнезию. — Думаю, пяти секунд амнезии хватит, чтобы стражники ничего не вспомнили. — Смоук, как самый ловкий, твоя задача усложняется, тебе нужно будет совершить два прыжка. Мои те, что ближе к двери. Магическая защита там слабенькая, чисто для порядка, справлюсь быстро. Разбирайте остальные цели.

— Сделаю, босс, — коротко ответил разведчик.

— Готовы? Начали.

За долю секунды произошло сразу несколько событий. Мы синхронно сняли маскировку и совершили микропрыжок. Расслабленные стражники, которые клевали носом, не успели среагировать, и артефакты дезориентации мгновенно стёрли им память о случившемся. Проверять, справился ли со своей задачей Смоук, было некогда, но судя по тому, что никто не поднял тревогу, парень успел.

Замок звонко щёлкнул, и этот звук разнёсся по пустым коридорам с неприличной громкостью, но что-то менять было уже поздно. Ворвавшись внутрь, захлопнули за собой дверь. Мгновенно переключившись на ночное зрение, уловил шевеление в кровати и, микропрыжком оказавшись у изголовья, надел негатор магии на шею Лексара. Смоук уже заканчивал формировать вокруг нас купол тишины. Более в комнате не было никого, и теперь нас никто не побеспокоит.

— Я знал, что этот день когда-нибудь настанет, — прозвучал в тишине голос Александра Владимировича. — Мне повезло, что ты, Кирилл, намного благоразумнее, нежели твои друзья.

Щелчком пальцев зажёг в воздухе небольшой огонёк, который осветил усталое лицо бывшего президента.

— В этом нет никакой необходимости, — сказал Лексар, указав на негатор магии, — потому что у меня на груди закреплён точно такой же. — Я перевёл взгляд на странный чёрный ремень, опоясывающий талию императора, и система тут же подтвердила его слова.

— Идентификация, — подумал я. Да что тут вообще творится?

— Сафронов Александр Владимирович (Лексар). Человек. Уровень 3. Карма 39 862/75 000. Мана 0/46 862. Общеизвестный социальный статус: император. Истинный социальный статус: раб. Искусственное подавление магической силы (Стартов Кирилл Демидович, Сивурский Игорь Павлович).

— Мне нужно очень многое вам рассказать, Кирилл, а потом делайте, что посчитаете нужным.

Честно сказать, такого поворота событий я не ожидал.

— У тебя есть полчаса, — ответил я Лексару, и по испуганному лицу императора понял, что глаза вновь полыхнули пламенем. Секунду подумав, настроил артефакт связи так, чтобы нас могли слышать все члены клана, и знаком дал понять, что время пошло.

История Александра Владимировича меня поразила. Если хоть половина рассказанного им правда, то это в корне меняет всё. Времени было крайне мало, поэтому он говорил быстро, стараясь уложиться в срок, но не упустить важных подробностей.

Начал он с того момента, как мы с Сашей вернулись на Землю и рассказали свою историю. Профессионалы, которые слышали и видели всё, сразу поняли, что мы что-то скрываем. Каким же я был наивным глупцом, считающим, что несколько советов и тренировок с братом по пути обратно помогут обмануть психологов и технику, считывающую малейшие проявления эмоций. Мы жили не в дремучем двадцатом веке, где полиграф был чуть ли не единственным способом узнать, говорит ли собеседник правду.

Так или иначе, но президенту тут же доложили, что мы сказали не всё, и военные предложили надавить. Александр Владимирович не стал делать поспешных выводов, потому что, будучи человеком умным, понимал, что я обладаю уникальными знаниями, и после применения силы обратного пути уже не будет.