Строптивая принцесса
Шрифт:
— Я не хочу вставать! Убирайся!
— Я не уйду, пока вы не встанете и мы не поговорим, — решительно заявил Монтильон, сложив руки на груди.
С кровати в его сторону полетела шелковая подушка, но он легко увернулся от мягкого снаряда. Вслед за подушкой последовали угрозы, но Монтильон, привычный ко всему, не обращал на них никакого внимания. Он налил горячий кофе в изящную фарфоровую чашку.
Рассерженная принцесса приподнялась на локтях, ее огненно-рыжие волосы упали на нахмуренное лицо.
— Кофе! Где мой кофе? Если меня будят среди ночи, то могу я хотя бы получить чашечку кофе? — Она застонала, неохотно села, откинула с лица волосы и, прищурившись, посмотрела на своего подданного.
— Доброе утро, ваше королевское высочество. — Монтильон поклонился с невозмутимым видом.
Принцесса что-то проворчала в ответ. Управляющему не понадобилось много времени, чтобы догадаться, что ей под спину нужно подложить подушки. Монтильон мгновенно выполнил ее просьбу, и скоро принцесса пила кофе, уютно устроившись в постели.
Монтильон придвинул к кровати принцессы кресло и в который уже раз завел разговор о том, что если она не примет предложения руки и сердца титулованного поклонника, то будет вынуждена отправиться в Америку за сбором средств для пополнения королевской казны.
Отказавшись от предложенного тоста с маслом, Марлена фыркнула:
— Я не желаю снова выходить замуж!
— Хорошо. Тогда мы отправляемся в Америку…
— Нет! — перебила она. — Какой бы неприятной ни была перспектива замужества, она менее отвратительна, чем мысль о поездке в Америку, где мне придется униженно просить милостыню.
— Совершенно согласен с вами, ваше высочество.
— Я сама выберу подходящего супруга и пойду с ним к алтарю. — В выразительных зеленых глазах Марлены промелькнула тоска, но она, тряхнув головой, решительно добавила: — Это самое малое, что я могу сделать для моего народа.
— Вот это слова настоящей принцессы! — одобрил Мон-тильон, в первый раз за это утро улыбнувшись ей. — Возможно, на сегодняшнем балу вы встретите своего очаровательного принца.
— Если он окажется очень богатым, то ему совсем не обязательно быть очаровательным, — усмехнулась Марлена.
Итак, принцесса приняла решение снова выйти замуж, и на сегодняшнем балу ей предстояло выбрать кандидата в мужья. Теперь нужно было позаботиться о подходящем наряде. После долгих раздумий Марлена остановила выбор на атласном платье цвета лаванды с таким глубоким вырезом, что, будь он еще чуть глубже, выглядел бы откровенно непристойно. Она попросит своего парикмахера высоко поднять длинные рыжие волосы и уложить их в роскошные, ниспадающие на шею локоны.
Принцесса не сомневалась в своей способности заставить выбранного ею кандидата сделать ей предложение еще до окончания бала. Она привыкла к тому, что мужчины испытывали нервное возбуждение в ее присутствии. Да, она знала, как обращаться с ними.
Когда сумерки стали опускаться на старинный замок в горном королевстве Харц-Кобург, принцесса, готовая к появлению на публике, последний раз оглядела себя в большом, обрамленном золотой рамой зеркале. Она осталась довольна своим отражением и была уверена, что ни один мужчина не сможет устоять перед ее красотой.
Необходимость выбора супруга удручала Марлену. Ей так не хотелось приносить себя в жертву, и Марлена с тоской вспоминала свое детство, когда она жила без всяких забот в чудесном уютном мире, огражденная любящими родителями от грубых реальностей жизни.
Когда-то это крошечное горное королевство, расположенное на границе со Швейцарией, славилось богатыми алмазными россыпями, угольными месторождениями и залежами мрамора. Деньги текли рекой, и жизнь в королевстве была сказочно прекрасной. В старом замке всегда гостило множество именитых особ: европейских монархов, шейхов, махараджей, пашей и богатых американцев. Говорили, что приемы, которые устраивал король, ее покойный отец, были самыми роскошными на европейском континенте.
Но золотые дни миновали. Мраморные залежи оказались затопленными, а месторождения угля и алмазов иссякли. Огромные денежные поступления прекратились.
Настали трудные времена, и монархия оказалась в безвыходном положении.
Принцесса решила исполнить свой долг и спасти королевство.
Но на деле все оказалось гораздо сложнее. Поклонники на балу соперничали друг с другом, добиваясь ее расположения, но Марлена вдруг поняла, что ни один из них не привлекает ее. Виконт Бейли, один из самых богатых аристократов Европы, уже начал распространять слухи, что завоевал руку принцессы. Но этот пожилой толстяк был скучен, ленив и, как поговаривали его слуги, имел обыкновение расхаживать по своей спальне, выпятив огромный живот, громко рыгая и почесываясь.
После одного бесконечного танца с неуклюжим потным виконтом принцесса Марлена вычеркнула его имя из списка претендентов.
Молодой светловолосый красавец лорд Уиллингем прекрасно танцевал, обладал безупречными манерами и привлекательной внешностью. Но, глядя на красивое лицо лорда, Марлена поняла, что никогда не сможет чувствовать себя уютно рядом с мужчиной, чья хрупкая красота соперничала с ее собственной.
Богатые маркизы, графы и бароны, среди которых ей предстояло выбрать себе мужа, добивались ее внимания, но все они были похожи друг на друга. В роскошно одетых, высокомерных и напыщенных представителях голубых кровей не было и намека на страсть, любовь или мужественность. Жизнерадостную принцессу не привлекала перспектива провести оставшиеся сорок или пятьдесят лет жизни с одним из этих бесцветных и невыразительных фатов.
В семнадцать лет она была еще ребенком и, не слишком задумываясь, по воле отца вышла замуж за герцога, с которым была едва знакома. Но теперь она уже не ребенок, да и короля, ее отца, давно нет в живых.
Когда пышный бал наконец закончился и последние экипажи увозили гостей из замка, усталая и опустошенная принцесса Марлена подозвала к себе Монтильона. Встретив его вопрошающий взгляд, она отрицательно покачала головой и призналась, что не приняла ни одного предложения.
На лице управляющего отразилось разочарование, и он обеспокоенно произнес: