Чтение онлайн

Старик привёл меня в комнату с множеством хрустальных стеллажей, где морозились колбы, пробирки, реторты, и торчали стеклянные трубки. Такие же, только грязные, были сложены в наполненных льдом и снегом ваннах. А в тех, что на столах, — дымились разноцветные снадобья. Полки были уставлены пузырьками с зельями и увешаны связками хрусталиков. Нормальное жилище чародея.

— Садись, — он указал мне на скамью из серого хрусталя и опустился рядом. — Я леддинский чародей, как ты уже понял. И доктор медицины.

— Профессор? — переспросил я.

Он мечтательно улыбнулся.

— Давно меня так никто не называл. С тех пор как перестал существовать леддинский медицинский цех… — Геурз покачал головой.

— Леддинская цивилизация очень древняя и более развитая, чем кажется. Но сейчас переживает не лучшие времена… Всё война… Знаешь, почему началась война?

— Слышал. Леддинец влюбился в феглярийскую принцессу, и почему-то леддинам это не понравилось и…

— Это феглярийская версия, — грустно ответил чародей. — А было так…

Он рассказал мне о событиях давно минувших дней, отголоски которых звучали до сих пор.

Начиналось всё действительно так, как рассказывали в школе. А дальше… капризная феглярийская принцесса требовала от парня дорогих подарков, просто цветы и конфеты её не устраивали. А он старался угодить ей во всём. Так любил. Как-то она намекнула, что прежде чем просить её руки, он должен принести красное ожерелье из драконьей сокровищницы в Ледяных горах. А надо сказать, что на сокровищницы был наложен страшный запрет. Но ослеплённый любовью парень не внял ему, не послушал старейшин рода и отправился за драгоценностями. Ожерелье он достал, но, разорив гробницу, выпустил на волю драконью лихорадку, что дремала во льдах.

Первыми заболели драконы. Потом заразились леддины. Драконья лихорадка — это ужасная болезнь, от которой нет лекарств, и редко кто из леддинов выздоравливал. А драконы выжили и предъявили леддинам ультиматум.

Однако леддины уже знали, откуда их постигло несчастье. Бедный парень в предсмертном бреду повинился и просил не развязывать войну. Феглярийская принцесса, узнав об этом, выкинула ожерелье в море и бросилась со скалы. Но это не спасло феглярийцев, хотя у них-то как раз обнаружилась невосприимчивость к лихорадке. Они отвернулись от леддинов, и леддины объявили им войну.

— Война не помеха болезни, а помощница, — проговорил чародей. — Она унесла ещё тысячи жизней… А лихорадка и доныне косит драконьи и леддинские поселения, убивая и калеча сотни жизней. Лекарства от неё нет, кроме обычных снадобий, которые способны лишь облегчить боль и помочь организму бороться. Выживают единицы, но необратимо меняются…

Старый леддин долго молчал, а я смотрел, как за окном краснеет диск солнца…

— Мой сын тоже заболел, ещё совсем мальчишкой. Я боролся за него, и он выжил, но уже не тот, что прежде. Теперь у него случаются приступы трансформации, и он превращается в ледяного дракона… Таких в нашем сообществе несколько сотен… Каарат пострадал больше других… И по сей день лихорадка морит наших детей.

— Тот парень — из вашего рода? Он кивнул:

— Это — проклятие. Но однажды у нас появилась надежда. Умирающий леддин изрёк пророчество: «Ждите, каарат. Он придёт. Явится из той части света, которой нет на карте. Принесёт с собой обратное время и указатель. Преодолеет Зачарованный лес. Пересечёт море. Добудет Чёрный меч и сразится с чудовищем. Спасёт нас, отдав нам вещество, в коем растворяются речи. И это навсегда изгонит болезнь»… С тех пор и надеемся.

— Можно ли верить словам, произнесённым в предсмертном бреду? — усомнился я.

— Всё сказанное леддином на смертном одре относится к пророчествам и сбывается, — горячо возразил Геурз. — И я верю, что это сбудется. Ты принёс нам меч и долгожданное избавление в один миг. Я же пытаюсь приготовить лекарство вот уже много лет.

— У меня ничего такого нет, — растерялся я.

— Ты принёс его в себе.

— Вам нужна моя кровь? — прошептал я, перебирая в памяти все киношки о чудесных вакцинах получаемых из крови героя с иммунитетом.

— Слюна. В пророчестве это очевидно.

— Я должен поплевать в пробирку?.. А что феглярийцы? У них же невосприимчивость.

— Нет, я пытался. Здесь необходимо чужеродное вещество из иного мира; отданное добровольно — оно способно победить лихорадку. Ты ведь не из нашего мира…

— С Земли, — угрюмо подтвердил я. — Это моё измерение. Самое обычное, без магии. И моя слюна вовсе не лечебная.

— Что ж, — он подставил хрустальную плошку. — Проверим…

— Ну, Кесс, — хихикнул Норд. — Ты у нас ещё героем станешь, спасителем леддинов.

Утром я не сразу сообразил, где нахожусь. С потолка свисали сосульки, кручёные, как рог дракера. В гостях у снежной королевы?..

И вспомнил — всего лишь в доме леддинского чародея. Рядом разговаривали, и я сел на своём ледяном ложе. Вчера мы с Зирберо перенесли всех в комнату поменьше с тремя хрустальными диванами, а мне в итоге досталась лишь ледяная кушетка. Но и на ней я прекрасно выспался в феглярийском костюме.

Так и есть. Мои друзья очнулись и тихо переговаривались, разглядывая комнату. Замечательно! Геурз не обманул. Зелье помогло. Астра с Веренией шептались. Линк угрюмо сверлил взором потолок.

— Кеес! — девочки наконец-то заметили, что я проснулся. — Что произошло? Где мы?

— Кажется, я знаю, — заявил Линк, пока я раздумывал над ответом. — Говори, мастер влипать в истории.

— На вашем месте, я бы поблагодарил парня, — прозвенел знакомый голос и сверху спустился Зирберо, трансформируясь по пути… Девчонки завизжали и спрятались за меня.

— Не бойтесь, — усмехнулся я. — Ледяного дракона не видели?

— Рассказывай, — вздохнул магистр, усаживаясь поближе.

— Вы что, совсем ничего не помните?