Чтение онлайн

— Вспомнил! Теперь иди прямо. Пересечёшь площадь — сверни в переулок перед домом с флюгером в виде каравеллы, а там ступай дальше до следующей площади, снова заверни в ближайший переулок и ищи дом с красной крышей.

— А вдруг крышу перекрасили?

— Крыша из красного ракушечника.

— А если крышу снесло?

— Это у меня сейчас снесёт, башню, если не перестанешь задавать глупые вопросы. Я здесь лет десять не был. Ничего не помню и не узнаю. Будем искать. А теперь — иди.

И я окунулся в суету большого города. Не забывая по ходу любоваться достопримечательностями. Сначала пытался соотнести их с ранее увиденным, прочитанным и услышанным. Но потом сдался. Это было похоже на всё сразу. Но если город и напоминал средневековый, то в общих чертах и очень отдаленно.

Первое, что меня поразило — это какая-то художественная беспорядочность. Только центральная площадь ещё как-то сдерживала это буйство красок и стилей. Дворцы расположенные красивыми полукружиями и палисадники вокруг них были надёжным «гвоздём», от которого во все стороны разбегались бойкие несуразицы улиц и переулков, доходящие порой до архитектурной бессмыслицы.

Рядом с мрачной башней, словно выдернутой из готической эпохи с уже знакомыми мне часами, мог притулиться малюсенький, по виду пряничный домик с крышей из ракушечной черепицы.

Широкие каменные проспекты чередовались с улочками поросшими зелёненькой травкой. Река бежала через весь город, и каменные набережные беспорядочно сменялись деревянными мостками и песчаными пляжами. И при этом я не увидел ни одного одинакового моста.

В своих поисках я часто упирался в высоченную стену с массивными воротами, шёл дальше и находил другие пути. Заглядывал за маленькие дверки из ажурных решёток и открывал для себя уютные дворики с садиками или парки со стриженными под шары и конусы деревьями и помпезными клумбами. А больше всего меня восхищали сферы на тонких башнях. Одни изумляли своим парящим великолепием, а другие казались диковинными грибами дождевиками на высокой ножке.

А ещё — деревянные заборчики и калитки увитые виноградом. Каменные дома и живые изгороди… Н-да. Неужели я становился поэтом? Но первый же толчок в бок от местного жителя, которому я, зазевавшись, нечаянно наступил на ногу, отбил у меня охоту награждать этот город красивыми эпитетами. А потом меня чуть не сбила повозка. Я едва успел отскочить в сторону под вопли возмущённого Зеркала, но тут же угодил под ноги коню, и всадник — вычурно одетый мужчина истратил на меня недельный запас витиеватых ругательств. Да уж. Местами в городе было шумно и оживлённо, и весь это шум ещё и перекрикивали уличные торговцы и наводящие порядок стражники.

Наконец я пересёк вторую площадь и свернул в ближайший переулок. А день уже клонился к закату. Наступал вечер, усиливающий запахи цветов, моря и травы. По переулку сновали редкие прохожие. Стало непривычно тихо. Я очень устал и хотел есть, а во рту с утра не было ни крошки.

— Ищи дом с красной крышей, — напомнило мне Зеркало.

— Послушай, изверг, — взмолился я. — Можно где-нибудь отдохнуть? Давай найдём гостиницу или трактир, я хоть поужинаю. А то сил нет ноги таскать.

— Если что-нибудь попадётся, — Зеркало было неумолимо.

Можно подумать это у него ноги, а не у меня. Но Королевский город сам сжалился надо мной и поставил на моём пути таверну с весёлой вывеской «Длинный нос». Изображения носа я не увидел. Зато под вывеской качалась на цепях внушительная деревянная бутылка…

— Чего остановился? — не выдержало зеркало. Такое впечатление, что оно своим голосом подталкивало меня в спину.

— Таверна, — доложил я. — Зайдём?

— Как называется?

— Длинный нос.

— Гм… что-то не припомню… Была неподалёку от ворот одна таверна, но она называлась Красный нос.

Я хмыкнул.

— Ну, это понятно. Красный нос — более подходящее название для таверны.

— За столько лет многое могло измениться. В том числе и действие вина на некоторые части тела.

— На что ты намекаешь?

— Войди и проверь. А лучше не рискуй и вали отсюда быстрее.

— Нечего меня пугать.

На самом деле мне было немного не по себе. Кто его знает, какие ещё сюрпризы поджидают меня в этом неуравновешенном мире. Однако я открыл дверь и вошёл.

Внутри было просторно, малолюдно и спокойно. Я едва не повернул назад. Вот если бы мне навстречу выскочила толпа дерущихся головорезов или рядом со мной об стену шмякнулась кружка с элем, или вокруг ломали бы мебель об стойку… Вот тогда бы никаких проблем — нормальная таверна, а так… Даже подозрительно. Однако я всё же остался и даже сел за крайний столик, поближе к выходу, на всякий пожарный.

— Ну и чего там? — полюбопытствовало Зеркало. — Только постарайся разговаривать незаметно.

— Ничего, таверна как таверна.

Сонный трактирщик, то есть — тавернщик неопределённого возраста за стойкой. Неподалёку от меня за угловым столом несколько парней в рабочей одежде синхронно запрокидывали, и по очереди опускали на стол кружки.

Похоже, до этого они размахивали молотами в кузне. Видать заело после нелегкого трудового дня.

В другом углу, повалившись на стол, похрапывал одинокий посетитель. Угу, судя по помятому и безмятежному виду, — пьяный завсегдатай. Вроде всё. А, нет, вот и ещё кто-то явился. Бухнула обитая войлоком дверь и ввалился следующий, в смысле — после меня, пришелец. Незнакомец, закутанный в плащ с надвинутым на лицо капюшоном. Протопал в зал, по-хозяйски развалился за столом и, подняв руку, щёлкнул пальцами. К нему тут же подбежал подросток в фартуке. Со своего места я не слышал, что заказывал незнакомец, но паренёк с готовностью кивал и записывал. Потом убежал выполнять заказ.

— Можешь незаметно достать меня? — попросило Зеркало.

— Постараюсь.

Я осторожно вынул его из кармана и направил на зал, стараясь захватить как можно больше зрительного пространства.

— Порядок, — констатировало Зеркало. — Ничего опасного.

Подросток-официант принёс заказ новому посетителю. И в тот же момент я, по его примеру, поднял руку и тоже прищёлкнул пальцами. Через минуту парень стоял возле меня и услужливо записывал. Меню в таверне оказалось довольно скудным, но я честно заплатил четверть реала за ужин, состоящий из солидного куска мяса в соусе, хлеба, сыра и кружки… воды. Поскольку поостерёгся пробовать местное вино, памятуя о названии заведения.

Я с аппетитом накинулся на еду и не обращал внимания на то, что творится в зале. А зря. В какой-то момент я взглянул на незнакомца в плаще, и мне показалось, что он смотрит на меня, из-под капюшона. Молодые рабочие расплатились и ушли. Однако вскоре в таверну начал прибывать народ. Я ещё раз взглянул на загадочного посетителя — он смачно хлебал суп из миски и на меня не смотрел.

Почудилось. Неужели я стал бояться даже собственной тени, настолько, что и в ней мне мерещился соглядатай герцога?