Чтение онлайн

Как бы не настораживали меня эти слова, я впервые обрадовался услышав их. А ещё… Было что-то такое, что меня смущало. Я отчаянно хотел свежей крови, до слюны скопившейся во рту при мысли об этом. А в голове возникали кровавые сцены жертвоприношений…

Я часто-часто задышал, мучимый непривычными ощущениями. Потом вдруг взмахнул крыльями и полетел, как заправский летучий мышь… Я ведь когда-то был собакой и очень даже неплохой. Так что там рассказывало Зеркало о превращениях? Частично перенимаешь свойства того, в кого превращён? И почему я тогда в пабе этого не понял? Я немного перенял характер Даффи и поэтому меня так легко споили. Хорошо ещё что интеллект, мысли и воспоминания оставались моими. Но теперь надо держать ухо востро, а рот на замке. Придётся жёстче себя контролировать, а то, кто его знает…

Так я перелетел через срезанный храм, долетел до конца развалин, остановился перед холмами и обернулся. Даэдрэ с принцем-баронетом на спине упорно пёр за мной.

Я посмотрел в небо — настоящий багровый купол; тяжело нависший и равномерный. Но какой-то мёртвый. А солнца я не видел. Интересно, чем здесь всё освещается? Я огляделся. Окоёмы тонули в красноватом тумане, как будто за пределами этого места — холмов, замка, развалин ничего больше и не существовало…

«Кролюдь» Даэдрэ наконец догнал меня пыхтя и скрежеща, и я снова полетел. На этот раз я приземлился перед широкой лестницей, начинающейся от подножия холма и полого взбирающейся к самой его вершине, где невнятной громадой вставал тёмный замок. Мне незачем было идти пешком, я подождал Даэдрэ с его ношей, взлетел и достиг ворот, неожиданно оскалившихся на меня внушительной звериной пастью. «Значит, в пасть к зверю, — подумал я, — и отнюдь не фигурально».

Замок действительно казался зверем — с острыми шипами и когтистыми лапами, с застывшими в немой свирепости глазами-окнами и чешуйчатыми боками стен. Чьё же воображение способно сотворить такое?

Помедлив, я вошёл, ведь «кроколюдь» уже наступал на пятки. Хоть он и тупой, по всей видимости, но выдавать ему свою неуверенность мне не хотелось. Миновав узкий каменный «пищевод», окольцованный круглыми распорками, я оказался внутри чудовищного брюха, сверкающего мрачным великолепием. Всё, — и полы, и стены, и даже перила многочисленных балконов и лестниц окаймляющих зал, были отделаны чёрным хрусталём и кроваво-красными рубинами…

— Принц?!

Я невольно вздрогнул и обернулся. И увидел увеличенную, более мускулистую и, вероятно, более зрелую копию нынешнего меня, тоже с красными глазами и нетопыринными крыльями. По всей видимости, в этом месте главенствовали два цвета — чёрный и красный. А, нет, ещё тёмно-синий. Я вспомнил синюшные развалины.

— Ты нашёл седьмого, сын мой?! — вопрос неприятно резанул по ушам.

Отвечать не пришлось. Вскоре вслед за мной ввалился пыхтящий «кроколюдь» Даэдрэ, протопал к нам и, бросив к нашим ногам бесчувственное тело мнимого баронета, упал перед нами на четвереньки, склонив крокодилью голову.

— О Король демонов, о величие Даэдрэнекона! — прогудел он. — Вот седьмая жертва.

Хм, стало быть — это и есть король…

Демон воздел руки и объявил так громко, что от стен отпрыгнуло гулкое эхо:

— Час пробил! Время пришло воздать богу Даэдрэнекона! И врата откроются, как только кровь семи жертв прольётся на священный алтарь! Он опустил руки и обратился ко мне:

— Ты славно поработал, сын мой, и тебе дозволяется вкусить крови вторым, после бога Даэдрэнекона. Я застыл, не зная что ответить, а Король явно чего-то ждал от меня.

— Кланяйся, дурень, — прошипело Зеркало.

Я спохватился и поклонился, а Зеркало провещало заунывным голосом Принца Ночи:

— О повелитель Некедемерии! Смиренно возвращаю это право тебе — отцу моему и королю. А я буду третьим, если соблаговолите.

Я с опаской поднял глаза и увидел благосклонную улыбку на лице Короля симпатично оправленную в клыки. Затем, демон обратил свою клыкастую благосклонность на ползающего по полу «кроколюда».

— Встань, Даэдрэ! Приказываю тебе!

Тот мгновенно подскочил с ловкостью удивительной для такого пыхтящего существа. И застыл в почтительной позе.

— Ты примитивен, — снисходительно продолжал король демонов. — Но боги Даэдэнекона любят тебя и расположены к тебе более чем к нам — разумным. Они выбрали тебя посредником. Так будь им сегодня! Вот тебе высочайшая награда за твою помощь и преданность Принцу Даэдрэнекона. Я дарую тебе седьмого. Самую важную жертву.

«Кроколюдь» почтительно дёрнулся вперёд и припал к ногам повелителя, лобзая их. Демон несколько минут терпел, а потом отступил и велел:

— Отправляйся и готовь алтарь!

И Даэдрэ с непроницаемым выражением крокодильей морды подхватил «седьмую жертву» и направился куда-то вглубь помещения.

— Подождём же твоих брата и сестру — Принца Мрака и Принцессу Сумерек, чтобы совершить воздаяние, как и положено. Они прибудут к назначенному времени, — проговорил король обращаясь ко мне.

Я чуть было не спросил: «а когда наступит это назначенное время?», но вовремя прикусил свой новый раздвоенный язык. Интересно? У меня получится теперь говорить? Я же ещё не пробовал… Или лучше и не пробовать…

— У меня для тебя сюрприз, сын мой, — король приблизился и по отечески обнял меня. — Ты откроешь ворота, а не твой брат. Ведь ты нашёл седьмую жертву. Идём, я представлю тебя главному богу Даэдрэнекона.

И он повёл меня следом за «кроколюдом», в конец «брюха». В том конце что-то темнело и надвигалось. И вскоре я увидел алтарь. Громадный каменный стол с фигурными подпорками в виде звериных ног, увенчанный статуей ещё одного чудовища. При виде его я ощутил холодок в груди и мне ещё больше захотелось крови… Тьфу!

Чудище обхватывало стол четырьмя когтистыми лапами. Голова у него была как у «кроколюда», мускулистое тело, — как у демона; шесть волнообразных хвостов поднимались и нависали над алтарём, и каждый заканчивался человеческой головой, а дополняли картину крылья с изогнутыми шипами.

Даэдрэ взгромоздил принесённое тело на стол ногами к центру, прижав голову, руки и туловище жертвы металлическими тисками. А король тем временем вводил меня в курс дела:

— Здесь Даэдрэнекон-единый — в истинном обличие, сочетающий в себе три ипостаси. И нам он является в разных видах. И часть своего облика он даровал нам. Нижайший — даэдрэ, величайший — нам демонам-некедам и промежуточный — людям-жертвам. Я с тоской посмотрел на мнимого баронета.