Чтение онлайн

— Не можешь — уходи, — пожала плечами Евлампия.

— Куда? — испугалась Сашенька.

— На кудыкину гору. Тут уж или — или, третьего не бывает.

Сашенька закурила и задумчиво посмотрела на Евлампию.

— Я подумаю, — медленно проговорила она.

Голова кружилась от шампанского, а от всеобщего внимания и восхищения Динка была как на крыльях. От избытка чувств она покружилась по коридору гостиницы, проделала несколько пируэтов и залилась счастливым смехом.

Теперь ей уже ничего не страшно! Она уже пережила столько ужасных мгновений, когда прощалась с жизнью, что теперь все остальное — семечки! Тьфу, трын-трава!

После удачного трюка с «бомбой» у Динки словно гора с плеч свалилась. Она больше никому ничего не должна! Ей больше нечего скрывать и не от кого прятаться! Какое счастье чувствовать, что тебе ничто и никто не угрожает! Что-то Динка за последнее время отвыкла от состояния безопасности и безмятежности.

От какого-то чиновника мэрии, увязавшегося провожать их до гостиницы, Динка отделалась еще в холле. Да и с чиновником этим она танцевала и кокетничала только потому, что Костя слишком уж увлекся местными дамами. Вообще-то, конечно, скорее они им увлеклись, но он и не сопротивлялся и оказывал ответные знаки внимания.

Динка сама не могла объяснить себе, почему это так ее задевает. Но именно поведение нового командира оказалось капелькой дегтя в ее лучезарном настроении.

И потому все, что делала Динка, было немного чересчур. Чересчур громко она смеялась, чересчур вызывающе улыбалась, а сама косила глазом в сторону Кости, видит ли, каким успехом она пользуется?

Костя догнал их с Танькой в коридоре, насмешливо спросил:

— Ты еще не наплясалась?

— Ах нет! — закатила глаза Динка.

— Пойдем вниз, — неожиданно предложил он. — Там в баре ансамбль играет.

Динка посмотрела на Таньку, та сразу же отказалась:

— Без меня, я что-то устала.

Динка даже не стала лицемерить и уговаривать подругу, а просто повернулась к Косте и с готовностью взяла его под руку. Только не удержалась и язвительно поинтересовалась:

— А куда же ты своих дам подевал? Я думала, ты целый гарем заведешь.

— В принципе я за моногамию, — усмехнулся Костя.

— Это заметно! — фыркнула Динка.

…Ой, зачем только она согласилась выпить еще и в баре?! Не надо было мешать шампанское с виски и запивать все это трехлетним бордо.

Динка просто не чувствовала ног. Зато они показали этим французам класс! Все смотрели на них с Костей, а особенно на Динку. Ее чрезмерное веселье и смелые пляски вызывали одобрительные улыбки.

Маленький ансамбль: гитарист, клавишник и ударник — даже исполнил в их честь «Подмосковные вечера» и «Калинку».

На «Калинке» Динка была особенно в ударе. Она порхала по паркету, трясла плечами, откидывала голову, хлопала ладошками по пяткам и периодически сбивалась на украинский гопак.

Ой, мамочки! Она еще и юбку вверх поддергивала, пытаясь исполнить канкан…

И почему у нее такая хорошая память?! Другие куролесят невесть как, а потом не терзаются угрызениями совести, благодаря своему беспамятству. А она всегда все помнит в деталях, даже то, что лучше бы поскорее забыть…

Костя поддерживал ее за плечи, и очень правильно, потому что Динку уже «штормило», мотало от стенки к стенке. Сумочка сползла с плеча, и она волочила ее позади, за ремешок. Ноги заплетались…

Слишком усиленно Динка изображала опьянение, слишком резко качалась из стороны в сторону, слишком сильно сжимала пальчиками Костину руку.

Ведь мужественный командир экипажа просто обязан помочь слабой, не рассчитавшей своих силенок женщине. На кого же ей еще опереться?

Рядом с дверью своего номера Костя остановился, осторожно прислонил Динку к стене и полез в карман за ключом.

— Стоять можешь?

— Угу, — глупо улыбнулась Динка и медленно сползла по стеночке.

Он открыл дверь, подхватил ее за плечи, поднял и втащил внутрь.

Динка с готовностью обмякла в его руках, кося одним глазом, куда они передвигаются. Ого! К кровати! Да Костик не промах, не теряется!

Он положил ее на кровать, снял туфельки и закинул ноги на одеяло.

— Ой, как здорово! — пробормотала Динка и блаженно улыбнулась. — У меня в голове все крутится и куда-то плывет…

Костя сел рядом и осторожно склонился к ее лицу. Динка почувствовала на виске его горячее дыхание, а глаза его были так близко, что стали заметны зеленоватые крапинки на коричневой радужке. Взгляд его был серьезным, пронзительным, он просто обжигал кожу.

Динке вдруг стало страшно. Она невольно отодвинулась, вжалась затылком в подушку. Нет, не надо… Если он ее сейчас поцелует, то она не сможет себя контролировать.

Париж — город любви… И ей тоже так хочется любви. Большой, чистой, пламенной… Искренней любви, когда душа нараспашку, когда никаких тайн и недомолвок, когда на целом свете есть только двое: она и он.

И Костя как раз тот, в кого она могла бы влюбиться так, как мечтала. Или уже влюбилась?

Его губы слегка коснулись виска, скользнули вдоль щеки, замерли напротив ее губ. Динка напряглась и зажмурилась в ожидании поцелуя. В душе ее боролись два противоречивых желания: немедленно убежать… и раствориться в его ласках…

Искушение было слишком велико, и она медлила. Костя тоже оттягивал этот момент, словно давал ей шанс одуматься.

Руки сами собой поднялись, чтобы обвить его шею… Но вместо этого Динка судорожно оттолкнула Костю, вскочила и бросилась к двери.

Нельзя его любить. Он не сможет отнестись к ней серьезно. Он все о ней знает, о ее похождениях, о ее романе с Антоном, о загулах в гостиницах, о многочисленных ухажерах. Он считает ее легкомысленной шлюшкой, недаром же вот так сразу привел к себе в номер и уложил на кровать. Думает, что раз она пьяна, то ей уже все равно, с кем быть, думает, что она вообще неразборчива в контактах и озабочена только одним…