Чтение онлайн

– Раздай их ты, пожалуйста, – прошу я его.

Он радостно кивает, берет сверток и слегка покачивает его в руке, как будто пробуя на вес. Плавает-Быстро открывает упаковку, прочный пластиковый пакет, и пересчитывает ножи. Это не составляет для него труда, замечаю я. Значит, субмарины умеют обращаться с числами. Кое-кому на суше будет интересно об этом узнать.

Их десять штук, и это лучшие ножи для подводного плавания, какие только можно купить за деньги. Я не смогла бы позволить себе и одного такого, но миссис Бреншоу купила их и отдала мне от имени «Друзей глубин», а для них деньги не имеют значения. Плавает-Быстро смотрит на соплеменников и уверенной рукой раздает подарки. Его решения ни разу не подвергаются сомнению – до тех пор пока он не пытается отдать последний нож крепкой поджарой девушке. Тут руку поднимает пожилая женщина с пушистыми седыми волосами и левым глазом, затянутым серебристой пеленой. Она делает пару быстрых жестов, после чего нож отходит худосочному мужчине, который всё это время тихо держался позади всех. Он явно впечатлен своим новым имуществом и смущенно кивает мне.

Я толкаю локтем Всегда-Смеется, мою новую подругу, указываю на старуху и спрашиваю едва заметными жестами:

– Кто это?

– Белый-Глаз, – так же украдкой отвечает она мне. – Мы ее слушаемся.

Выходит, это и правда старейшина племени. Буду знать.

К моему удивлению, пластиковый пакет, в котором лежали ножи, тоже обретает нового хозяина. Он достается мужчине с лысиной. Я наблюдаю, как он складывает его так и сяк, проверяет материал на прочность. Похоже, он очень доволен.

Теперь приходит очередь разноцветных бусин. Стоит мне достать пакетик, как всеобщий ажиотаж начинает бить через край. Я хочу поручить Всегда-Смеется раздать бусины так, чтобы было по-честному, но она со смехом отказывается: в конце концов, это же мои бусины!

И что же мне теперь делать? Раздавать бусины мне неловко, поэтому я просто протягиваю всю упаковку не спускающим с нее жадных взглядов девочкам и женщинам. Пусть они сами возьмут то, что им по вкусу. Но они не понимают, чего я хочу, и лишь показывают жестами.

– Раздавать! Раздавать!

Пройдет пара дней, и я пойму, как это устроено у субмаринов. Если кто-то, скажем, поймал рыбу, он всегда делится ею с остальными. Но это всё равно его рыба, его имущество, а значит, только он вправе решать, как с ней быть. Другие правила действуют только для металлических предметов – вещей из надводного мира, которые необходимы для выживания племени.

Ну хорошо. Я достаю первую бусину – из зеленого стекла, с толстым колечком и множеством граней – и вкладываю ее в ближайшую протянутую ко мне руку. Следующая бусина, красного цвета, отправляется к другой женщине. И так далее. Только Всегда-Смеется качает головой, когда я предлагаю бусину ей. Я замечаю, что наибольшим спросом пользуются синие и сиреневые бусины, а красные скорее считаются утешительными призами. И всё же мои подарки охотно разбирают, а пластиковый пакетик и на этот раз находит счастливого владельца. Девушки сразу же начинают вплетать бусины в волосы, хотя там и без них полно всяких украшений: всевозможные ракушки, стекляшки, а кое-где еще и колечки от алюминиевых банок.

После этого мне, редкой гостье из земель, которые они себе даже и представить не могут, приносят угощение – кусочки водорослей, рыбы и прочие лакомства. Иногда я даже не могу предположить, что я кладу в рот, но всё очень вкусное. Ну, почти всё: содержимое маленькой конусообразной ракушки, которую мне впихивают под конец, когда я уже неоднократно заявила, что сыта, жуется с большим трудом. Хотя так, наверное, и должно быть: это что-то вроде жвачки, средство для чистки зубов.

Пока все вокруг меня жуют, приходит время отвечать на вопросы.

Субмарины невероятно любопытны, они расспрашивают меня о самых неожиданных вещах.

– Правда ли, что в воздухе нельзя плавать, – интересуется одна девочка.

– Да, – отвечаю я, на что она удивляется:

– А как же тогда перемещаются воздушные люди?

– Они ходят, – объясняю я, и пальцы моей правой руки маршируют по тыльной стороне левой ладони – субмаринам это кажется невероятно смешным.

Дети начинают бегать по морскому дну, что, конечно, выглядит куда более странно, чем если бы они делали это на суше, и хохочут от всей души.

Но не всем так смешно. Кое-кто из взрослых не смеется. Например, Плавает-Быстро.

Потом мне приходится объяснять, где живут люди воздуха (в пещерах, которые сами себе строят), что они едят (это сложно, потому что знаки, обозначающие овощи и фрукты, большинству субмаринов ничего не говорят) и что это за темные штуки, которые то и дело с шумом проплывают по небу… По небу? Мне требуется некоторое время, чтобы сообразить, что они имеют в виду: поверхность воды! И я пытаюсь объяснить, что такое корабли. С ума сойти, думаю я при этом. У меня школьные каникулы, и чем я занимаюсь? Играю в учительницу!

Но я прилежно отвечаю. И мне нравится, с каким любопытством они смотрят на меня и с каким воодушевлением реагируют на всё, что я рассказываю. Еще никогда в жизни мне не случалось так долго «говорить» руками.

Я всё еще отвечаю на вопросы, когда наступает ночь и темнота прячет мои жесты. Время ложиться спать. Всегда-Смеется берет меня под руку и тянет за собой. Меня ждет еще один сюрприз: женщины и дети устраиваются спать все вместе, в самой глубокой точке лагеря. С одной стороны их защищает большая скала, а с другой – мужчины, которые ложатся полукругом к нам спиной. Они располагаются на некотором расстоянии, копья и ножи держат под рукой.

И вот, прежде чем я успеваю понять, что происходит, я уже лежу среди других субмаринов: голова на бедре девочки примерно моего возраста, за спиной огромный живот Всегда-Смеется, а с боков ко мне притерлись двое детей. Мне становится не по себе. Я к такому не привыкла! Я ведь уже давно не младенец и всегда сплю одна, в собственной постели, под теплым одеялом. Мне хочется вырваться на свободу и лечь отдельно от всех, но я сдерживаю себя.

Что-то есть в том, чтобы лежать здесь вместе со всеми. Женщины и девочки продолжают ворочаться в поисках позы поудобнее и при этом издают тихие булькающие звуки… Я, конечно, не сомкну глаз, но ощущения всё равно приятные. Не могу представить себе более милого способа показать кому-то, что ему рады.

Становится всё темнее, и наше лежбище постепенно затихает. Я прислушиваюсь к сердцебиению девочки, на бедре у которой лежит моя голова, смотрю во всеобъемлющую тьму и жду, что ночь будет длинной.

Следующее, что я вижу, – множество голых тел, которые мельтешат вокруг меня. Уже рассвело, и какое-то время я не могу взять в толк, где нахожусь и что происходит. Но память возвращается ко мне, и я понимаю, что всё-таки уснула.

Передо мной возникает улыбающееся круглое лицо. Это Всегда-Смеется, которая хочет быть моей лучшей подругой.