Чтение онлайн

Тайсинга… Она была единственной тива, которая любила этого мужчину и не хотела жить в их клане. Если Кайони удастся соединить их, это решило бы множество вопросов. Если не удастся, Тайсинга еще больше возненавидит ее. Наверное, эту женщину нельзя винить за отвращение к охоте, которая, кстати, ей неплохо удавалась, и страх перед опытными воинами. Вероятно, вины Тайсинги не было в том, что иногда она вела себя как женщина.

Кайони пошла в свой вигвам, чтобы погрузиться в целительный сон. Он снизошел на молодую охотницу, давая ей набраться сил перед охотой утром и несением дозора вечером.

В этот вечер луна взошла рано. Она низко повисла в еще бледно-голубом небе. Наблюдая ее из укрытия, Кайони подсчитывала дни, оставшиеся до сезона охоты на бизонов. Двадцать один или чуть меньше. Это будет долгое и медленное путешествие. Охота начнется, когда они достигнут Колыбели Грома. Наверное, все племена будут заняты одним и тем же, а у воронов и Ночного Странника не будет времени, чтобы…

Глаза Кайони расширились от удивления, когда она увидела Осторожного Волка, который ехал прямо на нее, явно направляясь к лагерю ханьюива. Чейенн прямо сидел на своей лошади, словно чувствовал, что на него смотрят. Но даже если это и было так, он продолжал спокойно продвигаться вперед. Она знала, что Осторожный Волк не безрассуден, а просто уверен в своих силах.

Через широкий вырез рубашки виднелась его мускулистая бронзовая грудь. Его длинные золотисто-каштановые волосы были у висков заплетены в две тоненькие косички, соединявшиеся на затылке. В том месте, где они были соединены, их украшали два орлиных пера, которые развевались на ветру. Мешочек с амулетами висел у него на груди поверх рубашки, украшенной множеством клочков волос, что свидетельствовало о его подвигах, совершенных для племени, или невероятном мужестве, проявленном в бою. Красные полоски на его штанах говорили о том, что он принадлежал обществу людей-псов, самому большому и могущественному клану его племени. Нашитые на штаны клочки волос означали, что в прошлом он являлся носителем «собачьей веревки», то есть был одним из двоих или четверых самых мужественных мужчин племени. Чтобы получить такой отличительный знак, надо было последним покинуть поле битвы. Иметь подобные отличительные знаки было не только весьма почетно, но и очень опасно, так как любой враг посчитает весьма ценной добычей завладеть подобными сокровищами. «Придет ли когда-нибудь конец великим делам и подвигам Осторожного Волка? – размышляла Кайони. – Был ли на свете мужчина, который мог сравниться с ним?»

Она продолжала рассматривать чейенна. На его широкой спине покоились лук и колчан. Он ехал на высоком белоснежном жеребце, которого, как она вспомнила, звали Белое Облако. За ним следовала еще одна лошадь, украшения которой, а также нагруженная на нее поклажа свидетельствовали, что она предназначена для перевозки его вещей. Кайони разглядывала четкие и красивые черты его лица. Это был совершенный и прекрасный мужчина, человек, обладающий исключительным могуществом. Когда он приблизился, сердце девушки забилось от восторга.

Но вот он повернулся, и одна вещь насторожила Кайони – он вез свой боевой щит открытым, и рисунок этого щита почти совпадал с узором ее церемониальной маски! В центре щита была нарисована голова черного волка, которую пересекали белые лосиные рога. По углам располагались изображения наконечников стрел, шкуры ласки, орлиных перьев и когтей гризли. Она заметила только несколько различий между их щитами: у нее была шкура горностая, перья ястреба и вместо когтей гризли – копыта оленя. Как странно, подумала Кайони, их талисманы так схожи…

Очнувшись от размышлений и приказав Майе сидеть тихо, Кайони вышла вперед, и Осторожный Волк замер на месте. Он окинул ее внимательным взглядом, опустил оружие и вынул стрелу из лука. Его лошадь остановилась на расстоянии двух вытянутых рук от девушки. При виде его улыбки сердце Кайони забилось еще сильнее, а силы почти оставили се. Почему, забеспокоилась она, он или любой другой мужчина оказывает на нее, тива, такое действие? Как же ей справиться с этими дикими и запретными чувствами? И почему он возбуждает в ней столь противоречивые чувства: счастье и боль, желание прильнуть и оттолкнуть, страх и мужество?

– Хаахе. На-хое-хухтсе, – произнес Осторожный Волк.

Она выслушала слова его приветствия и сообщение о том, что он приехал навестить их племя. Но чувство нереальности происходящего и множество вопросов, которые ей хотелось задать ему, лишили ее дара речи.

Видя, что ханьюива молча смотрит на него, Осторожный Волк сказал:

– Кайони, сын Разящего Камня, я рад видеть тебя, мой друг и напарник. – Так как охотник все еще молчал, он спросил: – Ты помнишь меня, нашу охоту на лося и битву с тремя воронами?

Кайони пришлось вновь очнуться. Она была тронута тем, что он помнил ее имя и ритуальную татуировку. Надеясь, что ее голос не выдаст бушевавшие в ней страсти, она спросила:

– Зачем ты приехал, Осторожный Волк? Ведь приближается время охоты на бизонов, и чейеннам нужно отправляться на пастбища.

– Я должен поговорить с вашим вождем и советом племени. Нашему шаману было видение, что приближается беда. Мой отец и совет нашего племени послали меня выкурить трубку мира с ханьюива и помочь вам справиться с воронами.

Кайони посмотрела ему за спину и спросила:

– Ты приехал один?

– Хии-хее, – кивнул он.

– Ты великий воин и сын великого вождя Чейенны известны как хорошие воины и наездники, но как один человек сможет сдержать натиск воронов, если они налетят на нашу землю?

– Я сражался один в прошлом году и не был побежден. Я не боюсь их, как не боюсь и умереть благородной смертью. Мой путь священен. Во всех делах я ищу поддержки, защиты и одобрения Махео. Пока мой народ будет поклоняться Махео, пророчествам Сладкого Талисмана и хранить Священные Стрелы, мы будем жить и одерживать победы над всеми нашими врагами. Махео послал видение нашему шаману, в котором велел нам спасти ваше племя и объяснил, как это сделать. Меня выбрали как щит и оружие Махео.

– Ты действительно сильный, смелый и умелый, о чем свидетельствует множество твоих амулетов. Но если вороны узнают, что ты здесь, это может подвергнуть наше племя опасности Какая добыча может сравниться с победой над Осторожным Волком? Что еще могут желать воины племени Птицы? Мы племя охотников, а не воинов или разбойников. Мы сражаемся только для того, чтобы защитить наш лагерь. Все знают об этом, и никто нас не трогает.

– Время мира ушло навсегда, Кайони. Ты это знаешь, раз сам стоишь в дозоре. Я буду говорить с вашим вождем и советом племени. Тогда ты сможешь спорить с ними. Я направляюсь в ваш лагерь. Ты поедешь со мной?