Чтение онлайн

Конечно, он и не будет впутывать его. Язона разыскивают; ему не сносить головы, если Минос поймает его.

Туза взял ее за руку и повел в сторону.

— Успокойся, я скажу, что ты должна остаться во дворце по соображениям ритуала. Он ничего не знает о наших обычаях и, несомненно, поверит этому.

— Хорошо бы. Но, пожалуйста, Туза, скажи ему, что завтра я обязательно вернусь, вернусь, как только закончится Танец.

— Как хочешь. Это все?

Ика посмотрела на гавань.

— Скажи ему, что я готова уйти с ним. Сразу же, как вернусь.

Туза мысленно вздохнул. Она глубоко заблуждается, связываясь не с тем, с кем следовало бы. Он поклялся себе убедить ее в этом.

О да, он поговорит с Язоном. Поговорит как следует.

Принимая ванну, Ика наслаждалась окружающей роскошью. Теплая вода, ароматные масла — она чувствовала себя избалованной царевной. Неудивительно, что Дафна с таким трудом переносила лишения, выпадавшие на ее долю.

Облачившись в платье цвета морской волны, она вернулась туда, где ее ожидали Пасифая и Ариадна. Ика улыбнулась, проходя мимо уборной — теперь ее любопытство удовлетворено. Удивительное изобретение, мир по праву считал критян мастерами в искусстве обставлять жизнь различными удобствами.

Все кажется чудесным сном — ее так гостеприимно принимают, словно дочь, вернувшуюся в родной дом после долгих лет отсутствия. Приятно ощущать такую заботу и такое внимание. Пусть недолгое и незаслуженное, но все равно приятно.

— Вот она, — провозгласила Пасифая, подымаясь со скамейки, стоявшей у окна. Царица хлопнула в ладоши, как только Ика вошла в зал. — Оставьте нас наедине. Нам нужно поговорить перед сном.

Все служанки как одна встали и зашелестели богато украшенными платьями. Ика с сожалением смотрела на то, как они уходят. Поговорив о пустяках и пообедав вместе с этими девушками, она почувствовала, что значит быть женщиной. В первый раз в жизни она не жалела, что не родилась мужчиной.

Теперь они ушли, и между Икой и царицей вновь возникла невидимая преграда.

«Нужно поговорить», — сказала Пасифая. Неспроста она потребовала этого. Сейчас Ика узнает причину ее приглашения во дворец. Но вдруг любопытство оставило ее.

Пасифая обернулась к Ариадне с извиняющейся улыбкой.

— И ты, дочь моя, оставь нас. Есть вещи, о которых никто не должен слышать.

Ариадна нахмурилась. Казалось, она нарочно громко зашуршала платьем и топнула ногой. Ика смотрела на изображения дельфинов, украшающие стены, на герань в горшках, но взглянуть на царицу не осмеливалась.

— Ну, дитя, — сказала Пасифая с нежностью и указала на подушку рядом с собой. — Я хочу побольше узнать о тебе.

Ика осторожно шагнула вперед. Непривычно длинная и узкая юбка стесняла ее движения. Подавив улыбку, Пасифая снова указала на место рядом с собой.

— Хорошо еще, что тебе не приходится носить юбки с оборками. У моей младшей дочери Федры есть одна, настолько отягощенная золотыми украшениями, что бедняжка едва держится на ногах.

Ика представила себе это и улыбнулась.

— Так-то лучше. Я уже боялась, что ты потеряла свою улыбку. Ты чем-то взволнована, дитя мое?

— Вы ведь царица.

— Да, царица без царства. — Пасифая вздохнула. — Ну что же, я думаю, настало время поделиться своими секретами.

Ика опустилась на скамейку. Что царица желает знать? О прошлом, о Язоне, о той ужасной встрече с царем в подземных коридорах?

— В тот день я видела тебя, — сказала Пасифая, удивив ее. — Ты танцевала со змеями в священном зале.

— Извините меня, я знаю, что не имела права быть там...

— Напротив, — царица приложила палец к губам Ики, предотвращая дальнейшие извинения, — у тебя были все права. Змеи не позволили бы самозванке уйти оттуда живой. Их прием показал, что на тебе лежит благословение Матери.

Ика ощутила тепло во всем теле. Вот почему ее так приветливо здесь встретили!

— Скажи мне, плясунья, ты когда-нибудь любила?

Вопрос застал ее врасплох. Она собралась с мыслями и ответила, тщательно подбирая каждое слово:

— Любая девушка рано или поздно испытывает подобное чувство.

— Даже царские советники не могли бы так искусно ответить на этот вопрос. Прошу тебя, скажи мне правду. Я имею в виду не временное увлечение. Очень важно, испытала ли ты всепоглощающую страсть.

Вспомнив об объятиях Язона, Ика покраснела.

— Да, — ответила она, решив ничего не скрывать. Трудно было спрятаться от такого пронизывающего взгляда.

— И ты отдалась ему полностью?

Ика кивнула. С нее будто свалился тяжелый груз. Пасифая, казалось, поняла это, и ее нежная улыбка приободрила ее. Ика доверилась ей как матери и рассказала все о Язоне, скрыв, правда, его имя и местонахождение. Она, впрочем, сообщила о планах покинуть остров на следующий день.

— Хорошо, — ответила Пасифая, положив ей на плечо свою хрупкую руку. — Я помогу тебе в этом.

— Но почему? Почему вы помогаете нам?

Пасифая отвернулась и направила взор в окно. Мысли ее тоже устремились куда-то далеко.

— Я тоже знаю, что такое любовь, — произнесла она мечтательно. — Я помню, как в первый раз встретила царя. Такой высокий, светловолосый, непохожий на других мужчин. Он был никем, чужеземным солдатом, доставшимся моему мужу, но я сразу поняла, что наши судьбы сплетены.

Ика тоже вспомнила, как в первый раз увидела Язона.

— Когда старый царь умер, — продолжала царица, — кого еще мне было просить разделить со мною трон. Я не слушала других, не внимала слухам, не обращала внимания на предупреждения жриц. Я думала, что мы любили друг друга.

Пасифая вздохнула.

— Будь осторожна, дитя мое. Такое сильное чувство небезопасно. С тех пор я поняла: женщина относится к своему чувству очень бережно, как к бесценному дару, мужчина же ищет только наслаждения и покорности. Моя любовь поработила меня. Я так боялась потерять любимого, что пошла бы на все, лишь бы удержать его рядом с собой. Я постепенно отдавала сердце, гордость, душу, пока наконец осталась ни с чем. Он покинул меня.