Чтение онлайн

Семенчик часто слышал от матери о деревне Кильдемцы и о купце Иннокентии, в доме которого он родился. Сбежав из типографии, Семенчик вспомнил об Иннокентии и стал расспрашивать, в какую сторону идти, чтобы добраться до села Кильдемцы.

Проплутав всю ночь, Семенчик к утру добрался до Кильдемцев. Пошатываясь от усталости, он вошел во двор купца. Навстречу вышла пожилая женщина с подойником. Пристально вглядываясь в нежданного гостя, она спросила:

— Вам хозяина? Он еще спит.

Семенчик улыбнулся женщине вымученной улыбкой и ответил, что ему не к спеху, он присядет вот здесь на бревне и подождет. Женщина кивнула в знак согласия и пошла в хотон.

Купец появился во дворе не скоро. Увидев молодого человек, дремавшего на бревне, он подошел и кашлянул.

Семенчик открыл глаза. Перед ним стоял седовласый старик с черными густыми усами. Круглые глаза старика смотрели удивленно. Семенчик догадался, что это и есть Иннокентий, встал.

— Здравствуйте, — учтиво поздоровался он.

— Здравствуй, — ответил купец. — Чей будешь, молодец, зачем к нам пожаловал?

— Я ваш крестник. — Улыбка юноши сразу расположила Иннокентия. — Семенчика помните? А мать мою зовут Майей, а отца — Федором.

— Федор… — повторил Иннокентий, вспоминая. — A-а, Федор!.. Ты сын Федора?.. Семенчик!.. Господи, сколько лет с тех пор прошло, дай бог памяти. Старуха, старуха!..

Из дома, опираясь на палку, вышла дряхлая женщина, кожа да кости.

— Харитина, помнишь Семенчика, нашего крестника?

— Отчего же не помню? Помню… — прошамкала старуха, глядя на гостя подслеповатыми глазами.

— Так вот он.

Тусклые глаза старухи ожили. Она поправила на голове старый платок:

— На отца похож, на Федора. Такой же лоб…

Семенчика как дорогого гостя ввели в дом и стали угощать. Расспросам не было конца. Харитина раза два всплакнула, слушая рассказ о мытарствах Майи с Семенчиком после того, как Федора посадили в тюрьму. О том, что был в Красной гвардии, Семенчик умолчал.

— Зря ты мать оставил в Маче, — упрекнул Иннокентий. — Почему не взял с собой?

— Шарапов не отпустил, — солгал Семенчик.

— А она знает, что ты ко мне поехал?

— Я сказал ей, что поеду на родину.

— Не надо было оставлять мать. Так можете потерять друг друга.

Узнав, что Семенчик окончил церковноприходскую школу, Иннокентий обрадовался.

— Да ты грамотный! А мне позарез нужен писарь. Оставайся у меня, если хочешь.

Семенчику некуда было податься: согласился.

Купец тут же принес конторскую книгу в попросил Семенчика разобраться в каракулях, написанных его рукой. Прочитать их было невозможно.

— Вот так и записываю, а назавтра сам не могу ничего понять. Давай пиши все сначала. — Он стал диктовать. — «Старику Марба пять аршин ситца… Стоимость — два безмена масла… Сыну Ньалбарытта пять аршин сукна на шубу — за корову… Жене Чоротто один лист табаку — за фунт масла… Старику Куллурутта десять аршин ситца — за трехгодовалого бычка…»

Семенчик писал под диктовку купца и думал: «Однако, ты живоглот, каких поискать. Дерешь с соседей по три шкуры за табак и ситец».

Купец был доволен конторщиком, но боялся, что тот уйдет от него. Грамотные люди везде нужны.

Однажды к ужину в дом Иннокентия нагрянул вислогубый Федорка. Он был при шашке и нагане, в новом френче.

— Пустите переночевать, если не боитесь! — громко сказал гость и дурашливо засмеялся. — Что, не ждали?

— Не ждали, — ответил Иннокентий, разглядывая Федорку. — Ты никак в большое начальство вышел?

— А что, заметно? — расцвел Федорка. — Служу при тюрьме в самом Якутске. Вся тюрьма забита большевиками. И в Иркутске все тюрьмы полны.

— Не слышно, кто теперь у нас царем будет? — спросил купец.

— Колчак.

— А большевики не вернутся?

Федорка, не ожидая приглашения, сел за стол рядом с Семенчиком.

— С того света никто еще не возвращался. Считай, что всех похоронили.

— Всех ли?

— Кое-кто прячется, но мы всех их разыщем.

— Так уж всех? — засмеялся купец.

— До единого переловим… Чей это парень? — Федорка хищно уставился на Семенчика.

— Это здешний, — ответил купец. — У меня писарем служит.

— A-а… У каторжника Федора тоже вот такой… Говорят, с красными приехал. Найти бы его!.. Этого бы я в тюрьму не повел. Сам бы, своей рукой… Взял бы вот так!.. За глотку!

У Иннокентия дрогнула бровь, глаза на мгновенье скосились на Семенчика, который сидел ни жив ни мертв.

— Чем-нибудь провинился сын Федора? — равнодушным голосом спросил купец, не подавая вида.

— Помог красным ограбить Шарапова и утек с ними в Якутск. Я письмо получил. Ну, если поймаю гада!.. И мертвому горло перегрызу!.. От меня не уйдет!.. В Якутской тюрьме нет его. Где-то еще гуляет.

Разошедшийся Федорка не обращал внимания на Семенчика, который сидел тут же без кровники на лице. Иннокентий бросал на своего конторщика косые взгляды, и будь Федорка понаблюдательнее, он бы понял, что тут что-то неладно. К счастью, Федорка ничего не заметил, а купец промолчал.

Вислогубому Федорке постелили в комнате, где спал Семенчик.

— А ты ляжешь в сенях, — не глядя на конторщика, сказал купец.

Иннокентий долго не ложился, бродил по дому, несколько раз ходил во двор, наконец угомонился.