Судьба
Шрифт:
– Как я рад, что мне ничего не известно о таком понятии. – Взгляд Марка стал жестким. – Это не твоя планета, ты ничего не сможешь здесь поделать.
– Нет, но… Конечно, нет. Но.
– Постарайся хотя бы не разрушать все подряд на своем пути. Мне тут еще работать.
– Ты уже сказал. – Майлз задумался. – Значит, продление жизни? Надеюсь, на сей раз все серьезнее, чем две последние разработки Дюрона, которые привели тебя в такой восторг? Который, в свою очередь, прости за каламбур, скончался на операционном столе?
– Надеюсь. Испытания на человеке пока прошли успешно. Лилия Дюрона испытывала сама, если стесняешься спросить.
Теперь настал черед удивляться Майлзу.
– Что ж, если Лилия решила испытать на себе, то, считай, я потрясен.
Улыбка Марка слегка поблекла.
– У Лилии больше нет времени ждать.
Майлз побарабанил пальцами по шву на брюках.
– Раз уж речь зашла о тех, у кого нет времени ждать. А не попробовать ли испытать препарат на одном пожилом мужчине?..
Майлз и Марк обменялись такими похожими взглядами…
– Думаешь, его можно уговорить?
– Гм… Я-то точно не смогу. А вот мать могла бы и попробовать. Бетанка… Сам знаешь, что угодно во имя науки.
– Это еще один повод для меня поскорее приступить к испытаниям на человеке.
– Может, тебе удастся убедить его тем, что это рискованно. Может, знаешь ли, включатся старые рефлексы фора – служение империи и все такое прочее.
– Это уж что-то совсем странное.
Майлз пожал плечами:
– Это наш отец, граф Форкосиган. – И добавил: – А что дальше? Если провернешь свою сделку, наверное, вы с Карин будете проводить много времени на Кибо?
Марк покачал головой.
– Как только все наладится и заработает, оставлю все на попечение Ворону. В прошлый раз он получил повышение. Пока наш метод – не серьезная конкуренция пересадке мозга клону, как я, признаюсь, надеялся. Однако мы только в начале пути. – И Марк осторожно улыбнулся. – С другой стороны, если дело окажется прибыльным, я, пожалуй, соберу собственную армию космических наемников и ударю по джексонианским производителям клонов.
Майлз поморщился:
– А помнишь, что случилось, когда ты в последний раз пробовал это сделать?
– Отлично помню! А ты?
– Смутно, – сухо ответил Майлз.
Теперь поморщился Марк:
– Если уж все-таки надумаешь затеять нечто подобное, имей в виду: адмирал Куинн, несомненно, с работой справится, но я рекомендую тебе подыскать другое подразделение.
Он сказал так, на всякий случай. Марк редко шутил на эту тему.
– Что собираешься делать дальше? В каком отеле вы остановились?
– Мы приехали сюда сразу из космопорта. И уже назначили встречу с Фувой.
– Разве они здесь работают в такой час?
Марк пожал плечами:
– У меня свой график.
– Можно поприсутствовать?
– Поприсутствовать – да, повстревать – нет.
– Гм… – начал было Майлз. Тут вернулись Джин, Роик и Карин, и ему не удалось выпросить для себя исключительных условий. Джин бежал вприпрыжку от радости, однако приостановился и привычно-изумленно уставился на стоящих нос к носу Майлза и его брата-клона. Майлз в очередной раз погоревал о том, что Марк додумался стать не похожим на брата именно таким способом – набрав вес. Однако недовольство брата-прародителя оказалось лишь к вящей радости Марка. Непростой он человек, Марк…
– Хочу показать моего сфинкса маме и Мине! – радовался Джин.
– Смотри, не вздумай втащить это существо в ее палату! – встревожился Ворон.
– Да знаю я! – ответил Джин. – Я ведь могу показать ее через стекло. А можно Роик-сан принесет мои вещи?
Роик заглянул в пустую каморку, едва уловимо и выразительно покачал головой – все-таки телохранитель на службе! Форлинкин уловил этот взгляд и добродушно предложил:
– Я помогу тебе, Джин.
Ворон счел благоразумным пока исчезнуть с глаз Майлза.
– Я тогда тоже пойду.
– Вообще-то, я тоже с вами. Надо поговорить с Либером.
Тут вернулся Тенбери, чтобы продолжить прерванный осмотр. Марк едва заметно шевельнул бровью, Карин улыбнулась на прощание, и все трое отправились к выходу. Майлз шел за Форлинкином, тот – следом за Джином нес клетку сфинкса. Затхлые тени подземной парковки оглашались воплями: «Во-о-он! До-о-ом!»
Правильно. Вон отсюда. Домой. Ты да я, сфинкс, мы оба.
Мама отреагировала на сфинкса к Джиновой досаде, но не к удивлению. Отношение было знакомым, а потому успокаивало.
– Джин, только не это! – Она прикрыла рот ладонью. – Где ты будешь его держать?
Нефертити принялась сердито вертеться, зажатая под локтем Джина, когда он попытался взгромоздить ее себе на бедро, чтобы мама могла разглядеть. Бедняга даже крыльями захлопала, однако Джина, тренированного общением с куда более резвым Вихрем, это ничуть не смутило.
– Я с ней прекрасно справлюсь! Разве с остальными я не справляюсь? А с ней – целая книжка с инструкцией, так что ничего такого и случиться не может.
Мама, сидя на койке за стеклом, потерла лоб ладонью.
– Сейчас дело совсем не в этом, милый мой Джин.
Мина, которая провела весь день, зарывшись в изножье кровати, привстала, с интересом разглядывая сфинкса.
– Какая же она огромадная! Больше, чем Лаки и Вихрь вместе. И даже вроде выглядит, как Лаки и Вихрь вместе. Мамочка, мамочка, ну пусть она будет наша!
Девочка змейкой скользнула с кровати и вылетела из палаты, подгоняемая дуновением давления из входного клапана.