Чтение онлайн

— Сохрани Мокошь и Норны меня грешного!

Последние слова слетели машинально с его губ, и фон Гейер совсем потух.

— Ты… донесёшь?

— Обязан. Но — выкладывай начистоту.

— Папенька наследил. Он когда сюда перебрался, с мамашей моей поцапался. А у неё матушка была, он голографии показывал, красавицей необыкновенной. Вот и получилось… Она у него за хозяйку в доме вообще была, и дочку, это вот, он тоже всегда родной считал… Образование дал, насколько возможно. И мне завещал перед смертью позаботиться о сестре, о Саре. Представляешь?!

Его голос взлетел к небу и вновь потух… Отто понимал друга. Нет ничего позорнее для полноправного гражданина арийского происхождения иметь таких вот родственничков… Поэтому и держится барон за это место зубами, что не дай Боги — вскроется, тогда конец всему: и карьере, и судьбе, и будущему… Он вздохнул:

— Ладно. Можешь утешиться. Не трогал я её. Ни пальцем, ни чем другим. Можешь проверить. Подтвердит. А вообще то я хотел её ЗДЕСЬ оставить. Ни к чему она мне там…

Фон Гейер схватил его за рукав:

— Отто! Я тебя ПРОШУ — не делай этого! Для неё это единственный шанс выйти отсюда, а мне — избавиться от позора.

— Так пристрелили бы её, и дело с концом.

— Не могу. Сестра, всё таки…

— Хорошо. Буду уходить обратно — заберу. По дружбе. Обещаю. А сейчас — извини. Не останусь. Мне домой надо, да ещё тут дело нарисовалось… Так что — прости друг, мне надо…

Скоростной «Хортен» уходил в небо, словно стрела, а Отто всё смотрел в иллюминатор и видел эту несчастную пару родственников…

…Вечером в поместье Шраммов было пиршество. Ломились от яств столы, напитки лились рекой — семья, впервые за долгое время собравшись полностью, праздновала возвращение блудного сына. Присутствовала младшая сестра, уже успевшая выскочить замуж и с гордостью демонстрировавшая небольшой животик, в котором росла новая жизнь. Был двоюродный брат Михаэль, прилетевший ради такого случая с Венеры, где полным ходом шло терраформирование. Он заведовал атмосферными ионными станциями. Старшая сестра Бригитта примчалась из Африки вместе с мужем-фермером. Загоревшая, жилистая, со всем своим выводком из пяти крепких пухлощёких парнишек. Присутствовали и многие другие, племянники и сводные родственники, хорошие знакомые и просто друзья, соседи, словом, народу хватало. Не сговариваясь, никто не приставал к Отто с брачными предложениями, и даже девушки-невесты открыв рты и собравшись на заднем плане тихонько смотрели на героя первопроходца, сражающегося с жуткими иверами на другой планете. С теми самыми монстрами в человеческом обличье, которые пьют арийскую кровь, умерщвляют миллионы настоящих людей, используют младенцев для мазей и притираний, чтобы скрыть свою чудовищную сущность… Наверное молодой бригаденфюрер казался им сказочным викингом из легенд, сражающийся с Кощеями Бессмертными, Гренделями, и прочей нечистью, созданной злыми иверскими Богами на погибель человечеству…

Наконец все стали расходиться по гостевым комнатам, которых в громадном доме хватало, и Отто, оделив всех привезёнными оттуда сувенирами, попал в свою комнату. Здесь он родился, рос и жил до того момента, пока не пошёл на службу. Эти стены видели его слёзы, скрываемые от всех, когда нестерпимая боль выжимала их из глаз. Видели первый поцелуй с соседской девочкой, когда им было по семь лет… Она погибла, нелепо, случайно. Несчастный случай. Отто долго горевал по Виктории… Видел и и первую сигарету, первый глоток спиртного… Да мало ли видят такие стены? Их достоинство в том, что они, в отличие от людей, умеют молчать… Парню не спалось. Перед глазами стояли попеременно то барон со своей сестрой, то та самая монахиня… Чем же она могла запасть ему? Не сказать, что красивая, он встречал там женщин намного красивее её. Не сказать, что у неё отличная фигура, впрочем, как раз этого он не знал, поскольку чёрное одеяние скрывало её. Не знал даже, какого цвета волосы… Ничего не знал. Но надеялся узнать. И очень скоро…

Отведённая им самим себе неделя пролетела быстро. Пляжи, встречи, культурная программа, визиты — словом, через неделю, удачно избегнув брачных уз Отто Макс Шрамм, бригаденфюрер, возвратился на Землю-2, в столицу Россиянии Москву. И рядом с ним, как уже вошло в привычку, держалось СУЩЕСТВО. Отто всегда держал слово данное и другу, и врагу, правда, если тот не был ивером…

Он перешагнул через порог своей квартиры и осмотрелся — всё оставалось на первый взгляд по прежнему. Сосредоточился — нет, чуть его не подвело. Что-то не так… Вытащил из кармана коммуникатор, нажал на кнопку, якобы собираясь звонить. Практически мгновенно милличастотное излучение выжгло все p-n-переходы во всей электронике, установленной спецслужбами в его отсутствие. И только затем он связался со своими, вызвав бригаду «чистильщиков»… Те тщательно обследовали квартиру, демонтировав не представляющие уже опасности агрегаты, смыв со стен проводку, нанесённую прозрачным матовым лаком, практически незаметным. На стекла, с которых можно было считать информацию лазером, наклеили специальную плёнку, пообещав вскоре вообще их заменить. И только тогда Отто смог расслабиться. Всё таки, даже здесь, на вражеской территории это место было его домом. Позвонив по внутренней связи в магазин, расположенный на нижнем ярусе, заказал продукты, бросил привезённые с собой вещи в шкаф. Через несколько минут позвонили — прибыл заказ. И он с удовольствием накинулся на еду…

Утро выдалось солнечное, и он собрался было прокатиться до знаменитого танкового музея в Подмосковье, крупнейшего в этом мире, но тут раздался звонок:

— Отто?

— Привет, Магда! Рад тебя слышать! Какие то проблемы?

— У тебя, дорогой.

— Шутишь?

— Нисколько. Когда ты сможешь появиться у нас?

Короткий взгляд на часы, затем:

— Через час.

— А быстрее?

— Должен же я, в конце концов, хотя бы побриться?

— Ладно. Тогда, получается, в девять тридцать?

— Яволь…

Торопливо поднялся. Прошагал в ванную, стал бриться. Быстро намазал щёки кремом, потом смыл волосы в раковину и вытер лицо, почистил зубы, взглянул в зеркало — ничего, нормально. Вышел в гостиную, в этот момент из своей комнатушки выглянуло существо, вопросительно посмотрело на него.

— Поедешь со мной на студию, или останешься дома?

— Как прикажете, господин…

— Тогда… оставайся. Там Магда.

— Спасибо, господин!

Оно просияло и спряталось у себя. Неожиданно Отто поймал себя на мысли, что его отношение к существу, после того, как узнал тайну фон Гейера, немного изменилось. И это ему не понравилось. Впрочем, быстро успокоил совесть тем, что в жилах существа есть всё таки толика арийской крови… Двигатель сыто заурчал, и его спортивный «МРБ» просто впрыгнул в плотный, несмотря на лето, поток машин. Он мчался на телестудию. Интересно, что могло там произойти такое, что требовало его присутствия?

Оставив машину на стоянке на именном месте, он взлетел по лестнице студии в свой кабинет. Кивнул в знак приветствия Ингрид, сидящей на секретарском месте, та, в ответ, слегка ехидно улыбнулась. Недобрый знак, подумал парень, открывая дверь кабинета. При виде входящего Шрамма Захарова приподняла свободную руку, продолжая говорить с кем то по телефону. Отто скромненько пристроился на край стола.

— Брысь!

Она шутливо смахнула парня рукой и быстренько свернула разговор с невидимым собеседником.

— А, явился, наконец, отпускник?

Приподнялась, чмокнула в щёчку. Такие фамильярности они могли себе позволить между старыми друзьями. Наконец ритуал был завершён, и наслаждаясь кофе, она между прочим, спросила:

— Давай, рассказывай, чем ты монахинь подкупил?

— Монахинь?!

Удивление на его лице было слишком наигранным, чтобы ему можно было поверить…

— Давай-давай, рассказывай! Мало тебе обычных девчонок, он ещё матушку ключницу искушать решил, у, змей!

— Да не было ничего, Одином клянусь! Так, немного запчастей к их машине подарил, и всё! А больше — ни-ни! Я что, сумасшедший?