Судья
Шрифт:
Другая часть ее сознания с убийственной четкостью осознавала, что связка ключей от всех комнат лежит на трюмо, возле которого стоит Никто, нюхая ее парфюмы.
Палыч два раза обрушился на дверь плечом, толкая снизу вверх и вперед. Дверь выдержала.
Он остановился, тяжело дыша.
Никто, обвонявшись женскими духами, подошел к Палычу.
— Э, понюхай, вкусно? — он сунул под нос Палычу рукав куртки. Тот поморщился.
— Господи, что за мерзость? Где ты нашел эту дрянь?
— Там, на зеркале.
Павел, оглянувшись, увидел связку ключей.
— Иди-ка, принеси мне ключи.
Он сурово взглянул на Инну.
Никто принес ему связку ключей. Павел начал пробовать один за другим. Инна уже не скрывала тревоги. Напряженно следила за тем, как бандит вставляет ключ в замочную скважину. Ее нервы натянулись.
«Как только он откроет дверь, вскочу и вцеплюсь зубами ему в глотку».
Она попыталась подняться. Никто направил на нее ствол пистолета.
— Сидеть, сука.
Инна ответила ему взглядом, полным ненависти.
Палыч вставил в скважину последний ключ. Звук отпираемого замка казался Инне грохотом катящихся с горы валунов. Бандит толкнул дверь, она со скрипом открылась.
Инна, издав отчаянный вопль, вскочила и кинулась на Палыча.
Никто схватил ее за руку, толкнул на стену. Она почувствовала в затылке тепло. Волосы намокли от крови.
В следующий миг кулак врезался в ее левую скулу. Инна осела на пол вдоль стены.
— Подонки, — простонала она. — Сволочи!
Палыч с сочувствием посмотрел на нее. Повернулся к дружку.
— Женщин бить нехорошо.
Никто, кривясь, сплюнул на пол. Бледный «курьер» испуганно смотрел на Инну.
Палыч шагнул в комнату Вероники. Инна дернулась. Никто прижал к ее виску пистолет.
Инна с ужасом слушала, как скрипят половицы под тяжелой поступью бандита. Ее слух обострился.
Вот он подошел к окну. Отогнул занавеску. Выдвинул все три ящика стола, вытряхнул содержимое на пол. Открыл шкаф, начал рыться в детских вещах. Инна прикусила губу. Где Вероника? Спряталась под кроватью? Что этот подонок сделает, когда найдет девочку?
Инна услышала тихий стук, когда Палыч опустился на одно колено. Заглянул под кровать.
Тишина.
Инна, парализованная ужасом, перестала дышать. Никто, нервно сжимая рукоятку направленного ей в лицо пистолета, спросил:
— Палыч, че там?
После секундной заминки — бесстрастный ответ:
— Ничего.
В напряженной тишине Инна шумно выдохнула застрявший в легких воздух. Вероника сумела надежно спрятаться. Но где?
Палыч вышел из комнаты. В глазах — глухая угроза. Он снова опустился перед Инной на корточки. Инна снова почувствовала себя пригвожденной к стене стальным взглядом.
— Ты говорила, в этой комнате жил сын хозяйки.
Инна молчала, глядя в сторону.
— Смотри мне в глаза.
Инна подняла глаза.
Бандит показал ей маленького плюшевого зайца, сжимающего в мохнатых лапках тряпичную морковку.
— Это — его любимая игрушка?
Инна молчала. Она уже не играла по его правилам. Вероника в безопасности — это главное. С ней же пусть делают что хотят.
— Я видел в шкафу платья и белье для маленькой девочки.
Он выжидающе уставился на Инну. Инна, чувствуя злобное торжество, плюнула ему в лицо.
Никто дернулся. Палыч движением руки остановил его.
— Не надо. Мы ее простим. Жить ей осталось недолго.
Он встал, рукавом утер с переносицы плевок.
— Мы убьем ее? — дрожащим голосом спросил Геша.
Палыч пожал плечами.
— Она ни хрена не знает. Материалов в доме нет.
— Можно просто уйти.
— Она видела твое лицо.
Геша, бледнея все больше, тупо уставился на Инну.
— Идиот, — бросил ему Никто, сплевывая. — Говорил, надевай маску.
Палыч жестом укротил его гнев.
— Он не мог надеть маску. Он играл роль.
Палыч посмотрел на юношу тем же безжалостным взглядом, каким смотрел на Инну.
— Ты ее кончишь.
Глаза Геши округлились. Сглотнув, он тихо сказал:
— Я не могу.
— Можешь, — с нажимом сказал Палыч. Положил руку ему на плечо. — И сделаешь.
Геша нервно кивнул.
— Ладно. Как скажешь.
Он заискивающе улыбнулся.
— Нужно, чтобы соседи не услышали, — сказал Никто.
— Да, — кивнул Палыч. — Сделаем это в ванной.
Инну рывком подняли на ноги, запечатали рот ладонью.
Мыча в ладонь, она пыталась вырваться, упиралась ногами. Ее оглушили двумя ударами кулака. Затащили в ванную.
Палыч и Никто согнули Инну над ванной. Геша приставил пистолет к ее виску.
— Давай, — прошептал Палыч.
Палец юноши лег на курок.
В квартиру позвонили.
Трое бандитов застыли.
Инна отчаянно замычала, но из ванной никто не мог ее услышать.
— Спокойно, — сказал Палыч.
Наклонившись, прошептал Инне на ухо:
— Я сейчас уберу руку, а ты обещай не вопить. Учти, на тебя смотрят три ствола. Все поняла?
— М-м, — Инна закивала.
Он убрал руку, и девушка жадно задышала.
— Кто за дверью?
— Не знаю, — выдавила Инна. — Я никого не ждала.
— Что делать? — спросил Никто.
— Пока ничего. Пусть звонит. Подождем, пока уйдет.
Они принялись ждать. Но таинственный гость не уходил. В течение пяти минут он раз за разом вжимал палец в кнопку звонка. При этом каждый раз в прихожей раздавалось идиотское пение птичек, и это было невозможно слушать. Сильно действовало на нервы.