Судья
Шрифт:
Ему пояснили, что все жители поселка от мала до велика заняты ловлей и заготовкой рыбы для трех городов. Часть ловится с многочисленных суденышек (и удочками, и сетями), а на некоторые виды рыб выставляются сети на ночь, которые проверяют по утрам.
— Вначале мы просто считали, что в определенные дни нам не везет, — поведал один мужчина средних лет с обветренным лицом. — Потом кто-то из нас задумался…
Даже старики не помнили, кто предложил на всякий случай установить у подхода к сетям капканы. Сделано это было после того, как в день, когда ожидался огромный улов, сети опять оказались пусты. Выходившие на лодках в море, знали, что целые косяки в этот период мечут икру — и в сетях просто не могло не оказаться ни одной рыбины. Если бы воры брали хотя бы половину улова, рыбаки, возможно, и не догадались бы об их ночных набегах.
Капканы были установлены, и через несколько дней делающие утром обход рыбаки нашли в одном довольно крупную сандалию и увидели капли крови, а в другом оказались обрывки какого-то белого полотна.
Рыбаки тут же доложили о случившемся паукам, отвечавшим за рыбную ловлю в городах, в эти места набежала целая делегация восьмилапых, они рыскали по окрестностям, что-то выискивали, но так ничего и не нашли. Потом еще несколько раз прибегали восьмилапые гонцы из первого города, но тоже ничего не обнаруживали.
А рыба периодически исчезала — несмотря ни на какие капканы. Правда, после того, как тут появилась делегация восьмилапых, пару месяцев никто не воровал улов, но потом все началось опять.
— Почему мне раньше никто об этом не рассказал? — повернулся Найл к паукам из третьего города.
— Наверное, потому что все пауки, отвечавшие за рыбную ловлю в первом городе, погибли во время затопления, — ответил один из восьмилапых. — Другие этим вопросом не занимались и забыли. А сегодня, после того, как ты отдал приказ расспросить рыбаков об исчезновения улова, мы вспомнили, что тут были какие-то проблемы…
«Неужели и Рикки забыл?» — пронеслась мысль в голове у Найла, правда, он успел вовремя зашторить сознание, чтобы другие пауки не прочитали его мыслей.
Посланник Богини также хотел бы знать, где сейчас находится начальник разведки, а также расспросить его о том, что ему не успел досказать новый начальник стражи.
Но в эти минуты следовало решать другие проблемы.
Найл повернулся к деревенскому старосте и попросил показать места, где стояли капканы, в которые кто-то попадал и к великому сожалению всех рыбаков и восьмилапых, умело из них выбирался.
Посланника Богини тут же проводили к месту.
Прогулявшись вправо, влево и вглубь материка, Найл не заметил совершенно ничего интересного.
Кругом была ровная поверхность, кое-где покрытая травой, у самой воды — песком, немного поодаль поднимались какие-то кустарники, названия которых Найл не знал. Он прошелся и к кустарникам, исследовав все, что видел под ногами, однако, ничего похожего на лаз не обнаружил. Оставалась одна надежда: на жуков.
Найл опустился на траву, скрестил ноги и, повернувшись лицом в направлении башни, шпиль которой был виден и с берега Озера, передал просьбу прислать в рыбацкую деревушку кого-то из обладателей черных блестящих панцирей.
Пока подчиненные Саворона не прибежали на место, Найл решил поговорить с местными рыбаками об их основном занятии. Он надеялся получить какую-то новую информацию, которую мог бы использовать у себя в городе.
— Если возьмешь кого-то из нас с собой, мы тебе все покажем на месте, — улыбнулся староста.
Задумавшись на мгновение, Найл спросил, выделит ли он ему пару молодых крепких парней, обязательно неженатых. Рыбак улыбнулся и заявил, что отошлет их в город Посланника Богини хоть сегодня.
— Наверное, придется подождать до завтра, — улыбнулся в ответ Найл.
На лице его собеседника мелькнуло удивление. Похоже, он шутил. Но Найл был абсолютно серьезен и пояснил, что часть его отряда отправляется назад, чтобы сопроводить группу людей, выделенных Правительницей.
— Ты отказываешься от своих слов? — посмотрел Найл на старосту.
— Нет, конечно, — ответил мужчина. — Но я просто не ожидал… Скажи, когда и куда им прибыть?
Найл пояснил, что ребята должны сегодня к вечеру подойти к медицинскому центру главного паучьего города, откуда и будет стартовать группа.
В эту минуту Посланник Богини увидел несущихся к ним трех обладателей черных блестящих панцирей с Савороном во главе. Найл вежливо поздоровался с жуками, как и он сам, вызвавшими неподдельный интерес в рыбацком поселке, а потом попросил Саворона и его подчиненных обследовать окрестности.
— Ходы есть, — сообщил через несколько минут старший в отряде Найла среди жуков. — Много. Однако найти лаз мы не в состоянии.
Решить вопрос с поимкой людей в белых одеждах можно было только одним способом: оставить тут нескольких пауков.
Восьмилапые в состоянии неподвижно сидеть и по несколько дней, запасов пищи в желудках им хватает надолго — в особенности, если нет двигательной активности, а ждать они умеют.
Для надежности вместе с тремя местными Найл оставил одного из подчиненных Дравига и попросил тут же сообщать о любых изменениях обстановки в диспетчерский центр. Ну, и, конечно, хватать появившихся людей подземелий за сознание — если они появятся.
После посещения рыбацкого поселка Найл вернулся в медицинский центр, где вначале заглянул к спящей Энне и брату. Потом он направился с первую палату, где лежал один из захваченных людей в белых одеждах, подключенный к аппарату, не дающему ему умереть.
Мужчина, которого теперь, при дневном свете, Посланник Богини мог хорошо рассмотреть, был бледен, как Энна, и имел черные, как смоль, волосы такой же длины, как и у девушки. Его глаза смотрели прямо в потолок, и он даже не повернулся на звук открываемой двери. Белые одежды, снятые с человека, валялись на приставленном к кровати стуле.
По сравнению с Найлом, мужчина казался хлипким, однако, его нельзя было отнести к породе маленьких горных человечков: просто при нормальном росте он оказался слишком худым.