Чтение онлайн

— Гмм… тогда странно, почему он никогда не пытался разыскать своего брата, если у него было столь глубокое чувство семейной ответственности.

— Если у него на самом деле был брат.

— Должен признаться, что не знаю, пытался ли отец установить с ним связь. Отец мог быть очень… упрямым.

Дейзи не хотелось слушать рассказы Келла о семье, он и без того разволновал ее. Ужин при свечах, тихая музыка — и неожиданно для себя ты начинаешь поверять свои секреты, которые хранишь в тайне даже от двух лучших подруг. Одна интимная встреча ведет к другой, и ты не успеваешь опомниться, как обручаешься с подлым, лживым, трусливым типом, у которого моральных устоев не больше, чем у бездомного кота.

— А это, вероятно, гостиная. — Келл открыл дверь и заглянул в мрачное помещение.

— Перед вами задняя гостиная, — сообщила Дейзи, бессознательно подражая агенту, который семь лет назад показывал ей квартиру. — Всего в доме имеются две гостиные.

Вероятно, ей все-таки придется смириться — он явно не успокоится, пока не осмотрит весь дом. Она включила люстру, пожалев, что забыла заменить перегоревшие лампочки, тени придавали комнате интимную атмосферу, без которой Дейзи предпочла бы обойтись.

Покачивая головой, Келл оглядывал диван, набитый жестким конским волосом, такие же кресла, неудобное на вид кресло-качалку, стол, украшенный резьбой, на запыленной поверхности которого стояло чучело совы, стереопроектор и ваза с сухими цветами, увитыми паутиной.

Несколько минут они бродили по комнатам, и Келл, с умением, приобретенным в процессе общения с обидчивыми, замкнутыми подростками, выуживал у Дейзи сведения о своем дяде.

— Ваш отец никогда не упоминал о том, в каком Харви состоянии?

— В каком состоянии? Он вообще никогда не рассказывал о семье. Или, если и рассказывал, я был слишком молод и глуп, чтобы слушать, а потом было уже поздно.

— Еще несколько лет назад мистер Сноу мог водить машину. С детства и до конца жизни его гордостью и радостью была библиотека, — заметила Дейзи. В библиотеке она кивком указала на ряды полок, занятых, очевидно, детскими книгами. — На прошлое Рождество мы упаковали несколько ящиков и предали их Армии Спасения.

— Наверное, у него были большие расходы на лечение, — тихо проговорил Келл. — Возможно, поэтому мой отец и ушел из дома — чтобы помочь зарабатывать деньги.

Или, что тоже вполне вероятно, Эвандер ревновал больного младшего брата к родителям. Теперь он никогда не узнает, и, наверное, так даже лучше.

— Обычно я читала ему, — продолжала Дейзи. — После инсульта ему было тяжело справляться с газетами, но книги… — Она вздохнула. — Он познакомил меня с некоторыми замечательными авторами, о которых я прежде даже не слышала. У него было чудесное чувство юмора. Я уверена, он бы вам понравился.

— Да, возможно, — согласился Келл. Он опустился на край уродливой софы, обитой плотной декоративной тканью, пытаясь отыскать в памяти какие-нибудь рассказы отца о младшем брате.

Дейзи зевнула.

— Мне бы хотелось помочь вам, но я переехала сюда в августе прошлого года. До этого к мистеру Сноу приходил физиотерапевт и диетолог, и Файлин, конечно. Я приходила три раза в неделю. — Она снова зевнула.

Келл посмотрел на часы и с неудовольствием увидел, что вечер уже сменился ночью. К завтрашнему дню она может передумать и не позволит ему остаться. Или Блэлок найдет неопровержимые доказательства того, что Эвандер и Харви не могут быть родственниками.

Черт, он не готов оправляться обратно. За последние несколько часов его интерес изменился, теперь он чувствует, что сбит с толку и неуверен, не говоря уже о том, что возбужден.

Неудобная комбинация, сказал себе Келл, в тусклом свете трех слабых лампочек рассматривая стоявшую перед ним женщину. Коса у нее почти совсем расплелась. Дейзи глубоко вздохнула.

— А сейчас, если позволите, я хотела бы отойти ко сну. Вы знаете, где все находится. Ваша комната — первая слева от лестницы. Ванная и другие удобства напротив.

Келлу удалось скрыть разочарование. В голове роилось множество новых вопросов, и ни в коем случае нельзя было уехать, не получив на них ответы.

— Как ваша спина? После падения? — стоя в дверях, Дейзи зевнула, подняв руку, чтобы прикрыть рот. Выцветшая футболка поднялась на талии, обнажив полоску молочно-белой кожи.

— После прыжка, вы хотите сказать. Все в полном порядке. — Келл сглотнул набежавшую слюну. Как всем здоровым мужчинам, ему нравится смотреть на женское тело; и чем меньше на нем одежды, тем, естественно, лучше.

— Замечательно, — сказала Дейзи. — Тогда завтра перед отъездом вы поможете нам передвинуть мебель. Она так долго находится на одном месте, что, вероятно, приросла к полу.

Разве он сказал, что уедет завтра?

— С удовольствием, — уверил Келл. Он приложит все силы, чтобы сдвинуть с места эту чудовищную софу. Даже если потом у него образуется грыжа. В отличие от нескольких знакомых парней, которые прекратили тренироваться, как только вышли из игры, он и сейчас не сплоховал бы, если бы ему пришлось вновь оказаться на площадке.

Или в спальне. В том, что касается женщин, он — стреляный воробей. Хотя даже некая телеведущая, чьего лица он не может вспомнить, никогда не заводила его так быстро, как эта женщина, неумышленно показавшая ему полоску голого тела на талии.

Был пятый час, когда Келл снова вошел в дом. Поднявшись на крыльцо, он направился к комнате, откуда слышались веселые женские голоса и увидел, как привлекательная рыжеволосая женщина подняла стакан, словно произнося тост.