Чтение онлайн

На самом дне, в пестром чередовании огней и вывесок, каменной крошки, змеящихся трубопроводов и прочего хлама, пышно разрастались отбросы технологической цивилизации. Сквозь залежи отходов прокладывали свой путь вслепую дюракритовые слизняки. У трансформаторных ящиков, чтобы сохранить в тепле кладку яиц, вили гнезда нетопырки. По горам мусора в два этажа сновали в поисках добычи бронекрысы и пауканы. А миллионы видов прочих патогенных и паразитических организмов, начиная с одноклеточных и заканчивая теми, кто полностью осознавал — до такой степени, что самим было тошно — свое положение, вели упорную борьбу за выживание, едва ли отличающуюся от той, что велась в настоящих джунглях на тысячах иных планет. Сборище разномастных существ — бедолаг со всей галактики, в которых обитатели верхних уровней видели лишь «низожителей», — влачили жизнь, полную жестокости и отчаяния. В конце концов, эти места были лишь еще одной разновидностью джунглей.

А в джунглях непременно водятся хищники.

Ивен[1] Пиелл некогда мог считать себя счастливцем. Рожденный на жестокой планете Ланник, в обнищавшей семье, он еще младенцем был отобран Орденом из — за своей чувствительности к Силе. Он рос в Храме, вдалеке от бедности и невзгод, которые, казалось, были уготованы ему от рождения. Правда, быт его здесь был аскетичен, но зато также и чист, упорядочен и — что самое главное — наполнен значением. Его жизнь имела смысл. Сам Ивен был частью великого целого — благородного и почитаемого Ордена, существовавшего на протяжении жизней сотен поколений.

Он был рыцарем — джедаем. А сейчас он изгнанник.

Былые знакомые уважали крошечного гуманоида за яростную отвагу и воинское мастерство, причем весьма и весьма не зря. Разве не он сокрушил Мик'чура Зага из террористической группировки «Красные Иаро», пускай и ценой потери глаза? Разве не он выжил на Геонозисе и сражался потом за Республику во многих битвах Войн клонов? Сущая правда, что Ивен Пиелл никогда в жизни не увиливал от сражения. Дайте ему в руки световой меч, да покажите, куда приложить клинок — и храбрее воина среди двуногих не сыскать. Да хоть четырехногих или шестиногих. Но теперь…

Теперь все было по — другому.

Впервые в жизни он узнал, что такое страх.

Ивен торопливо пробирался сквозь пеструю толпу, что наводняла ярмарку Зи — Жинн. Таково было облагороженное название круглосуточной шумной уличной барахолки на семнадцатом уровне сектора 4805, также известного как сектор Зи — Кри, что располагался вдоль экваториального разлома. По крайней мере, так его именовали на верхних уровнях; здесь же, под пеленой дыма и тумана, это место звалось просто Алым Коридором. Нижние уровни Корусканта вообще отличались непривлекательностью застройки, но некоторые места были просто средоточием неприятностей. Южное Подземелье, Фабричный округ, Заводской район, Черные Трущобы — цветистые названия мало отражали суровую реальность жизни под извечным покровом смога, что отрезал их от изысканных верхних уровней. Но, по странной иронии, лишь трущобы вроде этих, наряду с отчаянием и отчаянностью, обеспечивали некоторую безопасность и уединение.

Ивен не знал точно, сколько джедаев осталось в живых, однако не сомневался, что не очень много. Резня, начавшаяся на Геонозисе, с удвоенной силой продолжилась на Корусканте и на других планетах — в частности, на Фелуции и Кашиике. Бэррисс Оффи была мертва, так же, как и Луминара Андули, Мейс Винду и Кит Фисто. Истребитель Пло Куна был взорван над Кейто Неймодией. Насколько было известно Ивену, он остался единственным членом Совета, избежавшим смерти в Храме джедаев.

Уразуметь это было трудно до сих пор. Все случилось так быстро. За несколько дней Ивен лишился всего. Никогда больше ему не любоваться пятью шпилями Храма, не пройтись меж душистых цветов по дорожкам, по мозаичным полам закрытых садов и палат. Больше не будет полезных многочасовых дискуссий с коллегами из Совета знаний. Больше ему не искать эзотерические смыслы в межзвездных архивах, не отрабатывать с другими рыцарями все семь техник боя на световых мечах.

Однако перестать использовать Силу, чтобы помогать ближним, он не мог. Отречься от Силы было все равно что отречься от самого себя. Какое — то время страх раскрыть себя удерживал его от публичных проявлений своих способностей, и Ивен держался столько, сколько мог. Он оставался безучастным свидетелем каждодневных злодеяний в период междувластия, хаоса и анархии, когда Галактический сенат был низвержен, а Палпатин провозглашен императором. Скрепя сердце, он подавлял тревогу и отвращение, подавлял неизбывную потребность сделать хоть что — нибудь, чтобы остановить этот непрекращающийся кошмар. Он видел, как погибают его товарищи от рук исполняющих Приказ 66 солдат — клонов; видел, как бластерный огонь косит гражданских служащих и инструкторов; и — самое страшное — слышал крики детей, жертв резни в Храме.

Он бежал. В ту судьбоносную ночь, когда с неба принеслась гибель, когда дозоры штурмовиков обходили улицы, Ивен Пиелл и остальные выжившие — очень немногие — смогли избежать гибели.

На какое — то время.

Опасливо и тихо Ивен передвигался между пятнами дрожащего неонового света. Легкие прикосновения Силы помогали пробираться сквозь разномастную толпу — ботанов, никто, тви'леков, людей — и та его едва замечала. Да и это «едва» забывалось почти мгновенно. Сейчас он был в безопасности — но даже Сила не сможет хранить его вечно.

Преследователи сжимали круг.

Он не знал их идентномеров, да и что бы изменилось, если б знал? Преследователями были штурмовики, солдаты — клоны, выращенные в кувезах города Типока на дождливой планете Камино или еще где — то; воины, созданные, чтобы бесстрашно сражаться за Республику и беспрекословно подчиняться приказам своих командиров — джедаев.

Но так было до Приказа 66.

Ивен ощущал их в Силе — мрачные ауры словно окатывали его нервы потоками ледяной воды. Преследователи приближались; по его прикидкам, расстояние между ними сократилось до километра.

Джедай нырнул в стенной проем. Дверь была заперта, но одно движение руки — и панель неохотно, со скрежетом двинулась с места. Открылась она всего наполовину, но этого было достаточно, чтобы Ивен смог протиснуться внутрь.

Ланник спешно двинулся через заброшенный спайсовый притон — судя по виду помещения, фигурные люльки и углубления в стенах когда — то служили ложами для тел, пока отделившееся сознание витало в нирване. И хотя все выглядело так, будто уже лет пятьсот не использовалось, Ивену казалось, что он до сих пор ощущает призрачный запах глиттерстима, когда — то давно застилавшего как атмосферу помещения, так и разумы посетителей.

Поначалу Ивен недоумевал, как преследующим штурмовикам удалось так быстро его выследить. Он был осмотрителен при использовании Силы и в течение двух последних месяцев держался как можно незаметнее. Он старался не светиться, обеспечивая себе пропитание и жилье исключительно с помощью наличных — монет и купюр. Правда, представители расы ланник встречались не так уж часто даже на Корусканте, но как штурмовики вышли на него, было все равно непостижимо. Впрочем, по большому счету это не имело значения. Возможно, кто — то узнал в нем члена Совета и донес властям. Теперь имело значение только то, что штурмовики приближались, и на уме у них было только одно: убить джедая.