Чтение онлайн

Ю-ю помолчал немного и потряс головой.

— Я, может, и не воин, — молвил он с великим достоинством, — зато я приа-шатх. Я привел этих людей сюда, я и поведу их к Вратам.

— Ха! А ты мне нравишься, человек, — сказал Рен Танг и обнял Ю-ю за плечи. — Держись поближе ко мне, — добавил он, поцеловав его в щеку. — Я покажу тебе, как пырять демонов.

— Пора двигаться, — заметил Сонг Чжу. Землекоп Ю-ю Лиань провел риадж-норов на Эйденскую равнину, и в руинах стал собираться туман.

Норда была уверена, что спит и видит сон. Сначала она испугалась, но потом успокоилась, и ей стало любопытно, куда же этот сон ее заведет. Хорошо бы ей приснился Ю-ю Лиань.

Сначала все было совсем как наяву. Элдикар Манушан послал за ней и сказал, что кому-то надо посидеть с Бериком, пока сам Элдикар занимается делами. Норде это было не в тягость — ведь Берик такой славный мальчик. Ее только немного удивило то, что Берик ждет ее в северной библиотеке. Становилось поздно, а дети, насколько Норда могла заметить, не любят таких темных и холодных мест.

Поднимаясь по винтовой лестнице, она вдруг увидела в нижней комнате четырех воинов в черном, и ее охватил страх. Во дворце последние пару дней только и говорили что об этих воинах, об их кошачьих глазах и надменных манерах.

Один из них поклонился ей и улыбнулся, показав острые зубы, жестом приглашая ее пройти наверх.

Тогда Норда еще не понимала, что это сон. Она поднялась в башню, где на широком диване лежал Берик в одной длинной белой рубашке с пояском. Из открытой балконной двери в комнату задувал холодный бриз.

— Тебе не холодно? — вздрогнув, спросила девушка.

— Холодно, Норда, — умильно ответил он.

Она поспешила к нему, чтобы обнять его и согреть. Мальчик прижался к ней, и тогда-то она впервые сообразила, что видит сон. Любовь и умиротворение переполняли ее, и это было чудесно. Однако личико Берика вдруг вздулось, на висках и на лбу проступили толстые голубые вены. Глаза под тяжелыми дугами бровей уменьшились и сделались из голубых золотисто-карими. Он улыбался, или нет — просто растягивал губы, а зубы у него росли, и верхние заходили за нижние. Норда хмурилась, наблюдая эти перемены. Она все еще любила этого мальчика — хотя теперь он как будто стал и не мальчик вовсе. Зря она наелась за ужином хлеба с сыром и напилась красного вина. Сыр и вино всегда нагоняли на нее сон. Но не странно ли, что ей снится именно Берик? Обычно ей в грезах являлись мальчики повзрослее, вроде Ю-ю или Эмрина, а порой виделся даже Серый Человек.

— Теперь ты не такой хорошенький, как был, Берик. — Норда протянула руку к его ставшему бледно-серым лицу и погладила волосы, которые потемнели и на ощупь больше напоминали мех. Его рука легла ей на плечо — на ней отросли когти, а кожа покрылась серой чешуей.

Ноги тоже что-то коснулось, и Норда увидела длинный чешуйчатый хвост с чем-то вроде когтя на конце. Она засмеялась.

— Что тебя так рассмешило, милая?

— Да хвост! У Эмрина хвост тоже длинный, а у Ю-ю покороче и потолще, только вот когтей на них нет. В жизни больше не буду пить лентрийского.

— Не будешь, — подтвердил Берик.

Хвост обвился вокруг живота Норды, и коготь уколол ее.

— Больно, — удивилась Норда. — Раньше мне никогда не бывало больно во сне.

— Это в последний раз, — сказал Дереш Карани, и коготь вонзился в ее тело.

Элдикар поднялся по лестнице и тихо постучал в дверь. Войдя, он бросил взгляд на пустую шелуху, только что бывшую молодой, полной жизни женщиной. Обескровленный труп небрежно швырнули в угол.

Дереш Карани стоял у балконной двери и смотрел в ночь.

Элдикар нашел его новый облик отталкивающим и понял, что Дереш отказался от приворотных чар.

— Изволили подкрепиться, повелитель? — спросил Элдикар.

Дереш медленно повернулся к нему, упершись хвостом в пол для равновесия. Колени у него при этом вывернулись в обратную сторону и подошвы расплющились.

— Червячка заморил, мой друг, не более. Впрочем, ее естество оказалось весьма сильным и позволило мне увидеть, что Панагин и Арик мертвы, а Серый Человек собирается сюда, чтобы убить нас.

— А Врата, мой повелитель?

— Риадж-норы пробиваются к ним. — Дереш Карани неуклюже прошел к дивану, цепляясь когтистыми лапами за ковер. — Ненавижу это обличье! — прошипел он. — Когда Врата откроются и эта земля станет нашей, я найду способ переделать эту... эту мерзость.

Элдикар промолчал. Смешение превратилось у Дереша в манию, и он долго работал над тем, чтобы менять свой облик по желанию. В этом он, насколько мог видеть Элдикар, вполне преуспел и свободно переходил от прелестного златокудрого дитяти к теперешней смеси ящерицы со львом. Это второе воплощение как нельзя более соответствовало его внутреннему облику.

— О чем ты думаешь, Элдикар? — внезапно спросил Дереш.

— О вопросах смешения, мой повелитель. Вы достигли двойного перевоплощения, и я не сомневаюсь, что вы сумеете сделать второй ваш облик более... э-э... привлекательным.

— Непременно. Расставил ты стражу?

— Да, повелитель. Трехмечный со своими караулит внизу, солдаты Панагина держат под наблюдением сады и другие входы. Если Нездешний явится, его схватят или убьют. Впрочем, для нас он не опасен — он не сможет убить нас.

— За себя не ручайся, Элдикар. Вдруг я решу больше тебя не воскрешать? Скажи — каково это, когда демоны Анхарата отрывают тебе руку от туловища?

— Очень болезненно, мой повелитель.

— Именно поэтому, дорогой Элдикар, я и не хочу допускать к себе Нездешнего. Убить меня он не может, но способен причинить мне боль, а я этого не люблю.

«Зато ты любишь, когда другим больно», — подумал Элдикар, вспомнив их многочисленные духовные беседы и пренебрежение, с которым Дереш относился к его страданиям. Они вполне могли бы разговаривать обычным образом, но Дереш каждый раз опасался, что их могут подслушать, хотя поблизости не было ни единой живой души. Боль, испытываемая Элдикаром, явно доставляла ему удовольствие, и маг ненавидел его за это.

Внезапно ненависть в нем сменилась горячей любовью, и он улыбнулся, глядя на уродливые черты своего хозяина. Элдикар знал, что причиной тому приворотные чары, но не мог им противиться. Дереш Карани — его друг, которого он любит и за которого готов умереть.

— Даже Нездешний не устоит против этих чар, — сказал Элдикар. — Он полюбит вас так же, как и я.

— Возможно — но мы все равно отдадим его Анхарату.

— Одному из его демонов, вы хотите сказать? — спросил Элдикар, не в силах сдержать страх.